Чтение онлайн

Тем не менее я последовал его указаниям. Ситуация, разумеется, была не настолько плоха, как можно было вынести из данных мне инструкций, – рядом со мной даже не было Дина, пытающегося понять, как заставить работать свой арбалет.

Я лишился дара речи – состояние весьма желательное, если верить словам кое-кого.

В мою дверь стучался не кто иной, как тот самый А-Лафов служитель, которого Мешок с костями недавно отпустил на свободу. Вид у него был решительный, но несколько сбитый с толку – словно у человека, от природы туго соображающего, но тем не менее доблестно идущего вперед по жизни. При нем был комплект близнецов-громил, пребывавших в ужасе от необходимости явиться на публику в маскировке, – те самые близнецы, совершенно обескураженные тем, что им не позволили надеть свои фирменные безобразные штаны.

Я видел подобных ребят в армии – униформа помогала им определиться, кто они такие. Без нее они лишались стержня и места в жизни.

«Ты кончишь наконец копаться? Время не терпит. Сотрудники полковника Блока уже заметили их прибытие. Кто-нибудь может решить разобраться, в чем тут дело».

– Я тоже был бы не прочь выяснить, что…

«Живее!»

Ого! Кое-кто начинал нервничать. Я задвигался живее, впрочем не без сердитой мины.

Зеленые Штаны вошли в дом, опустив приветственные любезности. С лицами, говорившими: «Мои чувства уязвлены уже тем, что я нахожусь здесь». Я проворчал:

– У меня было бы немного больше желания действовать, если бы я знал, что за чертовщину ты тут затеял.

«Я пытаюсь закончить дело чисто, с максимальной пользой для всех. Желательно до наступления следующего тысячелетия. Приведи их ко мне. Сегодня».

Иногда приходится просто плыть по течению и смотреть, что из всего этого выйдет.

Я пригнал покорного дьякона с его буйволами пред светлые очи Покойника.

– Больше тебе ничего не нужно? Может быть, танцующих девочек? Я могу попросить Тинни заглянуть на огонек. Или мы все же подойдем к сути дела?

«Я боюсь, не возобновилось ли в тебе действие того ядовитого зелья».

Вот это мысль. Я приложил все усилия, чтобы игнорировать ее. Но тем не менее в этом могло что-то быть.

А-Лафов служитель прошел прямо к Серебрянику. Один из верзил положил на колени старика какую-то коробку. Серебряник достал лупу и открыл крышку.

Я отпрыгнул. В шкатулке была никелевая собака – щенок… хорошо, хорошо! Шакал.

Впрочем, этот экземпляр был не заряжен. Это был просто кусок металла.

Серебряник исследовал животное, затем воззрился на Покойника. Потом еще раз внимательно осмотрел статуэтку.

– Работа сложная. Но мне нравятся трудности. Особенно когда приходится иметь дело с необычными металлами. Однако здесь недостаточно материала.

Едва слышным голосом дьякон пробормотал:

– Будет еще.

Он помогал нам только потому, что был недостаточно силен, чтобы противиться Покойнику.

– Мне понадобится еще десять фунтов, – сказал Серебряник. – Предпочтительнее маленькими кусками.

Он отвечал на вопрос Покойника, не включившего меня в диалог. Покойник развлекался. Мстил. Все это ребячество…

«Гаррет!»

Я ответил сердитым взглядом, но внимание все же обратил.

«Сопроводи дьякона Осгуда и его коллег. Проследи за тем, чтобы они доставили необходимые материалы в мастерскую Серебряника. Оставайся с дьяконом Осгудом до тех пор, пока он не выполнит свои обязательства полностью».

– Отлично, нет проблем! – Признаюсь, я не обошелся без некоторого сарказма. – Вот только тебя не затруднит сообщить мне, как я узнаю о том, что он это сделал? Всегда остается вероятность – совершенно микроскопическая, разумеется, но все же статистически возможная, – что я не смогу сообразить это самостоятельно.

«Дьякон Осгуд собирается передать нам их приспособление, с помощью которого жрецы А-Лафа собирают отчаяние. Мистер Серебряник произведет в нем некоторые изменения. Дьякон Осгуд и его соратники не в восторге от этой перспективы – но они провели достаточно времени в нашем многообещающем городе, чтобы по достоинству оценить энтузиазм Стражи».

Покойник прямо-таки исходил самодовольством. Было видно, что он готов перевернуть все вверх дном, только чтобы показать, каким гениальным укротителем проблем является некий усопший логхир.

«Я внедрил мощных червей в умы всех троих служителей А-Лафа – так что на протяжении сделки ими будут владеть глубокий страх и чувство подчинения. Но даже несмотря на это, тебе лучше вооружиться. У дьякона сильный разум, а близость заряженных шакалов может смягчить эффективность мозгового червя».

– Понимаю.

Я не стал комментировать тот факт, что мозговые черви больше не являлись воображаемыми. Хотя подозревал здесь какой-то подвох еще тогда, когда Покойник всучивал этот товар Учителю Уайту.

«А теперь расслабься. Мне необходимо заполнить вакуум в твоем черепе информацией, которая тебе понадобится, чтобы довести этот этап до наилучшего завершения».

Опираясь на базис, заложенный Жнецом Темиском и Чодо Контагью, служители А-Лафа проделали неплохую работу по налаживанию контактов в Танфере. Их связи с Бледсо и семейством Терсайзов оказались весьма полезными. Но наиболее выгодным, с их точки зрения, оказался альянс на Холме – с заклинательницей Кабошон Ужасной (она же Дракотт Радомира), отпрыском королевской фамилии, сравнительно малоизвестной колдуньей, чье имя никогда не попадало ни в один список преступлений и злодеяний правящего класса.

Кабошон была особенно полезна тем, что являлась усопшей – пусть еще и не легально, но по крайней мере фактически. В отличие от моего домашнего трупа старая ведьма просто сидела себе в углу, тихонько мумифицируясь. Ее иногородние приятели не стали докладывать о том, что из нее уже вышел дух.

Однако пришельцы также не придали значения неестественно хорошему посмертному состоянию останков. Очевидно, старая ведьма окружила себя заклинаниями, прежде чем сдаться неизбежному. Возможно, определенные люди смогли бы вернуть ее обратно. Если бы оказались в нужном настроении.