Чтение онлайн

2. Какова тайная честолюбивая мечта Гилдероя Локхарта?

3. Каково, по вашему мнению, на сегодняшний день самое грандиозное достижение Гилдероя Локхарта?

И так далее и тому подобное. Последний, пятьдесят четвертый вопрос звучал так:

54. Когда день рождения Гилдероя Локхарта и каков, по вашему мнению, идеальный для него подарок?

"Что за тупость?! Здесь нет ни одного вопроса по борьбе с темными существами! Откуда мне знать, что этот идиот хочет на день рождения! Твою мать, еще один год впустую!"

Гарри не понимал только одного - как подобный идиот мог совершить все эти подвиги и как он теперь собирается вести у них урок? Единственной надеждой было лишь то, что профессор решил просто развеселить учеников перед серьезной практикой. В противном случае на уроки ЗоТИ в этом году можно будет просто не приходить. Обернувшись к остальным, Гарри заметил у многих на лице такое же недоумение. Малфой и вовсе скорчил такую рожу, что от одного ее вида молоко бы скисло.

Спустя полчаса Локхарт собрал работы и быстренько просмотрел их.

–  Ай-яй-яй! - покачал он головой. - Почти никто из вас не помнит, что мой любимый цвет сиреневый, - судя по цвету мантии, Гарри был уверен что лимонный.
– Я об этом пишу в книге "Йоркширские йети". А кое-кому не мешало бы повнимательнее читать "Встречи с вампирами". В главе двенадцатой я черным по белому пишу, что идеальный подарок для меня в день рождения — благорасположение между всеми людьми, магами и не магами. Но, разумеется, я не отказался бы и от бутылки доброго огненного виски Огдена!

И Локхарт еще раз проказливо подмигнул. Малфой, сидевший через ряд, уставился на Локхарта недоуменным взглядом. Сидевшие впереди Гарри, Симус Финниган и Дин Томас тряслись от едва сдерживаемого смеха. Гермиона же, наоборот, вся обратилась в слух. Вернуло ее к действительности только произнесенное на весь класс ее имя.

–  А вот мисс Гермиона Грэйнджер знает мою честолюбивую мечту. Да, я хочу избавить мир от зла и наводнить рынок составами для сохранения шевелюры моего собственного изобретения. Умница девочка! - Он еще раз перелистал ее работу. - Она заслуживает самой высокой оценки. Где мисс Гермиона Грэйнджер?

Гермиона подняла дрожащую руку.

–  Превосходно! - излучал восторг Локхарт. - Превосходно с плюсом! Десять баллов Рейвенкло. А теперь перейдем к делу…

Пока профессор что-то искал под столом, Гарри удивленно рассматривал Гермиону, которая на похвалу профессора странно покраснела.

– Грейнджер!
– раздался шепот Малфоя.
– Только не говори, что влюбилась в этого идиота!

Очевидно, Гарри был не единственный, заметивший поведение Гермионы.

В это время Локхарт наконец вылез из-под стола и поставил на его поверхность накрытую тканью клетку.

–  Сегодня я вас научу, как обуздывать самые мерзкие создания, существующие в мире магов и волшебников. Предупреждаю: вы будете лицезреть в этой комнате нечто действительно ужасное. Но не бойтесь, пока я рядом, ничего плохого с вами не случится. Единственно я прошу - сохраняйте спокойствие и выдержку.

Гарри невольно выглянул из-за баррикады, чтобы лучше видеть происходящее. Неужели все-таки уроки пройдут нормально и профессор просто ломал комедию в самом начале? Локхарт опустил руку на ткань, закрывающую клетку. Дин и Симус перестали трястись от смеха. Лаванда явно трусила, сидя за столом в первом ряду.

–  Ведите себя тише, - понизив голос, погрозил пальцем Локхарт. - Они могут перевозбудиться.

Весь класс затаил дыхание, Локхарт сдернул ткань.

–  Да, это они, - драматически произнес он. - Только что пойманные корнуэльские пикси.

Гарри разочаровано закрыл глаза, сквозь зубы проклиная всех и вся. Симус Финниган не сдержался и так явно хихикнул, что даже Локхарт не принял его смешок за вопль ужаса.

–  Что такое? - расплылся он в улыбке.

–  Но… но ведь они совсем… неопасные, - выговорил сквозь смех Симус.

–  Не скажите, - Локхарт покачал головой. - Их забавы могут быть чертовски неприятны.

Пикси были ярко-синие, ростом сантиметров двадцать, с заостренными мордочками. Оказавшись после темноты на свету, они пронзительно заголосили, точно в класс ворвался полк трубачей, заметались по клетке, стали барабанить по жердям и корчить рожи, не то дразня зрителей, не то забавляя.

–  А теперь посмотрим, — повысил голос Гилдерой Локхарт, - Как вы с ними справитесь! - и он открыл клетку.

Начался форменный дурдом! Пикси выскочили из клетки, как маленькие ракеты, и разлетелись во все стороны. Два проказника схватили за уши какого-то гриффиндорца и взвились с ним под потолок. Штук пять-шесть, разбив окно и осыпав осколками стекла последний ряд, вылетели из класса. Остальные принялись крушить все, что попадало в их проворные ручки, с яростью разъяренного носорога. Били пузырьки с чернилами и залили весь класс, рассыпали корзину с мусором, рвали в клочки книги и тетради, срывали со стен картины, швыряли в разбитое окно сумки и учебники. Не прошло и пяти минут, как весь класс сидел под столами. Только бедняга-гриффиндорец, держась за люстру, болтался под потолком.

–  Чего вы испугались? Действуйте! Гоните их обратно в клетку! Это ведь всего только пикси! - кричал Локхарт.

Он засучил рукава, взмахнул волшебной палочкой и быстро произнес:

–  Пескипикси пестерноми!

Его слова, однако, не укротили разбушевавшуюся нечисть. Один даже выхватил у Локхарта волшебную палочку и выбросил в окно. Профессор охнул и нырнул под собственный стол. Очень вовремя — люстра не выдержала и грифф упал прямо на то место, где секунду назад стоял профессор.

Тут как раз прозвенел звонок, и весь класс ринулся к двери. В кабинете стало потише, Локхарт вылез из-под стола, и заметив Гарри с нескольким учениками, приказал:

–  Прошу вас, друзья, загоните оставшихся пикси обратно в клетку!

Профессор резво пронесся мимо них и захлопнул дверь перед их носом.

–  Ну что, Грейнджер, он тебе еще нравится?! — гневно воскликнул Малфой, получив хорошую оплеуху от одного из разбушевавшихся баловников.

–  Он просто хотел поместить нас в реальную жизненную обстановку, — сказала Гермиона. Девочка хотела наложить какое-то заклинание, но Гарри резко вытянул ее из кабинета и захлопнул дверь. Если профессору надо, то пусть он и разбирается.