Чтение онлайн

– Тебя всю трясет, – сказал Николас, когда они сели в машину. – Что с тобой происходит, Лиз? Ты не ожидала, что встреча с Тоддом так на тебя подействует? Или тебя беспокоит что-то еще?

Элизабет мрачно уставилась в одну точку.

– Николас, я должна перед тобой извиниться, – тихо сказала она. – Извиниться и все объяснить. Я собиралась сказать тебе об этом раньше. Увидев Тодда, я поняла, что больше нельзя откладывать этот разговор. Так вот, я пока не готова к новому сильному чувству. Я не могу забыть Тодда, Николас.

Николас был напряжен, как струна.

– Я боялся, что ты это скажешь, – тихо сказал он, поворачивая ключ зажигания.

Элизабет вздохнула.

«Что я натворила? Но теперь необходимо расставить все точки над «i», раз и навсегда разобраться в своих желаниях».

– Я пыталась, Николас, – всхлипывала Элизабет, закрывшись ладонями, – но я действительно не готова. Ты же знаешь, ты мне не безразличен. Ты мой самый лучший друг, я не знаю, как прожила бы все эти дни без твоей поддержки. Но...

– Ты все еще любишь Тодда, – закончил за нее он. – Я по глазам вижу.

– Может быть, – прошептала она. – Может быть, самое главное, что я обрела ясность. Тодда больше не будет рядом, и мне никто не поможет в трудную минуту. И ты не должен мне помогать, я сама должна научиться решать свои проблемы.

Николас вздохнул:

– Я думаю, Лиз, ты знаешь, как сильно я к тебе привязан. Я полюбил тебя с того самого дня, когда мы встретились в первый раз. Все, что ты сейчас говоришь, не изменит моего отношения к тебе. Подумай, прежде чем сделать выбор, я тебя не тороплю...

– Нет, Николас, – Твердо сказала Элизабет. – Я не могу позволить, чтобы ты замыкался на мне. Я уже сделала одну ошибку. Поверь мне, мы можем быть только друзьями, не больше. Если ты хочешь...

Николас стиснул зубы, чтобы не расплакаться, и долго молчал. Потом сказал:

– Ладно. Ты мне очень нравишься, и я хочу остаться твоим другом. Но обещай, что больше не будешь обращаться со мной, как с игрушкой. Я больше никогда не наберусь смелости, чтобы начать все сначала.

Элизабет сидела, не смея на него взглянуть.

«Он так заботился обо мне, – горько подумала она, – а я вела себя с ним просто отвратительно. Если я позволю ему уйти сейчас, я уже никогда не смогу вернуть его».

Николас тем временем подъехал к дому Уэйкфилдов, остановил машину и сидел не двигаясь.

В этот момент он показался Элизабет таким спокойным и сильным, что ей захотелось броситься к нему в объятия, чтобы он успокоил и защитил ее от всего этого кошмара. В то же время сердце подсказывало ей, что это будет еще одна ошибка, за которую придется дорого платить.

Элизабет знала, что где-то там, в темноте, прятался тот, которого она любила всем сердцем.

– Прости меня, Николас, – вздохнула она. – Прости.

Никогда в жизни она не видела человека в более подавленном состоянии, чем Николас. И тут же она вспомнила выражение лица Тодда, когда он увидел ее танцующую в объятиях другого. Тодд страдает сильнее.

Джессика удивилась, что отъезд Николаса и Элизабет произвел такое оживление среди гостей Лили. Все только и говорили о происшедшем.

– Это была замечательная сцена, – с ухмылкой заметила Лила.

Джессика даже немного рассердилась, что Лила расценила случившееся как бесплатное представление для гостей. Джессика нервно искала в толпе глазами Спенса Милгейта, который привез ее на вечеринку, – пускай он теперь как можно скорее отвезет ее домой. Если Элизабет и Тодд встретятся до того, как она успеет ей все объяснить, Джессике не сносить головы.

Джессика и прежде иногда вмешивалась в жизнь сестры, но раньше последствия не были такими серьезными.

«Ничего бы не случилось, если бы не я», – твердила Джессика.

Она злилась на Спенса – исчез в самую неподходящую минуту. Попытки Джессики найти Спенса не увенчались успехом, и она попросила у Лилы разрешения взять одну из машин ее родителей, чтобы доехать до дома.

– Ваши с Лиз поспешные отъезды производят сегодня вечером фурор, – съязвила Лила, но Джессика пропустила ее реплику мимо ушей.

Она думала лишь о том, что нельзя терять ни минуты.

– Ничего не понимаю, – уныло сказала Элизабет, умывая заплаканное лицо холодной водой. – Что ты сказала Тодду?

Элизабет переоделась в джинсы и свитер, праздничное платье валялось скомканное на полу в ванной. Джессика никогда не видела сестру в таком состоянии.

– Я только хотела помочь, Лиз, – нервно оправдывалась Джессика. – Я очень за тебя беспокоилась. Ты только и делала, что сидела дома и писала Тодду письма. Когда он позвонил, я вдруг подумала, что...

– Надо посоветовать ему оставить меня в покое? – догадалась Элизабет.

Джессика захлопала глазами.

– Лиз, ты должна меня понять, я ведь хотела как лучше. Я ему ничего не говорила прямо. Скорее всего, он сам так решил...

Элизабет смотрела на сестру, но, казалось, не видела ее.

– Джес, давай поговорим об этом позже, – неожиданно сказала Элизабет. – Если кто-нибудь спросит, где я, скажи им, что я еще у Лилы, хорошо? – и сбежала по лестнице.

– А куда ты собралась? – крикнула Джессика, свешиваясь через перила.

– Покататься, – бросила Элизабет, выходя из дома.

Элизабет потеряла всякую надежду найти Тодда. Она проехала по всем местам, куда он обычно приезжал, когда был расстроен или хотел побыть один. Его не было нигде: ни в «Дэйри Берджер», ни за школой, ни около Миллерс-Поинт. Хуже всего было то, что Элизабет не знала, где он остановился: у Эгбергов или в гостинице.