Чтение онлайн

— У девушки наверняка в прошлом были проблемы с мужчинами, надо с ней поосторожнее.

А то я не понял.

Поднявшись на ноги, Арна подмигивает оставшимся собутыльникам покойного хорька:

— Очень жаль, котики, что вы не все мне достались. Эти жадины больше одного взять не разрешили.

Грустно вздохнув, Арна покидает круг.

— Комментарии нужны?

— Спасибо, Матвей, не надо.

Последствия поединка, вынос тела и уборка крови также не заняли много времени. В круг вошел не знакомый мне Нэт Копье и очень известный под кличкой шустрик Нол Толани.

— Бой.

Нэт, поигрывая совной [36] с длинным, слегка изогнутым наконечником и железным шаром на другом конце древка, начал подходить к шустрику. Тот ждал его, закрывшись щитом и сжимая в свободной руке секиру. Охотник приблизился к нему метра на два и остановился. Посмотрел, лениво перекидывая совну из руки в руку, почесал затылок.

— Смотри внимательно, — сказал Матвей, — редко можно увидеть работу мастера копья. Мало их осталось. Да и в погани этой штукой особо не поработаешь.

Нэт вновь посмотрел на шустрика и начал обходить его по кругу, не сокращая, впрочем, дистанции. Нол поворачивался вслед за ним. Сделав круг почета, Нэт остановился, опять почесал голову. Потом оглянулся и подмигнул мне. Смазанное, очень быстрое движение, дзанг, громкий всхлип — и шустрик со смятым и окровавленным забралом падает на камни. Нэт покачал головой и вышел из круга. Раздались хлопки и одобрительные возгласы.

— И что я должен был увидеть?

— Первый удар был низкий, секущий в ногу, противник, пытаясь ее защитить, опустил щит. Нэту только это было и нужно: перевод копья из секущего в колющий удар, пробитое забрало — все.

— А если бы он не опустил щит?

— Получил бы прорубленную ногу и пожил бы немного больше. Так ударить копьем — все равно что секирой.

— Получается, нет никакой защиты?

— Почему. Башенный щит [37] , например, или арбалет [38] .

— Арбалет?

— Да, убиваешь мастера, пока он к тебе не подошел.

М-да, тут живут не люди, а машины для убийства. Я не щегол, как сказал Матвей, я — инфузория на их фоне.

— Что, Влад, начинаешь понимать, кто такие охотники?

— Ты мысли читаешь? — угрюмо спросил я.

— Нет, у тебя все на лице написано. Ладно, не расстраивайся, таких мастеров здесь немного, точнее, совсем мало — примерно один из десяти. Заметил, что все общаются по именам и лишь изредка добавляют прозвище, хотя среди охотников много благородных по крови, есть и высокородные?

— Заметил.

— Так вот, здесь безразлична твоя родословная, твое прошлое — ты или охотник, или нет, а прозвище дают только лучшим охотникам — мастерам. Это отличительный знак, если можно так сказать. А у тебя в замене все такие. Охотники без кличек даже не походили и не выбирали противника. Знали, что не достанется. Тут мастерам не всем хватило. Вот и спорили. Но не сильно радуйся: остальные охотники — тоже не промах. Любому из них эти щенки не соперники.

— Так что же они так нарывались?

— Во-первых, они издалека, там про охотников слышали, но не знают, разницу понимаешь?

— Да.

— А во-вторых, охотники в турнирах и прочих забавах не участвуют. Неинтересно после созданий погани. Живут в основном здесь или в Пограничье. А где живешь, буянить и пакостить не будешь даже во хмелю. Самому стыдно потом будет, и приструнить есть кому. Тем более что местные нас хорошо знают и конфликтов не возникает. Вот и не гуляют про нас разные сказки.

Да, попробуй пойти на конфликт с такими машинами смерти. Мигом на лапшу переведут.

— А стража?

— Что стража? Город они охраняют да за порядком следят. Не хватало еще охотникам этим заниматься, — улыбнулся Матвей.

Я представил себе, как ребята из спецгрупп федерального подчинения воспримут предложение пойти в пэпээсники, и заржал.

Теперь понятно нежелание Берга вызвать недовольство охотников. Значит, за этими мажорами действительно стоят серьезные дяди, если он выбрал такой способ разрешения конфликта интересов.

— И в-третьих, они хотели получить вызов от тебя: несмотря ни на что, они неплохие воины и сразу увидели в тебе неумеху.

Вот блин. Когда меня перестанут тыкать в это носом?

— Матвей, а ведь тебя Кожей многие называют.

— Был я охотником, да потом отошел отдел, — помрачнел Матвей.

Тема ему явно неприятна, отложим. Но мне кажется, что бывших охотников не бывает.

— Бой.

Черт, совсем отвлекся. Что там у нас происходит? Инс Гром и Кей Лари. Господа, делайте ставки. Прием ставок сто к одному на Инса, есть желающие поставить на Кея? Не стесняйтесь, ставьте, в случае победы Кея вы получите целое состояние. Что, никого нет? Что-то сегодня с идиотами в городе напряженка. Может, завтра подъедут.

Инс, невысокий коренастый мужичок с двумя мечами — и Кей в стандартном миланском доспехе и фламбергом в руках. Кстати, все развлекающиеся охотники тяжелыми доспехами себя не утруждают: кольчуга, шлем и поножи [39] максимум. Привыкли так работать или лень надеть тяжелые доспехи на показательные выступления? Тем временем в круге все закончилось. Кей попер на Инса, как оголодавший бык на симпатичную буренку. С испугу, наверно. Инс вежливо пропустил его мимо, попутно забыв фальшион в бедре торопыги, и добил, раскроив другим шлем.

На этот раз выкрики были слабые. Чувствую, народу приелось. Теперь более или менее понятно правило древнеримских гладиаторов убивать противника эффектно, а не эффективно. Действительно, какой интерес смотреть: выходят профи — удар, максимум два — и занавес.

Посмотришь часа два-три — и захочешь пойти в кабак выпить и начистить хавальник соседу. Вот и извращались бойцы на арене Колизея в борьбе за симпатии электората.

— Бой.

Кто у нас там? А, Яг Топор и этот, как его, Синтазула… нет, сэр Зул Синта — короче, жердяй-синтезатор. Яг в кольчуге, топор [40] и норманнский щит [41] , шапка типа круглый шлем [42] — прям дикий викинг и рыцарь в сверкающих доспехах. Исход ясен, задумываемся над будущим: что там Берг сказал по поводу погани и трех часов проведения в оной?