Чтение онлайн

Спустя какое-то время, он понял также и то, что ноги его крепко зафиксированы. Ему удалось уже по очереди пошевелить всеми частями тела, но ноги были крепко прижаты к полу каким-то предметом. Дан последнее время так часто терял сознание, что теперь, в очередной раз вырываясь из черной бездны, совершенно не ощущал никакой паники. Осколки окружающей действительности, доступные ему через осязание и обоняние, спокойно и тщательно анализировались, как будто бы он был секретным агентом военной разведки и попадать в подобные переделки было самым обычным для него делом.

Пролежав в таком положении еще какое-то время и почувствовав, что силы жизни потихоньку возвращаются в его тело, Дан сделал усилие и оторвал руку от пола. Затекшая рука как деревянная поднялась вверх столбиком и буквально рухнула ему на лицо. Слегка ожившими пальцами удалось нащупать материю, закрывающую лицо. Зажав ее между кончиками пальцев, собрав все, какие у него были на данный момент, силы, Дан оторвал тряпку от лица и отбросил ее в сторону.

Как ни странно, но он опять увидел знакомый интерьер квартиры Влады. Повернуть голову он пока еще не мог, но краем глаз почувствовал, что в комнате царит невероятный хаос и… «Почему пахнет улицей?». Дану даже казалось, что он ощущает легкий ветерок на волосах. «Это невозможно!» Запах улицы и ветерок в квартире 2077 года действительно ощутить было невозможно. И еще он понял, увидев краем глаз металлические ножки, что ноги его придавлены к полу прозрачной массой самого обыкновенного, перевернутого вверх ногами, кресла. Дан решил, что на данный момент открытий пока хватит. Необходимо немного полежать и набраться сил…

Когда в следующий раз он почувствовал на волосах легкий ветерок, он не выдержал и что есть силы запрокинул голову. Картина, которая ему открылась, потрясла его до глубины души, точнее ума. Потому что увиденное им невозможно было объяснить даже с помощью его компьютерных мозгов. Прямо посередине стены-монитора зияла огромная дыра. Это было просто невозможно. Это было просто исключено. Шторки были сделаны из суперпрочного кристаллического материала, и до сих пор выдерживали все случаи «нападения» на них.

«Что произошло? Может быть, шаровая молния?». Однако шаровая молния, насколько помнил Дан, оставляет после себя идеально ровное отверстие. Эта же «безобразная дырища» явно произошла от мощного удара какого-то предмета. Как будто бы из комнаты Влады на улицу вылетел снаряд от пушки второй мировой войны. «И вообще, в этой квартире произошло что-то невероятное!» Квартира Влады была буквально перевернута вверх дном. Было поломано и разбито все, что можно было разбить. В некоторых местах на разбитых стеклах хрустальной посуды виднелись красные размазанные следы. Это была явно кровь! «Тут уж действительно поверишь и в инопланетян, и в дьявола, и еще черт знает во что! Так, не нервничай, всему на свете есть объяснение. Сейчас наберусь сил, выдерну ноги из-под кресла, внимательно все осмотрю и найду ответ». Успокоив себя таким образом и расслабившись, Дан вдруг неожиданно уснул…

Он смотрел вниз и не замечал, что по его порезанным ладоням к локтям стекают струйки крови. Дан не чувствовал боли и вообще не видел ничего, кроме маленького белого пятнышка с темными разводами по краям. Он стоял, упершись руками в края разбитых шторок, и плакал, роняя слезы вниз с невероятной высоты. Высота была такой большой, что слезы могли и не долетать до земли, точнее до бетона, на котором лежала она. Это была она, не могло быть никаких сомнений.

Дан не мог этого никак объяснить. Он не находил во всем происходящем никакой логики. Мозг просто фиксировал окружающие предметы и их свойства, отказываясь как-либо все это анализировать. Вся окружающая действительность говорила о том, что Влада каким-то образом проломила в шторках дыру и упала вниз, перед этим перевернув в квартире все вверх дном. Или это какая-то неведомая сила, вроде пресловутого полтергейста, ворвалась в квартиру извне, вытянула Владу на улицу и бросила вниз.

