Чтение онлайн

У Вадима громко заиграл телефон. Он подошел к телевизору и выключил его:

— И так все ясно.

Принял звонок:

— Деменко, слушаю… Да, узнал… Да, знаю — смотрели репортаж. Что произошло?

Он внимательно слушал с минуту, чернея лицом. Внезапно рявкнул:

— Он идиот? Что значит «надоели побочки, и бросил»?

Еще с минуту вслушивался в голос невидимого собеседника.

— Нет, не приеду. И не просите. Вы хотели, чтобы у него права были, вы получили. Я предупреж… Что?!! Да это вам сейчас бояться надо, а не мне!

Вадим с яростным взглядом отбился и принялся с силой запихивать телефон в карман. Но тут снова заиграла мелодия.

— Нет. Я же сказал. Вы создали такую ситуацию, вы и разгребайте. Олегу Даниловичу? Да хоть президенту звоните.

Он сделал паузу, вслушиваясь в слова собеседника, а потом четко, раздельно произнес:

— Пошел. В жопу.

И выключил телефон.

Вадим широкими шагами пересек комнату, достал из шкафа рюмку, критически глянул на свет, чистая ли она, и ухватил за горло бутылку Hennessy. Затем недрогнувшей рукой нацедил коньяк по самые края и быстро опрокинул в себя.

— Кто это был? — поинтересовался я, с любопытством наблюдая за его реакцией на разговор.

— Мэр, — буркнул Деменко.

— Та-ак. А ты там каким боком?

— Прямым.

Диана тихо спросила:

— Что ему нужно?

— Дианочка, милая… — Вадим подошел к шкафу и вернулся уже с четырьмя рюмками. Аккуратно расставил их на моем столе и наполнил янтарной жидкостью из все той же бутылки. — Давайте выпьем за то, чтобы все было хорошо.

Раздал рюмки и, не дожидаясь нас, выпил сам.

Паша осторожно спросил:

— Вадим, что случилось?

Деменко задумчиво глянул на бутылку, но не стал ее тревожить. Уселся на диван и объяснил:

— Что должно было, то и случилось. Где-то год назад прислал ко мне Олег Данилович мэрского сынка за свидетельством, что тот вправе водить машину. Подвоха я сразу и не понял. Пока историю болезни не открыл.

— И что там? — спросила Диана.

— Эпилептик.

— Так ты подписал, — скривился Паша.

— А что было делать? — рявкнул Вадим. — Когда меня просит ваш главврач Олег Данилович, давит главврач диспансера Самойлов, а заодно и сам мэр звонит и говорит, что очень надо. Я хоть лечить этого малолетнего идиота взялся, чтобы он не разбился при первом же мигании поворотника от впереди идущей машины. И все бы нормально, если б этот дурак не бросил принимать лекарства, видите ли, побочки ему не нравятся, силы мужской нет, как раньше.

Вадим перевел дух. И Паша, и Диана, и я сидели молча, слушали и даже не знали, что сказать.

— Как я понял, он по Театральному проспекту ехал. А там, как раз с той стороны, где остановка, тополя плотно по обочине высажены. И ни одного здания. Ясно?

— Нет, — мотнул головой Павел.

— Тополя, равномерно, в ряд, солнце за ними, высокая скорость машины.

— Бл…во, — выругался я. — Стробоскоп.

— Точно, — ткнул в меня пальцем Деменко. — Он, видимо, уставился на обочину — кто его знает почему, — мелькающий свет его и накрыл, прямо за рулем, неведомо на какой скорости. Все остальное и так известно.

— А что они от тебя хотят? — повторила Диана.

— Да чтобы я приехал и утихомирил толпу. Мэр думает, если врач публично подтвердит эпилепсию, это чуть снизит накал.

— Сомневаюсь, — заметил я. — Скорее отвернут голову врачу за то, что подписал справку. А потом и за мэром пойдут.

— Второе — пусть. А первое меня не устраивает. Тем более я предупреждал их, что этим рано или поздно закончится. Но дите захотело крутую машинку и права — а как мэр может отказать родному сыну? Опасность-то не дитятке будет грозить, а тем, кто по тротуарам ходит, — внедорожник хорошо защищен. Вот и получили вполне предсказуемый результат.

— А если бы ты уперся? — спросила Диана, пряча глаза.

— Пытался. Сказали, что работу найти в этом городе мне будет трудно.

— Понимаю, — прошептала Диана. — Но, получается, и твоя вина… Что собираешься делать?

— Работать, — буркнул Вадим и резко поднялся с дивана. — Спасибо за кофе и коньяк. Пойду прогуляюсь, пациентов гляну.

Не оборачиваясь, Вадим выскочил из ординаторской. Чуть помявшись, вслед за ним ушел и Паша, сославшись на то, что пора работничкам запланированный втык устраивать.

Диана грустно посмотрела на меня:

— Я не хотела Вадима обижать…

— Он не обиделся, — успокоил я ее. — Просто хочет побыть немного тет-а-тет с самим собой. Любой бы на его месте так отреагировал. Все будет хорошо.

Хотя я сам в последнем совсем не уверен. Но не напрягать же еще и Диану моими сомнениями. И так вчера, кажется, Машку перепугал психозом после разговора с Иоанном. Самому бы еще понять, как относиться к прогнозам священника.

Я задумчиво осмотрел стол, где живописно расположились документы, истории болезни и прочая повседневная макулатура.

— Пойду я, — устало сказала Диана. — Будешь разгребать бумажные завалы?

— А что еще остается?

— Помочь тебе?

— Иди домой — видно же, на ногах еле держишься. Выспись хоть немного — кто его знает, сколько нам работы подкинет человеческая глупость в ближайшие дни.

Диана подозрительно посмотрела на меня:

— Ты как-то странно это сказал. Что-то знаешь?

Я в который раз поразился особому женскому чутью — подсознание у прекрасной половины вида хомо сапиенс умеет обрабатывать информацию прямо на ходу. Впору уже бояться так называемой интуиции.

— Нет, Диана, просто ты устала, — ласково ответил я, провожая коллегу до двери ординаторской. — Мне самому после дежурства разное чудится, тревожность взвинчивается до предела.

— Наверное, — вздохнула Диана и помотала головой. — Знаешь, Иван, мне в последнее время кажется, что будет только хуже. Не знаю почему и как, но мне страшно. Я истеричка, да?

— Нет, Ди, — я дружески коснулся ее руки и повторил: — Ты просто устала. Иди домой, выспись — и все будет хорошо.

Диана слабо улыбнулась и вышла в коридор. Я посмотрел ей вслед и заметил, что рукав белой кофточки на локте испачкан чернилами. Странно такое увидеть на аккуратистке и моднице Диане. Тревога ломает даже быстрее, чем усталость. Сдает коллега — вымоталась и, самое главное, боится. Сама не зная чего.