Вавилонская башня
Шрифт:
Теперь выяснилось, что Телеведущая держала американского кокера. Порядочного наглеца и непроходимого тупицу, которого она ещё и не желала «портить» какой-либо дрессировкой. Зато кокер был выставочным героем-любовником. Две с половиной страницы журнальной площади были полностью посвящены описанию его несравненной красоты и «благородных» привычек, на самом деле говоривших о тенденции беситься с жиру и о домашнем тиранстве.
Краем глаза Рита ловила взгляды пассажиров, устремлённые на Чейза. Народ сравнивал. Как раз когда она читала про то, как кокер под настроение прихватывал зубами хозяйку, не пуская её в любимое кресло, да ещё и порывался цапнуть журналистку, Чейз положил голову Рите на колено, просунул под руку морду и трогательно вздохнул.
– Девушка, – не выдержала дама с котёнком. – Вы, может, намордничек-то с него снимете? Он же, сразу видно, безобидный у вас, что ему зря в наморднике маяться?
В очередном номере корреспондент «Друга» отправился в гости к «главному кавээнщику всей страны» ещё советских времён, а теперь и России. Прежде этот человек никогда не нравился Рите, хотя она не взялась бы чётко сформулировать, чем конкретно он ей не угодил. И вот поди ж ты – кавээнщик оказался толковым и ответственным владельцем симпатичного бриара.
– Когда у них там следующий выпуск? «Кавээна», я имею в виду? – деловито поинтересовался мужчина, сидевший по ту сторону прохода. Рита поймала себя на том, что тоже не отказалась бы посмотреть «КВН». Если, конечно, на даче у Олега Вячеславовича был телевизор.
– Станция имени сорок девятого километра, – объявил по трансляции машинист. По вагону прокатилась волна доброжелательного смеха.
Открылись и закрылись двери, из тамбура ввалилась компания подростков, видимо отмечавших скорое прощание с летом. У одного из них звякала в руках гитара, но пассажиры дружно потребовали тишины. Все слушали Риту.
Следующей в списке знаменитостей оказалась Певица. Как следовало из интервью, эстрадная дива поочерёдно вспыхивала пламенной любовью то к одной, то к другой собачьей породе – и ничтоже сумняшеся оповещала об этом поклонников прямо во время концертов. И, естественно, ей в тот же день дарили щенков. То афганскую борзую, то немецкую овчарку, то пекинеса…
«Наверное, у вас теперь много разных питомцев?» – спросила её журналистка.
«Ах, что вы, – последовал ответ. – Сейчас никого».
Оказывается, афганская борзая, будучи вывезена на дачу, «куда-то побежала, и больше мы её не видали». Немецкая же овчарка заметила кошку, сорвалась с поводка – и погибла под колёсами автомобиля.
– Как это – сорвалась с поводка? – чуть ли не прокричала Рита, свирепо потрясая журналом. – Ну вот объясните мне, как это может быть? У неё что, поводок был из гнилого мочала? Или карабин из канцелярской скрепки?..
Все опять невольно посмотрели на Чейза. На пёстрый, двенадцать миллиметров толщиной – КамАЗ буксировать, не порвётся! – альпинистский шнур и могучий, с накидной гайкой, карабин поводка.
…Ну а пекинес оказался попросту подарен маленькой принцессе-племяннице на день рождения. Ровно пятый по счёту. Наверное, для того, чтобы обоим повязывать одинаковые бантики на головах. Впрочем, племянница обитала в другом городе, так что за дальнейшей судьбой собачки эстрадная знаменитость не следила.
Пока шло восторженное описание очередной породы, о которой на данный момент возмечтала Певица, парень-«браток» мрачно засопел, принялся рыться в сумке, вытащил кассету и… метко запустил её в открытую форточку. Только и мелькнула фамилия на обложке.
– Сеструхе вёз, дуре, – буркнул «браток» и с треском задёрнул молнию сумки. – Падла буду!
После станции Васкелово вдоль вагона пошли контролёры.
– Проездные документы готовим!
Народ предъявлял билеты, «зайцы» совали мзду, соответствовавшую негласному прейскуранту, и все дружно требовали тишины. Рита молча сунула в протянутую руку три билета – свой, бабушкин и на Чейза – и продолжала читать.
Ей казалось, что столичные знаменитости ничем её уже больше не потрясут, но, как выяснилось, тут она ошибалась. Кто бы мог предположить, что всех, да ещё с немалым отрывом, обставит пожилая Актриса?.. [3]
3
В основу данного эпизода положены реальные публикации, которые заинтересованный читатель может отыскать в журнале «Друг» (для любителей собак) за прежние годы.
– Кто, кто?.. – послышалось из угла, где устроились прощавшиеся с летом тинэйджеры.
Нынешней молодёжи фамилия Актрисы действительно не особо что говорила, но когда-то, лет «дцать» назад, она в самом деле была немыслимо популярна. Даром ли в заголовке статьи её открытым текстом поименовали «великой», а фотограф, делая снимок для задней обложки, нарочно сбил резкость, галантно маскируя морщины.
Так вот, некогда у неё был пёс.
«Он был такой!.. Ах какой! И ещё такой, такой и такой! С ума сойти какой!» – расписывала питомца бывшая примадонна кино.
«И долго ли он у вас прожил?»
«Три с половиной года. Пришлось отдать…»
Вот так-то. Пёс несравненной преданности и достоинств был отдан чужим людям. Сразу и навсегда. По крайне веской причине.
«Нужно было ехать на съёмки. Эта роль… Мечта всей жизни…»
– Старая сволочь, – задумчиво проговорила бабушка с томиком Донцовой. Сняла очки и невидящим взором уставилась в окно, за которым мелькали лемболовские сосны. Наверное, старушка мысленно прощалась с некогда любимыми фильмами своей молодости. Их ещё не раз покажут по телевидению, но она уже не будет их смотреть. Молча плюнет – и подсядет к внуку, запустившему по видео боевик.
– Может, правда выхода не было… – послышался робкий голос из-за прохода. – Вдруг её в самолёт или в поезд с ним не пустили…
– Есть установленные документы, – авторитетно заверил пассажиров остановившийся контролёр. Он был немолод и явно помнил Актрису. – Всё можно оформить. Вот девушка собаку везёт, знает, наверное: ветпаспорт, справочку, билетик – и счастливый путь. А уж если купе отдельное выкупить…
– А денег не было?
– У кого, у неё? Да имейте совесть! – возмутилась дама с котёнком. – Вон, тут же пишет, как опоздала на поезд и на такси его чуть не тыщу вёрст догоняла!