Чтение онлайн

— Как дела? — спросил он.

— Счастлив рапортовать, что все идет отлично, — сказал Роджер. — Всё и все в полном порядке. Прошу меня извинить, ребята, мне нужно некоторое время погрустить молча. Оставьте меня в покое.

И Джон и Винс удивились этой внезапной вспышке — спокойный, мягкий характер Роджера с ней не вязался.

Помолчав, Винс сказал:

— Слушай, Роджер, у меня к тебе есть дело.

— Ага, — сказал Роджер равнодушно.

— Я написал статью…

— О, вы написали статью, сэр? — саркастически переспросил Роджер.

— Проблема только одна…

— О, со статьей проблема, а?

Джон рассмеялся.

— Прекратите вы, оба! — потребовал Винс.

Люк проснулся, сказал «Умри, грязный зеленый инопланетянин», и снова уснул.

— Мне нужно, чтобы кто-нибудь ее проверил, с карандашом, — объяснил Винс. — Хорошо бы, если бы ты. Если не возражаешь. Я заплачу тебе столько, сколько ты сочтешь нужным.

После примерно десяти секунд саркастического молчания, Роджер сказал:

— Согласен. О чем статья?

— Позже обсудим.

«Летняя резиденция» Винса находилась на западном берегу Гудзона, в трех милях от Найака, и представляла собой большой, просторный дом, напоминающий особняки Золотого Берега. Особняк куплен был после того как Винс и Илэйн появились в одном из ресторанов Золотого Берега и нашли, что принимают их слишком холодно.

Дрова весело трещали в камине в главной гостиной. Едва одетая экономка — солидная, рассудительная женщина лет сорока и друг ее, чуть моложе, с козлиной бородкой, прервали прелюдию к соитию и быстро поднялись с ковра, делая виноватые жесты.

— Простите, — сказал Винс. — Я понимаю, что это неожиданно очень. Наверное, нужно было оповестить звонком…

Говоря это, он почувствовал себя глупо. В конце концов это его дом. Следует воспринимать как должное что, в отсутствие хозяина, прислуга будет развлекаться, но с другой стороны риск быть прерванными — естественный, его следует принимать в расчет, когда используешь хозяйский дом в собственных любовных целях.

Винс удалился. Мужчина с козлиной бородкой быстро оделся и через три минуты исчез, не сказав никому ни слова.

Винс и Джон перенесли детей в детскую и уложили в кровати. Джон сказал, что отдохнет, и ушел в гостевую спальню. Экономка вышла к Винсу в кухню. Роджер закрыл холодильник, оперся о раковину, и стал смотреть и слушать.

— Я понимаю, вы меня сейчас уволите, — сказала она.

— Нет. Почему? — удивился Винс.

— После того, что случилось…

— Ничего не случилось, — сказал он. — Кофе хотите?

— Сэр…

— Вот вам кофе. Послушайте, окажите мне услугу. Мне нужно быть в городе завтра, и послезавтра тоже, и, возможно, на третий день тоже. Не присмотрите за детьми? Я вам заплачу. Двести долларов, отдельно, в день. Как вам?

— Я не уверена, что…

— Если не можете, не порекомендовали бы кого-нибудь из ваших знакомых?

— Я могу.

— Очень хорошо. Мы сейчас пойдем в библиотечную комнату, Роджер и я. Мне очень жаль, что так получилось давеча. Если я чем-то могу помочь, скажите. Как насчет отпуска? Поезжайте куда-нибудь. Я заплачу за билеты и отель, и любые расходы. И возьмите своего бойфренда с собой.

— Почему бы вам не купить ей хоккейный клуб? — спросил Роджер, отпивая кофе. — Айлендерз уже два года ищут покупателя. Рынок плохой, можете купить со скидкой. Согласятся на сто миллионов, если поторгуетесь слегка.

— Заткнись, Роджер, — сказал Винс. — Ну так что же? — он снова повернулся к экономке. — Я за все плачу. Трехнедельное путешествие для двоих.

— Э… сэр, это не очень хорошая идея…

— Он художник? Вы хотите сказать, что он горд и наверняка откажется?

— Он один из десяти самых богатых людей в стране, — сообщила она, закатывая глаза. — Скупердяй страшнейший. Большая часть земли в этом регионе принадлежит ему. И он скорее всего согласился бы на ваше предложение, и именно поэтому я отказываюсь. Мне и так перед вами неудобно. За детьми я послежу, не волнуйтесь. Я думала, вы рассердитесь на меня.

Она хотела добавить, что покойная жена Винса чуть не уволила ее как-то раз за похожее нарушение этикета. Но не добавила из чувства такта. Как многие другие граждане Республики, она считала, что Винс нанял кого-то, чтобы убить надменную снобистскую шлюху, и, по ее мнению, шлюха это вполне заслужила. Если бы она, экономка, была бы мужем шлюхи, она тоже наняла кого-нибудь, чтобы шлюху убить.

Роджер пожал плечами. Вот он опять — в нужном месте в нужное время. Опять происходит сенсационное. Опять репортаж писать не о чем.

Винс и Роджер удалились в библиотеку с массивными дубовыми столами и стульями и антикварными книжными полками. Винс открыл спортивную сумку и вытащил черновик. Роджер вытащил портативный компьютер.

— Надеюсь, ты сможешь разобрать мой почерк, — сказал Винс.

— Я любой почерк разбираю, — сообщил Роджер обыденным тоном. — Меня этому учили.

Некоторое время он читал черновик, а Винс ерзал в кресле, нервно поглядывая на чтеца.

— Ладно, — сказал Роджер. — Главная проблема не в грамматике, которая, кстати сказать, лучше, чем я предполагал, и не в структуре, которую можно подправить. Проблема в ключевых словах, или, если желаете, в расхожих словах. Они все стоят не там, где должны стоять, и служат не тому, чему должны служить.

— Объясни.

— На мой взгляд, вам не следует использовать расовый козырь.

— Э… Не знаю. А что, не поможет?

— Нет. Хуже сделает. Детям будет хуже.

— Почему?

Роджер закурил. Винс дал ему пепельницу.

— Представьте себе, — сказал Роджер. — Ваша дочь идет учиться в университет. Там встречает парня, который ей нравится. Парень смотрит на нее и думает — а, это же та самая девушка, чей отец ушел от обвинений в убийстве потому, что он черный и знаменитый. Вам бы не хотелось, чтобы такое произошло?