Ваше сиятельство
Шрифт:
– А ты давно здесь?
– Да вот недельку гощу. Думала, может к тебе заявиться в гости.
Мир побледнел и отказал, объясняя, почему нельзя. Пока в стране гадюшник - это недопустимо. На него было совершено такое бесчисленное количество покушений ещё в небытность его КНЯЗЕМ, что сейчас и подавно нельзя.
Внимание свекрови переместилось на меня. Она приглашала погостить. Стала расспрашивать, как мне живётся и не обижает ли меня муж.
– Нет, матушка, что вы. Он пылинки с меня сдувает.
– Мир, это она?
– я непонимающе посмотрела на мужа, а потом на свекровь.
– Да, мама, она, - муж посмотрел на меня.
– Та самая первая любовь.
Теперь черёд краснеть пришёл и ко мне, от смущения.
Почему все знали, только я была не при делах?
Муж отвёл взгляд в тарелку, наливаясь пунцовой краской.
Мы довольно долго трапезничали. В помещении, где мы кушали, была ещё пара столов, но все они пустовали.
Потом присоединилась к нам та женщина. Мир её представил своей старшей сестрой Любой и она была на сносях.
Любовь пожаловалась на то, что малыш слишком больно толкается, хотя по срокам ещё рано рожать.
– Позволишь?
– Яра целительница, - пояснил Мирослав, та кивнула.
Я прикоснулась к животу, подключаясь к малышу. Он был крупный и уже рвался наружу.
– Тут есть, где прилечь?
– С ней всё в порядке?
– свекровь не осталась равнодушной.
– Да, но мне нужен простор для манипуляций. Малыша надо развернуть головкой вниз.
– Но ведь ещё есть время, зачем вмешиваться?
– настаивала она.
– Времени, к сожалению, нет. Он вот-вот захочет выбраться и места ему очень мало.
Мы вышли через боковую дверь и прошли по внутреннему двору в дом. Я попросила оставить нас.
– Люба, я сейчас поговорю с малышом, постараюсь его убедить перевернуться. Тебе может быть больно. Ты мне говори обо всех неприятных ощущениях, ладно?
Она кивнула. Ну и началось. Я убеждала чадо, что нужно немного потрудиться. Ага, как бы не так.
– Люба, непослушный мальчик растёт, борец.
Мама улыбнулась и расслабилась.
"Малыш, ты ведь любишь свою мамочку. Ты же не хочешь, чтоб ей больно было. Давай, я с тобой поиграю. Я буду показывать место прикосновением, а ты будешь ножкой бить туда. Хорошо?"
Малыш послушался, и мы стали играть в игру "Попробуй попади". Дитятко разворачивалось, и разматывалось из петель, которые накрутило себе пуповиной.
Тазовое предлежание в принципе не страшно. Но вот петли могли затянуться, особенно на шее, а если головка идёт последней, это было опасно.
Когда мы закончили, я вытерла испарину. Мамочка чувствовала себя хорошо, ни разу не пожаловалась на боль. Я поблагодарила чадо за доставленное удовольствие игры и пообещала с ним ещё как-нибудь поиграть, когда подрастёт.
– Люб, мама останется до твоих родов?
– Она собиралась через недельку уехать.
– Попроси остаться ещё на пару недель. Думаю, что ты разродишься очень скоро. А помощь по хозяйству тебе не помешает, тем паче, если у тебя есть старшие детки.
За дверью нас ждали встревоженные родственники: мой муж и свекровь, высокий мужчина, приятной внешности, и двое детишей трёх и шести лет - мальчик и девочка.
– Как она?
– судя по всему - это был муж Любы.
– Молодцом. Постарайтесь чтобы она не наклонялась и не бегала до родов. Просто эти движения мамы способствуют движению малыша. А нам это не нужно.
Мужчина дождался моего кивка и ушёл к Любе.
Я присела в освободившееся кресло. Мир подскочил, беря меня за руку. Я улыбнулась с закрытыми глазами. Целительство как-то легче даётся.
Потом заговорила свекровь. Спрашивала, остаться ли ей.
Я пояснила ситуацию, попросив её не уезжать и помочь в родах или пригласить повитуху. В крайнем случае, дала мой номер МАСа.
Перекинувшись парой слов с ребятишками, мы попрощались и ушли, перенесшись в своё место.
– Мир, а почему трактир называется “У Настасьи”?
– А так звали мою бабушку, так и осталось. Она любила Любу забираться к себе, так и оставила ей дело своей жизни, передав внучке секреты. К сожалению, она умерла. А сестра тут выучилась и стала заниматься трактиром, тут и познакомилась с будущим мужем. А поскольку он старший в семье, то и как женился, ему хотели дом ставить, а он здесь остался, родители ему дом отгрохали побольше да так и живут.
– А у тебя ещё братья-сёстры есть?
– Да, ещё двое старших братьев и младшие сёстры.
– Сколько их?
– Двое. Младшей десять. Мама ещё хотела деток, да внуки пошли, вот она и крутится между ними.
Значит, шестеро. Забавно. Сколько ж у нас будет деток? Но пока не время ещё, хоть бы чуток наладить жизнь в стране.
Глава 14
Стоило нам очутиться в своём месте, я приступила к расспросам.
– Мирчик, - слащаво протянула я. Он вздрогнул от моего тона.