Список
Шрифт:
– Снимай трусы, ложись на кресло, – сказала гинеколог сиплым голосом.
Трясущимися руками я избавилась от белья и легла, уставившись в потолок. Когда она начала копошиться, я закрыла глаза. Представила, что это не я лежу на кресле, что это все выдумка или кошмар, который вскоре прекратится.
Так и случилось: несмотря на весь дискомфорт, что мне пришлось испытать, обследование прошло довольно гладко. Гинеколог дала мне одеться и погладила по голове.
– Не бойся. Все прошло хорошо, – она улыбнулась.
Я посмотрела на нее, как на сумасшедшую.
– Все хорошо с вашей девочкой. Чистая, как ангелочек, – сказала гинеколог Геннадию Петровичу, как только впустила его.
Она вручила ему какую-то бумагу, а копию отдала мне. Я почувствовала, что вот-вот упаду в обморок, вышла из кабинета и села на скамью.
С меня хватит таких проверок. Эти дурацкие слухи делают только хуже!
– Довольны?! – рявкнула я, когда психолог вышел следом.
– Конечно. Теперь ни у кого в школе не будет проблем, – ответил он. – Что ж, можешь дойти сама. Если появятся темы, которые захочешь обсудить, – я всегда к твоим услугам.
– Да пошел ты к черту… – пробормотала я, когда Геннадий Петрович удалился на достаточное расстояние.
Я брела в школу, отвратное настроение наталкивало на мысль, что нужно на все наплевать и уйти домой, забить на эти бесполезные уроки.
В прошлую проверку я чувствовала себя так же, но со мной была бабушка. Она ничего не сказала, когда я вышла из кабинета, а я ничего не говорила по пути домой, и мы дружно замяли тему.
Я никогда не признавалась себе, до этого момента, что мне не хватает мамы. Той, с кем можно поговорить на волнующие тебя темы: о нарядах, о школе, о мальчиках и о предохранении. Обо всем этом я узнавала на собственном опыте и намного позже остальных. Одноклассницы казались прошаренными и такими далекими от меня, что я боялась заводить среди них друзей после случая с Анжелой. Я думала, что лучше буду держаться особняком, и тогда меня никто не тронет. Но все вывернулось наизнанку, и стало только хуже.
А проверка невинности оказалась цветочками по сравнению с тем, что у меня появились странные «фанаты».
Номер: 6.
Имя: Андрей Неклюдов.
Ущерб: слухи, побои.
Уязвимость: Варя.
ВЕРДИКТ: вне списка / в списке
Номер: 7.
Имя: Варвара Краснова.
Ущерб: слухи, задетая гордость.
Уязвимость: Андрей.
ВЕРДИКТ: вне списка / в списке
Глава 5
К ноябрю шумиха улеглась: никто не пытался снять с меня одежду, изнасиловать или выдать за проститутку. Жизнь начала налаживаться.
Но однажды на меня вышли странные люди.
Началось все обычно: сидя за партой, я слушала учительницу, и пыталась сама разобраться в материале, потому что она сильно гнусавила и картавила. Валентина Михайловна вела литературу и русский язык. Как может человек с проблемной дикцией преподавать что-либо в школе? Приходилось искать в себе силы, чтобы насладиться любимыми предметами.
Я никогда не была отличницей, но получить пятерку по гуманитарным предметам не представлялось мне чем-то сложным.
Телефон завибрировал, когда Валентина Михайловна писала на доске тему урока. Я поспешно выключила звуковой сигнал, чтобы не привлекать ее внимания. К счастью, учительница была глуховата.
Я разблокировала экран и увидела смс:
«Привет, Тина»
Я оглядела одноклассников, но слишком многие сидели в телефонах. Номер был незнаком, но хотя бы не скрыт.
«Привет?» – обычно мне не писали незнакомые люди, но вдруг это Тарас или Дарья пишут с другого номера. А, может, это Аня? От мысли о подруге сердце радостно затрепетало.
«Аня?!» – пальцы сами набили текст по кнопкам и отправили смс.
«Не угадала»
«Кто ты?»
«Тот, у кого есть деньги. Тебе же нужны деньги, Тина?»
Тон незнакомца настораживал. Я занесла его номер в черный список и отложила телефон.
Смс-ка пришла через минуту с другого номера:
«Ты мне понравилась, Юстиния. Не хочешь сходить на свидание? Я угощаю. Место выбираешь ты»
Что за черт? Новый номер отправился в блок. Но смс-ки не прекращались.
«Я уже снял номер, приезжай по адресу…», «Ты несимпатичная. Как раз в моем вкусе», и много подобных.
Наверное, это опять дебильный розыгрыш от одноклассников. Не удивлюсь, если они отправили мой номер куда-нибудь. Вопрос в том, как они узнали.
Может, староста растрепал? Я взглянула на Андрея. Он переписывался с Варей на бумаге. Нет, вряд ли он вообще когда-нибудь спрашивал у секретаря, как меня найти.
Мой номер есть только в личном деле, а соцсетями я не пользуюсь из-за старого мобильника.
В классе есть кто-то, кто мог получить доступ к моему делу? На ум пришла Люба, дочь секретаря директора. Только она могла безопасно подглядеть данные.
На секунду стало не по себе. Если Люба отправила номер в рассылку, вдруг она сделала то же самое с домашним адресом?
Однако мысли о рассылке вылетели из головы, как только мне стали названивать. Звонили с неизвестных номеров, то долго, то несколько секунд. Мои смс-ки были забиты до предела.
Схватив телефон, я выключила его, чтобы избавиться от этих навязчивых ублюдков. Лоб прошибло потом, а ощущение чего-то нехорошего надвигалось, как тучи на небо.
Запасная симка осталась дома, и мне пришлось до конца уроков сидеть без мобильной связи. А что, если бы с моей бабушкой что-то случилось за это время? Кто бы ответил из шутников?
В раздевалке я подошла к Любе и толкнула ее.
– Ты! – прижав ее к стене за плечи, рыкнула я. – Какого черта творишь?
– Ты о чем, психованная?! – взвизгнула Люба.
– Эй, отстань от нее, – вмешалась Нина.
Они с Любой тесно дружили еще с девятого класса, и я поняла, что они могли сговориться. Нина отпихнула меня в живот и освободила Любу.
– Убирайся отсюда! – Люба заколотила меня рюкзаком по рукам и туловищу.
Нина делала то же самое, но била по ногам.