Чтение онлайн

— Нет, нет, Тим. Только не сейчас! — вырвалось у меня, когда тьма стала наступать, — Васили-и-ий!

Это было забавно, вот так кричать имя соседа по разуму перед тем, как всё потонет в кромешной черноте…

***

Я резко вскинулся, вскочил на корточки и хлопнул по поясу. Ножа нет, оракульского пистолета тоже, хотя пояс с кошелём на месте.

Вокруг темно, или это в глазах у меня всё ещё круги плавают. Но нет, красноватый свет пробивается откуда-то сбоку, и светлое пятно по форме очень напоминает вход в туннель. Сам я сижу на холодном полу, упираясь лопатками в шершавую стену.

В голове всё ещё гудит, но это уже скорее отголосок той боли. Осадочек, в общем, который можно терпеть.

— Господин… эээ… как вас там… — послышался голос Хромого, — Нормально всё?

Пацан сидел напротив на крупном каменном блоке, судорожно сжимая нож. Непонятно только, от кого он собрался защищаться — мне даже на миг показалось, что от меня.

— Это ты меня сюда затащил? — с подозрением спросил я, протирая глаза и пытаясь разглядеть тёмный потолок.

Как-то не верилось мне, что мелкому по силам такое. Хотя чего только не творят, когда адреналин кипит в крови.

— Так вы ж сами нас и затащили… — удивлённо ответил Хромой.

— Хм, — я потёр подбородок, — Ну, конечно.

Ай, да Василий, ай, да сукин сын! Сдюжил всё-таки, безлунь дрищавый.

В ответ от хозяина тела прилетела благодарная эмоция. Мол, ну не надо, и всё такое.

— Давай, а то порежешься ещё, — сказал я Хромому, протянув руку за ножом.

Пацан думал несколько секунд, недоверчиво глядя на мою ладонь. В его взгляде читались страх и восхищение одновременно, и я заподозрил, что он мог видеть моё превращение. Или ещё что-то скрывает…

Вздохнув, Хромой вернул мне нож и вытащил своё обломанное лезвие. Стал им постукивать по коленке — его прутик куда-то запропастился.

Я расслабленно откинулся, понимая, что самое страшное позади. Эх, Васёк, а ведь какой ты молодец!

Короче, как со всем разберёмся, надо будет вернуться в Маловратск. Специально для тебя твою Ленку Перовскую закадрим, чтоб сохла по тебе, как Избранница по Последнему Привратнику…

— Твою псину! — я завертел головой, вспомним о чернолуннице.

К счастью, Эвелина лежала в двух шагах, скрючившись на боку, как младенец. Подскочив, я сразу сунул руку к шее, нащупал живчик. Слабо, но пульсирует. Ох, слава капитской тупости!

Осторожно перевернув девушку на спину, я пробежался пальцами по ткани на животе, пытаясь найти ранение. Дырка в робе была, но под ней только рубец.

— Я натёр ей рану таблеткой, — донеслось от Хромого, — Ещё одну в рот ей вложил.

Машинально моя рука потянулась к кошелю. Я перебрал пальцами всё, что там было.

Так, паспорт на месте. Рекомендация для службы в Царской Армии тоже. Браслеты с синим и белым камушками, и один с чёрным тхэлусом. Даже рубль на месте.

Ага, коробка с вытяжкой…

Вытащив, я потряс ей, а потом уставился на одинокую пилюлю, лежащую на донце. Поджав губы, я покосился на пацана, потому как помнил, что там штуки четыре точно должны были остаться.

У Хромого подпрыгнули брови, он виновато сморщился:

— А что?! На неё вон две ушло, и мне тоже пришлось одну взять, — он коснулся затылка и зашипел от боли, — Я ж опять голову разбил.

При этом другой рукой он машинально тёр свою коленку.

Конечно, я Хромому не поверил. Наверняка, опять свою старую травму лечил. Получалось, у этих таблеток был интересный эффект: свежие раны залечивались в лёгкую, а вот застарелые, как хромота у пацана, требовали гораздо больше усилий.

Ладно, спасибо мальчишке и на том, что всё не стырил. Мог бы соврать, что коробка потерялась, да ещё и закинуть куда подальше сумку, чтоб вопросов не было. Осталась всё-таки у беспризорника крупица чести, не доломала его улица.

Тем более, если что, я всегда могу обыскать его. Но пока мне унижать парня не хотелось.

Понимая, что Эвелине просто надо ещё полежать, и она очнётся, я встал. Уперев руки в боки, посмотрел на выход из туннеля. Отсюда из темноты канал, освещаемый луной, мерцал и даже слепил глаза.

Тела подстреленных помойников так и лежали в чёрной воде. И я так подозревал, никто их отсюда убирать не будет. Солдаты лучше потерпят несколько недель, пока трупы сожрут птицы, или их унесёт с проливным дождём. А может, сообразят чего, да выльют сюда мазут, чтобы сжечь.

Посох Эвелины нашёлся неподалёку от входа. Я сходил за ним, потом вернулся к мальчишке.

— Ну, куда дальше? — спросил я, присев рядом.

В другой стороне туннеля было темно, хоть глаз выколи, но кое-где вдали мерцали мутные камушки красного пируса.

— А я не знаю… — вжав голову в плечи, вдруг ответил Хромой.

«То есть, как?!» — хотел спросить я, но вдруг понял, что пацан эти тоннели только и видел, что с набережной или с моста. Ну, он мог ещё слышать сплетни, что через них есть проход в Каменный Дар.

По собственной воле спуститься в канал захочет только сумасшедший…

— Помойники туда пошли, — Хромой ткнул пальцем в глубь катакомб.

— Та-а-ак, ладно, — протянул я, пристраивая нож на поясе.

Обратно нам точно путь не светит. Если солдаты зачем-то получили приказ стрелять на поражение, то сейчас просматривают канал. Да и зачем, спрашивается, мы тогда пёрлись сюда?

— Ох… — донеслось от Эвелины.

Я повернул голову, улыбаясь сам не знаю чему. Всё-таки хорошо, что очнулась.