Дан, неожиданно почувствовав кровь на руках, оторвал свои ладони от острых краев разбитого монитора и сел на пол, облокотившись спиной о стену-шторку. Почему-то ему не хотелось принимать версию полтергейста. Перед его глазами все время стоял образ невероятной вибрации, превращающейся в нервные судороги. Если причиной всего произошедшего и была неведомая сила, то она вырвалась из тела этой бедной девушки, как сказочный демон. «Нет, нет, нет! Или я продолжаю находиться в каком-то сне, или у всего происходящего должно быть нормальное логичное объяснение, без демонов и духов. Надо подняться. Надо каким-то образом заставить себя подняться и спуститься вниз по лестнице безопасности».

Дан оттягивал эту минуту, как мог. Он не спеша вымыл порезанные руки и обработал специальным раствором. Потом ходил по квартире, тупо подбирая и разглядывая разбитые предметы. В конце концов, осмотрев в этой квартире все на два и на три раза, он все-таки подошел в пожарной двери и вышел на лестничную площадку.

Спускался Дан целую вечность. Ему встречались люди, в основном курильщики, которые смотрели на него, спускающегося вниз по лестнице, как на чокнутого. В принципе, он и был чокнутым, трахнутым, стукнутым… Спускаясь по этой лестнице, Дан ощущал себя кем угодно, только не гением…

Он ожидал увидеть все, что угодно, но то, что увидел, заставило его пожалеть, что он остался жив в этой переделке. Нет, ужас был не в том, что Влада была буквально расплющена о бетон в невероятной позе. Ужас был не в том, что изящное, гибкое тело зрелой девушки… холмики грудей… кожа на бедрах нежная и упругая… все это превратилось в бесформенное месиво. Ужас был не в количестве вылившейся при этом крови. Ужас был в ее глазах, мертвых красных глазах. Ужас был в том, что Дан до сих пор отчетливо помнил взгляд этих глаз, еще живых и задорных. Взгляд суперзвезды, которая должна была, по планам профессора, вести его, Дана, за руку, помогая совершать великие открытия. Взгляд самой красивой девушки на свете, которая за своей наигранной стервозностью скрывала нечто тонкое, ранимое и невероятно хрупкое. Дан вспомнил ощущение ее упругого соска у себя на губах, запах ее тела: «Ты знаешь, по-моему, моя бактерия зашевелилась… Она хочет познакомиться с твоим вирусом…».

И вот теперь он видел ее глаза, точнее то, что от них осталось. Они были совершенно красные, то есть даже не было зрачков, только налитые кровью красные шарики. Дан смотрел и не мог отвести взгляд. В голове промелькнула ядовитая мысль: «Ну, как тебе, Дан, азарт игры?!

Нет, это не может быть реальностью. Я точно продолжаю спать. Это сон и он скоро кончится. Необходимо только срочно добраться до дома и уснуть. Завтра я проснусь, и все это останется в другом измерении».

Дан знал: никаких других измерений нет. Он знал, то, что с ним произошло – чудовищная, кошмарная реальность, и ему все равно придется искать ответы на все возникшие вопросы. Он знал, что это бесформенное кровавое месиво на холодном бетоне будет сниться ему теперь всю жизнь. И его будет преследовать этот ее неожиданный вопрос: «Почему все мужики такие сволочи?!»

«Какая чушь, какой бред, все эти возвышенные теории о вирусах и бактериях, о счастье и высшем разуме. Все разлетелось, рассыпалось в прах, вместе с кристаллом в моей голове. Вся бесконечность микро– и макромиров, все планеты, все звезды и все галактики рушатся, всасываются в ноль, когда смотришь в глаза любимому человеку, бывшему живому, а ныне мертвому. Нет, она не была стервой. Я знаю это теперь совершенно точно, как и то, что успел полюбить эту девочку. Едва-едва успел только прикоснуться к этому чувству, дотронуться до легкого крыла неведомых доселе ощущений и тут же потерял навсегда».