Чтение онлайн

Третий пункт - вообще какая-то невнятная чепуха. Пересмотр налога, взимаемого с вознаграждения за миссии начального ранга. Уменьшить ставку вдвое?.. Это ж сущие сэны. Кроме генинов никто и не заметит.

Вот только поддержать Яманака с таким набором требований значило персонально насолить Хокаге и обратить на себя внимание сторонников Учиха. Прямо сейчас, когда мне больше всего хочется сидеть потише и подальше от нашей внутренней грызни.

Ма-а... Нет слов. Во всяком случае, приличных. И выбора тоже нет. Можно только сделать вид, что всю жизнь мечтал влезть в это дерьмо двумя ногами.

Сёши и удивительная встреча

Я гулял по деревне один. Впервые!

Раньше выходить за ворота разрешалось только под конвоем Хусанаки или Камизуки, но сегодня утром Какаши выдал мне отпечатанную карту деревни, отсыпал мелочи на карман, рассказал, что делать в случае неприятностей, и выпустил на волю.

Весь инструктаж свёлся к простому правилу. При любом затруднении или критической непонятке не тупить, а немедленно обратиться к шиноби-полицейскому, с приметным значком на рукаве - веер Учиха на фоне чёрного сюрикена. Если полицейского рядом нет - дёрнуть любого шиноби в форме. На карте Какаши особо отметил места нежелательные для малолеток. Прежде чем куда-то пойти, надлежало убедиться, что мне туда можно.

В свой первый день официальной свободы я собирался навестить Наруто. Давно уже обещал, но обучение сжирало свободное время, как голодный лангольер. Приют находился внутри дозволенной границы посещения, а дорогу туда я изучил ещё вместе с Камизуки.

Оказалось, зря тащился - Наруто не повидал.

Приютская братва по секрету сообщила, что в ночь полнолуния бабуля Сатоми уводит Узумаки в секретное место, а потом он весь день сидит у себя в комнате, и к нему никого не пускают. Жуткое дело!

Пф-ф! Спорю на что угодно - загадочные отлучки джинчурики связаны с Лисом! Непонятно только, причём здесь лунные фазы? Намёк на то, что его запечатали в полнолуние? Сомневаюсь. Если вспомнить мульт, то Гаару и бывшего джинчурики из Кумо тоже изрядно чудесило в такие ночи... Возможно, это из-за тела Джуби? В старой книжке про Рикудо писали, что тело легендарного десятихвостого существа валяется на луне. Или Мадара его уже оттуда забрал?..

Сплошные вопросы.

А виновата в них моя манера внимательно следить за приключениями главных героев и мотаться на кухню за попкорном во время "несущественных" подробностей, к которым (увы-увы!) относились именно планы злодеев. Даже не знаю, почему Мадара затеял всю эту канитель по захвату мира - то ли на Хашираму обиделся, то ли на свою семью...

Да и пофиг! Сейчас интереснее увидеть Наруто и расспросить его насчёт луны!

Я попытался протыриться в комнату Узумаки через окно, но был перехвачен бдительным Ошируко. Пришлось делать вид, что хотел всего лишь оставить гостинцы. Толстый хмырь согласился передать коробку и приветы, но внутрь заглянуть не позволил.

Слегка огорчённый неудачей, я немного поболтал с местным народом. Хитрые семилетки предлагали помочь им в огороде, но квест "Собери десять корзинок укропа и получи горб от работы" меня не вдохновил. Раз уж не получилось подурачиться с Наруто, лучше просто погуляю.

Болтаясь по улицам, я не просто глазел по сторонам, а занимался осмысленным делом - собирал статистику. Считал, сколько на каждую сотню встреченных людей приходится взрослых и сколько из них носят форму. Социологическое исследование осложнялось тем, что многие шиноби носились, как укушенные, и часто не получалось разглядеть не то что одежду и возраст, но даже мужчина это пробежал или женщина.

Пока выходило, что шиноби в Конохе примерно втрое меньше чем мирных жителей: детей, стариков и просто гражданских. Конечно, картина непоказательная - время день-деньской: взрослые на работе, дети учатся, а немалая часть шиноби вообще пашет вне деревни...

И как мне их посчитать? Похоже, проще будет у Какаши спросить.

Вывернув на перекрёсток, я оказался лицом к Скале Хокаге. В аниме этих ребят, как только не изображали, но здесь памятник производил впечатление. И совсем не размерами каменных лиц. Ощущением.

Отчасти похожие чувства я испытал подростком, когда родители привели меня на Мамаев курган к памятнику "Стоявших насмерть". Разбирая криво выбитые на постаменте строки - Ни шагу назад! За Волгой для нас земли нет - я смотрел на скульптуру с лицом советского маршала и видел решимость. Несокрушимую уверенность в своём праве отдать жизнь за других. Желание защитить новые поколения любой ценой.

Здесь трое из четырёх каге погибли ради будущего своих потомков. Один жив, но сумеет ли он избежать уготованной судьбы? Возможно, и пробовать не станет. Просто шагнёт навстречу врагу, как и остальные до него.

Если нарисованная история повторится - мне будет примерно пятнадцать, когда долбанутый Пейн снесёт тут всё от стены до стены. Разобьёт фамильные чашки в нашем шкафу, сломает столетнюю глицинию в саду, убьёт моего названого отца...

В сериале Узумаки спас деревню предельным напряжением сил и чудесным стечением обстоятельств. Каждый раз, глядя в каменные лица, я не мог отделаться от мысли, что не хочу рассчитывать на чудо и одного мальчишку.

Стряхнув оцепенение, я спрыгнул с невысокого парапета и едва не навернулся. Мир гадостно мотнулся вбок. Мне удалось поймать равновесие, но, кажется, ненадолго. Мостовая под ногами стремительно истончалась, натягиваясь упругим полотнищем. Любое неосторожное движение грозило нарушить шаткое равновесие и расплескать землю волнами.

Не паниковать!

Я попытался замереть и не шевелить даже ресницами. Окружающее прекратило тянуться через пару минут, но с меня за это время семь потов сошло. Футболку хоть выжимай. На заплетающихся ногах я уполз с площади на какую-то боковую улицу, прислонился к забору и отрубился.

В себя пришёл от того, что в морду прыснули водой.

Сверху нависли двое. Не шиноби. Румяная женщина средних лет, в светлом платье и фартуке со следами муки. Круглолицый мужчина с проседью в волосах - тяжёлый и широкоплечий, одетый в простецкий джинбей. Парочка то ли супругов, то ли родственников. Наверное, это они перенесли меня под крышу.

Заметив, что найденный доходяга очухался, женщина всплеснула руками и принялась утирать меня салфеткой.

– Ох ты, бедняжка! Как себя чувствуешь?