Чтение онлайн

— О, Боже! Билл, это уж слишком!— сказал Спектор. Рекламный агент побледнел, вспомнив о некоторых разговорах, которые он вел из дома Рэчел и которые он хотел бы оставить в тайне.

— Может быть, он возбуждается, когда слушает мои разговоры,— голос Рэчел был насмешливый, иронический и она говорила так, словно Фрэнка Фармера не было в комнате.— Ну, понимаете, это учащенное дыхание и прочее…

— Рэчел,— со злостью сказал Девейн,— какого черта ты хочешь от меня?

— Я хочу жить спокойно здесь, в своем доме,— резко ответила она.— А весь этот шум, посторонние…

— Это верно,— поддакнул Спектор. Он старался всегда и во всем соглашаться со своей примадонной.

Девейн вопросительно взглянул на Фармера.

— Фрэнк, можно тебя попросить навести здесь порядок?

Фармер в этот момент подумал, что Рэчел скорее всего не возражала против шума и беспорядка, когда заново отделывала свою резиденцию, но промолчал.

— Мы уже почти закончили,— только и сказал он.

— И я хочу иметь возможность ездить на завтрак со своими друзьями,— заявила Рэчел, сморщив нос, как капризный ребенок.

— Конечно, вы можете поехать. Только организуйте завтрак во вторник на этот раз.

Спектор посмотрел на Фармера, словно это был пришелец, спустившийся с небес прямо в гостиную Рэчел Мэррон. Воскресные завтраки были традицией в Голливуде, и никто не слышал о завтраках по вторникам.

— Завтрак во вторник!— агент покачал головой в изумлении, затем, взглянув на Девейна, добавил: — Где ты только откопал этого парня?

Рэчел Мэррон очень любила делать покупки, и в соответствии с величиной ее состояния ее закупочные страсти концентрировались в основном в шикарных дорогих магазинах Беверли Хилз и Санта Моники. Продавцы по всей Родео-драйв и Мейн-стрит с радостью наблюдали, как подкатывает к главному входу их магазинов лимузин Рэчел. Она редко покидала магазин, истратив сумму меньше, чем из пяти цифр.

Но у нее было и другое пристрастие. Периодически Рэчел отправлялась в Западную часть Лос-Анджелеса, где на Ветеран-авеню располагался магазин подержанной одежды. Это был не самый захудалый район, но люди здесь жили далеко не богатые, и поэтому "кадиллак" Рэчел был здесь редким явлением.

Машина остановилась у тротуара напротив входа в магазин Луизы, который так и назывался: "Магазин Луизы". Это была лавка, где продавалась поношенная одежда и где Рэчел всегда находила для себя что-нибудь экстравагантное или даже нелепое вдобавок к своему огромному гардеробу.

Фрэнк, сидя на заднем сиденье вместе с Рэчел, оглядел эту убогую улочку и жалкий магазинчик, и покачал головой. Почему его подопечная специально лезла в опасные места?

Рэчел перехватила его неодобрительный взгляд.

— Не воспринимай это как личное оскорбление, Фармер,— сказала она, выбираясь из машины.— Я приезжала сюда задолго до того, как ты появился здесь, и буду приезжать, когда ты исчезнешь.

Фрэнк нагнулся к машине и похлопал Тони по плечу.

— Следи за машиной. И приглядывай за ними,— Фармер указал на кучку подростков, стоявших на тротуаре в конце улицы. Они с завистью смотрели на лимузин.

— А мне что делать?— спросил Генри.

— А ты наблюдай за Тони.

— Лучше бы Рэчел перестала бы сюда ездить,— сказал Генри.— Мне здесь не нравится.

— Мне тоже,— подтвердил Тони с улыбкой,— только я спокоен, потому что ты здесь со мной.

Фрэнк последовал за своей подопечной в пыльный магазинчик, забитый вешалками с ношеной одеждой, которую Рэчел начала с энтузиазмом рассматривать, тасуя вешалки словно карты. Фрэнк внимательно оглядел комнату и даже отдернул занавеску, отделявшую примерочную кабинку от остального помещения. К его большому облегчению в магазине больше никого не оказалось, кроме, естественно, его владелицы, Луизы.

— Луиза!— воскликнула Рэчел.— У тебя здесь столько замечательных вещиц!

Луиза расположилась в глубине комнаты, уже хорошо зная из опыта, что лучше оставить Рэчел в покое, когда та выбирает вещи. Тогда она купит больше. Она прокричала оттуда:

— Конечно, забирай все, дорогая! Все, что тебе по вкусу.

Фрэнк прислонился к стене около двери, откуда было все хорошо видно, и периодически поглядывал на улицу.

Рэчел вытащила какое-то платье с вешалки и покрутила его перед собой.

— О-ох! Вот это я примерю!

Она поглядела на Фрэнка и огорчилась: он продолжал смотреть на улицу. Его там, видимо, что-то привлекало больше, чем она.

Рэчел скользнула за занавеску примерочной кабинки, затем выглянула специально и спросила:

— Фармер, а ты не зайдешь сюда вместе со мной? Ну, просто в целях безопасности? А?

Фрэнк взглянул на нее, а затем молча отвел глаза и продолжал изучать улицу.

Рэчел прошла в примерочную и, выглянув поверх занавески, сказала:

— Ты, может быть, и не поверишь, Фармер, но меня считают стервой.

Фрэнк даже не повернул голову. Несколько подростков на улице подошли к лимузину и беседовали с Генри и Тони. Здесь не о чем было беспокоиться: шла обычная безобидная уличная болтовня. Ребята просто болтались без дела, обменивались беззлобными шутками с двумя мужчинами и таращили глаза на бархатную обивку салона шикарной машины. Их шутки и смех гремели в ухе Фармера, усиленные микрофоном, прикрепленном к рукаву Генри. Тони, казалось, отбросил всякие подозрения, что эти ребята могут представлять опасность.

— Фармер, ты слышишь, что я говорю?

Фрэнк кивнул.

— Прекрасно,— она застегивала "молнию" на спине.— Я не всегда была такой… стервой, я имею в виду. Но знаешь, как бывает? Тебя считают такой и скоро ты именно такой и становишься.

Она повела плечами, словно оправляя платье и в то же время извиняясь за свое поведение.

— Ничего не могу с собой поделать.

Фрэнк многозначительно ухмыльнулся, и эта легкая гримаса, казалось, опровергла все, что она сказала.

— Ах, ты так не думаешь? Ты большой специалист по знаменитостям?