Шатун
Шрифт:
– Чей начальник?
– спросила Ирина, остановившись на пороге и обернувшись.
– Земцова начальник, - заикаясь, пояснил Белкин. Он почему-то испугался такой резкой реакции Ирины.
– А разве Земцов работает в милиции?
– удивился Вешний.
– Конечно. Он мне лично удостоверение показывал, - соврал Белкин, чтобы не признаваться, что шарил по карманам куртки Земцова.
– Вот что делается!
– посетовал Пирогов, не вполне отчетливо понимая, что же на самом деле делается.
– Замечательно, - проворчала Ирина, перешагивая через порог.
– А мне он говорил, что работает в какой-то охранной структуре… Хорош работник милиции! Обратите внимание - из-за таких работничков, как Земцов, мои вкладчики как раз и не получили денег!
Одеваясь на ходу, Пирогов суетился за спинами одноклассников, не зная, с кем встать рядом. При этом он наступал на пятки всем.
– Только дурить нас может, - поддержал он общую тему, но его голос заглушил скрип снега под каблуками туфель и ботинок.
Пирогов плотно прикрыл за собой дверь, не заметив, что в комнате осталась Люда.
Глава 27
Когда голоса одноклассников стихли, Люда приблизилась к столу, склонилась над тарелкой, которую Пирогов час назад до блеска вытер хлебным мякишем, и осторожно взяла свинцовую дробинку. Минуту она рассматривала ее, перекатывая, как жемчужину, по ладони. Затем подняла лицо и посмотрела на черную дыру в стене.
– Отпусти меня. Пожалуйста, - произнесла она.
– Мне к мужу надо…
Не дождавшись ответа, Люда взяла с дивана куртку и вышла в прихожую. Стоя у зеркала, она причесалась, стянула волосы на затылке красной резинкой и стала рассматривать багровый синяк на шее.
«Господи, зачем я это сделала?» - подумала она и закрыла лицо ладонями.
Глава 28
Они шли гуськом по тропе. Вешний впереди, за ним Ирина, затем Белкин и Пирогов.
– Земцов!
– кричал Вешний.
– Кончай дурить!
– Серега!
– вторил Белкин, сложив ладони у рта рупором.
– Выходи, мы тебя разоблачили!
– Пошутили и хватит!
– говорил Пирогов, но не столько исчезнувшему Земцову, сколько идущему впереди Белкину.
– На фига так шутить, правда?
Вешний прошел ту часть тропы, которая была освещена окнами дома, и первым оказался в полной власти ночного мрака. Сделав еще несколько шагов, он остановился.
– Ну, в чем дело?
– спросила Ирина и хлопнула его ладонью по спине.
– Ни хрена не вижу…
Остановился Белкин, а затем и Пирогов. Все четверо стояли чуть дыша под колким звездным небом и слушали тишину. Вскоре Ирине это стояние надоело. Она поняла, что Вешний никак не может решиться пойти дальше.
– Подвинься, я знаю, где он прячется.
– Мне кажется, - негромко произнес Пирогов, - что вот там, за углом, мелькнула чья-то тень.
– Вот иди и проверь, раз тебе кажется, - предложил Белкин.
– Лично мне кажется, что эта игра в прятки добром не кончится.
Ирина решительно пошла первой, в самый мрак, свернула за угол дома и направилась к светящимся окошкам кухни. Вешний, несмотря на свой рост, почему-то едва поспевал за ней.
– Ну, что?
– издали спросил Пирогов, когда Ирина подошла к двери и распахнула ее настежь.
По тому, с какой злостью она захлопнула дверь, все поняли, что на кухне никого нет.
– В бане!
– уверенно произнесла Ирина и уже поставила ногу в глубокий сугроб, как тотчас подалась назад.
– Черт вас возьми!
– крикнула она, оборачиваясь.
– Здесь есть мужчины или нет? Почему я должна все проверять?
Вешний понял, что недовольство Ирины вызвано его нерешительностью. Лихорадочно прикидывая, насколько выгодно и небезопасно в сложившейся ситуации подчиняться ее капризам и прихотям, он неуверенно шагнул с тропы в сугроб, но тотчас повернулся и схватил Пирогова за рукав.
– Пошли со мной, а то заснешь, как суслик в Антарктиде!
Глава 29
Люда шла по тропе, оглядываясь по сторонам. Она видела, как топчутся на снегу ее одноклассники, и слышала обрывки фраз, но приблизиться к группе не спешила. «Надо уносить отсюда ноги, пока не поздно, - думала она.
– Но этот проклятый частокол! Где-то должна быть лестница. На крайний случай веревка…»
Она остановилась, не решаясь приблизиться к группе настолько, чтобы на нее обратили внимание. Отсюда ей было хорошо видно Вешнего, который пинками заталкивал Пирогова в дверной проем бани. Тот отчаянно сопротивлялся, расставлял в стороны руки и ноги, чтобы стать негабаритным. Ирина ругалась на них. Белкин, стоя поодаль, мочился в сугроб.
Люда сделала еще несколько шагов, почти касаясь плечом шершавых бревен, свернула за угол к сараю и, очутившись в полной темноте, выставила руки вперед. «Здесь должна быть лестница…»
Она почувствовала под ногами угольную крошку и запах сосновых дров. Нащупала сложенные друг на друга тугие мешки с цементом, провела рукой по полке, заставленной липкими, пахнущими краской банками… И вдруг чья-то горячая ладонь зажала ей рот и толкнула спиной к стене. Люда попыталась крикнуть, оттолкнуть от себя навалившегося на нее человека, но ей в щеку уперлось что-то металлическое, очень холодное, и она услышала сдавленный шепот:
– Не вздумай пикнуть…