Стихи
Шрифт:
Я, затаив дыхание,
Ловлю шорохи слов,
Сказанных днём, которые
Медленно оседают, кружась и покачиваясь,
На тёплую землю.
12.08.83
Черна была земля
В своей незамысловатости
Но не ведал я этого
Когда собаку кормил
Салом тугим
Непрожёванным
А вода а вода
А моя доброта
И ещё один мимо прошёл
Ненароком напомнив собою, что где-то
на льдине
белька убивают.
30.03.1997
Ночная бабочка мягко шуршит
В черепной коробке моей шуршит
Ночи вязнут в сырой земле
Сами по себе
Смеюсь ругаюсь
Кашляю потею
Жду подарков с неба
Как щека пощёчину.
1991
Мы в глубокой жопе
Прозрачные жители чужой норы
Волшебные правила слепой игры
Далёкий ветер подземных стай
Наверно это Lucy in the sky.
А мы в глубокой жопе
Тугая мякоть, пушистый цвет
Стеклянный шорох, большой ответ
Такой последний, такой один
Как измученный звук разбитых витрин
А мы в глубокой жопе
Благая травка, великий Джа
Полёт с 9-ого этажа
Весёлый праздник Rastafari
Другое место, терновый рай.
А мы в глубокой жопе
Зашить карманы, забить окно
Босой ногой раздавить говно
Срастись всецело, залечь пластом
И ползти наружу слепым глистом…
Ведь мы в глубокой жопе!..
1987
Осенняя песня
И белый песок, поджаренный ласковым солнцем
И распятые птицы кружатся в моей слепоте
И каждый столбик обоссаный дикими и домашними
псами
И окровавленные деревья, сваленные в кучу после
расстрела
И парад раненых красноармейцев с костылями
и бинтами наперевес
И обезумившие бетонные дома под упрямым
московским небом
И наш первобытный мистический страх перед ночью
И раздавленный танком сверчок, шевелящий
оторванной ножкой
И мягкие тёплые трупы котят на обеденном столе
И гордые песни лунной совы
И скрип сухих листьев под ногами, не понятый
до поры до времени
И условные обозначения того чего нет и того чего нет
И брачные игры надёжно укрытые стеклянными стенами
И очки без стёкол чтоб лучше видеть чужие очки без
стёкол
И всё это рухнет на нас так много
Что кишки и мозги разлетятся как мухи
И это случается каждый год.
6.09.84
Кровавое лето
Пойдём в Детский мир
Купим плюшевого медведя
Будем с ним играть.
20.06.85
На самом краешке
Над коричневой рекой
Нестерпимое зловоние
Напомнило мне
Что я смертен.
21.07.1984
Прилетит седьмая пуля
Угодит в твою башку
Тут и вспомнишь
Тут и скажешь —
Ну ребята вы даёте.
6.03.1997
Метель
Я медленно скалю клыки
Наблюдая бескровное пиршество
За хищным окном
В соседней палате солдат-сумасшедший
Собирает микробов со стен
Пихает в карманы
Глаза его бегают красные нервные
Ему ещё много и долго
А ещё есть новичок
Мальчик
Он сказал: “Я видел, как на моих глазах
Сгорел учитель его лицо сгорело
Я видел и я после этого
Сошёл с ума, слава тебе господи.”
Так я и поверил
Я медленно скалю клыки
За вздорным окном
Ты тихо смеёшься с ненавистью и снегом
Так я и поверил.
31.12.1985
Ну а дальше-то что? — спросите вы
Вот в том-то всё и дело — отвечу я.
Гора под землёй захороненная
В земле глубоко потаённая
Подземная стало быть гора
Да паучок на подоконнике
Поконченный
Окоченевший
Совсем как совёныш в лесу, что зарылся
мохнатою рожицей в снег
И капут
В ночь накануне Ивана Купала
Которая длится который уж год
Круглосуточно и искромётно
Чтобы был ты всегда начеку.
14–16.01.1996
Скоро настанет совсем
Кто-то голубой, кто-то очень красный
Кто-то с топором, кто-то безобразный
Кто-то наугад, кто-то понарошку
Кто-то в небесах — словно серп и молот
Кто-то под луной — кто-то под скамейкой