Чтение онлайн

– Коммандер Димм.
– спокойно позвал барон.

– Да. господин барон!
– поднялся слегка раздавшийся в ширину розовощекий и плотный коммандер.

– У кого мы закупали солдат десанта? Кажется, у клана Тисс?
– приподнял бровь барон.
– Кто-то меня убеждал, что это лучшие бойцы во всем Пограничье!

– Но. господин барон... Они и есть лучшие бойцы!

– Тогда почему твои лучшие бойцы шесть часов... Ты слышишь? Целых шесть часов! Не могут взять этот долбанный реакторный зал?

– Но засевшие в зале используют тяжелое вооружение, а мы не можем! У них более хорошая позиция! За их спинами реакторы, нам нельзя их повредить!
– принялся оправдываться коммандер, - А там прямой высокий коридор, и почти всех погонщиков выбивают на подходе... Пехотинцам не хватает нормального управления!

– Значит, бойцам, закупленным по твоей рекомендации, просто не хватает хорошего командира? Что ж.
– голос барона затвердел.
– Доверяю тебе честь лично командовать этими приобретениями.

– А-а-а...
– разом побледневший коммандер выдавил из себя неопределенный звук.

– Марш! У тебя есть час времени, чтобы полностью взять этот хшаров корабль!
– заревел барон, - Иначе вся потерянная сегодня пехота будет восполнена за твой счет!

Последняя волна нападавших едва не снесла жидкие ряды защитников. Бойцов спасла стационарная плазменная турель, непонятно как прихваченная из арсенала. Дикий тоща еще удивился, увидев пыхтящих технарей, волоком тащивших тяжеленные кофры. На вопрос «зачем», один из техников только пожал плечами.

– Да как-то под руку попалась.
– ответил техник, утирая катящийся градом пот, - Ты же сам брать все, что унести сможем. Вот мы и взяли...

И вот теперь турель, все же установленная на последнем рубеже обороны, сметала нападавших, пробивая в их рядах широкие бреши.

– Мясорубка.
– выдохнул Дикий, открыв закопченное забрало, но тут же, закашлявшись, захлопнул его обратно.

С капельками влаги на внутренней поверхности бронестекла и потеками сажи на внешней еще можно было смириться, но царившую в атмосфере вонь терпеть было невозможно. Системы вентиляции, не приспособленные для работы в подобных условиях, давно уже не справлялись со своими функциями. Фильтры были забиты сажей, гарью и копотью, и не могли обеспечить должную очистку атмосферы. Воздух вонял жженым пластиком и горелой плотью... ведь плазме было все равно, что жечь.

Схватив губами мундштук, Дикий жадно высосал последние глотки воды, смывая неприятный привкус. Блок управления немедленно высветил значок, извещающий о полном опустошении контейнера.

– Хшар...
– пробурчал сержант, - А расходники никто взять не догадался...

Дикий кривил душой. Не было таких расходников в арсенале. Регенераторы кислорода были, боеприпасы были, сменные комплекты батарей были... Но вот расходных картриджей с водой и питательными смесями - не было.

Подав знак своим бойцам. Дикий отошел назад. Его позвали к вновь очнувшемуся лейтенанту-безопаснику. Несколько часов назад, вытащив тяжело раненного бойца почти из-под ног наступающих абордажников противника, сержант и не думал, что тем самым изменил свою жизнь. Он просто делал свою работу. Каково же было его удивление, когда из-под снятого шлема показалось перекосившееся, но все же вполне узнаваемое лицо главного безопасника...

Лейтенанту досталось очень сильно. Игольники штурмовиков превратили его спину и заднюю часть бронескафа практически в решето, нанеся множество ран и выведя из строя большинство систем. Кое-как функционировал только автодоктор, усиленно расходовавший препараты и регулярно требовавший замены истощенных сменных картриджей. «Не жилец», решил тогда Дикий, отправляя раненного внутрь отсека. На его взгляд, тут мог помочь только регенератор... который находился в медблоке и до которого уже невозможно было добраться. Но вот поди ж ты... лейтенант отчаянно цеплялся за жизнь, и все это время пытался поговорить с Диким, то приходя в себя и требуя его вызвать, то снова впадая в забытье.

На этот раз Дикий успел. Лейтенант еще не успел потерять сознание и смотрел сквозь лицо сержанта мутными от боли и обилия лекарств глазами. Хватая губами воздух, он все пытался что-то сказать. Наклонившись ближе и активировав запись, Дикий прислушался, с трудом разобрав бормотание.

– Держаться... держись... держись!
– шептал лейтенант, пуская пузыри.

Препараты аптечки подстегивали организм, ускоряя обменные процессы и способствуя быстрому заживлению небольших ран. Они могли поддержать едва теплящуюся жизнь, но не могли волшебным образом исцелить тяжело раненного человека.

Полчаса потребовалось коммандеру Димму, чтобы добраться до поврежденного носителя. Целых полчаса из отведенного ему бароном часа времени!

Едва дождавшись окончания процедуры шлюзования и транспортировки своего скоростного шаттла к месту стоянки, коммандер бегом направился к солдатам. Ни один внутренний кар не функционировал, поэтому коммандер мчался по коридорам и переходам, обливаясь потом и ругаясь сквозь зубы. Отвык он от активного движения, отвык...

Судя по метке маршрутизатора, до цепи оставалось совсем немного. Картинка подрагивала, а место положения самого Димма определялось с большим трудом. Внутрикорабельная сеть толком не работала, а связь через ретрансляторы была крайне слабой и неустойчивой. В очередной раз проскочив нужный поворот, коммандер. снова вынужденный остановиться и развернуться, выругался. В помещение, где должен был находиться командир абордажников. он ворвался в крайне отвратительном настроении.

– Что здесь происходит? Почему до сих пор задача не выполнена?
– сходу закричал он, - Кто командир? Человек со знаками различия младшего лейтенанта, привалившийся плечом к переборке, качнулся ему навстречу.

– Лейтенант Моди. Я командую.
– кратко сказал он.
– А вы кто. господин коммандер?

– Я коммандер Михал Димм!
– взбесился коммандер.
– Беру командование на себя! Доложите обстановку! Дайте мне полный расклад!

Долгую минуту лейтенант запрашивал полномочия коммандера. Пропускная способность сети ретрансляторов была крайне мала... Наконец, получив ответ, он вяло отдал воинское приветствие.

– Господин коммандер. давим на противника, пытаемся выбить от входа в реакторный. Они заняли оборону в самом неудобном для нас месте, тяжело что-то сделать, -устало начал доклад лейтенант.