Сердце России
Шрифт:
— Сейчас три часа ночи, и мы находимся в доме известного ученого, профессора Университета Андрея Александровича Азарова, который приютил семью своего лучшего друга после того, как взрыв гранаты временно сделал квартиру Бокаловых нежилой, — комментировал съемку возникший на экране молодой тележурналист с военной выправкой. — Что вы думаете о совершенном на вас нападении, Сергей Николаевич?
— Я потрясен, — невозмутимо заявил Бокалов, глядя в объектив, — наша семья никогда и никому не причиняла зла. Моя жена (на экране возникло безмятежное лицо Лидии) — офицер миграционной службы, моя дочь (на экране появилась Ирина в полной боевой раскраске и кокетливо улыбнулась в камеру) — студентка второго курса Технической Академии; сам я — мирный ученый, технарь…
— И тем не менее, — перебил его журналист, — по вашей квартире ударили из гранатомета, какие-то люди с автоматами штурмовали вашу дверь…
— Верно, — согласился декан, — и если бы в этот момент ко мне случайно не зашел мой лучший студент Илья Синельников, не известно, чем бы все закончилось.
Крупным планом возникли лица молодоженов, уставившихся друг на друга влюбленными глазами. Ирина едва не запустила в телевизор кофейной чашкой.
— Илья, — приступил к допросу студента журналист, — как вы оказались в момент нападения у квартиры Бокаловых?
— Видите ли, — заговорил Илья, с сожалением отрывая взгляд от лица супруги, — мне в конце этого учебного года предстоит защищать диплом, а я, как на грех, забыл закон Ома! Дай, думаю, заеду к своему декану, спрошу, может он помнит?
На экране вновь возникло серьезное лицо Бокалова.
— Вы сказали, Илья Синельников — ваш лучший студент? — недоверчиво спросил его интервьюер.
— Самый лучший! — заверил его Бокалов. — Получает повышенную стипендию…
— Это вы на свою повышенную стипендию приобрели автомобиль? — ехидно поинтересовался у светоча российского студенчества тележурналист.
На экране возник черный "BMW X5" с государственным номером А001АА.
Ирина и Синтия удивленно переглянулись: они готовы были поклясться, что вчера вечером номер машины был другим.
— Который? — уточнил Илья. — Если вы имеете в виду черный «BMW», то я на нем уже три недели езжу, думал поменять.
— А почему не поменяли? — спросил журналист с иронией. — Забыли так же, как закон Ома?
— Напрасно вы так, — вступившись за своего зятя, укоризненно произнес профессор Азаров, — человек только что женился…
— А с нашей красавицей дочерью не то, что физику, себя забудешь! — поддержала мужа Светлана.
В тот момент Ирина негодующе фыркнула, но телеоператор ее проигнорировал, и в кадр она не вошла.
— Если я правильно понимаю, Елена, вы с Ильей молодожены? — спросил журналист.
— Правильно понимаете, — улыбнулась золотоволосая фея.
— И давно вы знакомы?
— Со времен сотворения мира! — сообщила юная женщина, целуя мужа в щеку. — Он мне ребро пожертвовал.
— Итак, Илья, оказавшись у квартиры вашего декана, вы вступили в бой с бандитами и разгромили их наголову! Объясните, откуда у вас оружие?
— Я - мастер спорта по скоростной стрельбе из произвольного пистолета, — охотно пояснил Илья. В его руке, будто бы из ниоткуда, материализовалась «беретта». — А это — мой произвольный пистолет, — добавил он, — лицензия имеется.
Снятое крупным планом оружие выглядело внушительно. Через мгновение пистолет исчез, как будто растворился в воздухе.
— Вам удалось выяснить, с какой целью бандиты штурмовали квартиру?
— Нет, — с сожалением произнес Илья, — один только успел крикнуть: "Да здравствует литература!", и усоп…
На экране вновь возникла телестудия.
— Мы сомневаемся, что наши доморощенные бандиты готовы умереть во имя литературы, — иронически улыбаясь, заговорила телеведущая, — и подозреваем, что налетчик перед смертью сказал совсем другие слова. Мы даже можем предположить, какие именно: он, например, вполне мог назвать под дулом пистолета адрес дома, в котором располагалось "Сибирское отделение союза писателей-патриотов". Потому что спустя короткое время после налета на квартиру Бокаловых арендовавшая писательский дом банда боевиков, причастная к нападению, перестала существовать, а сам дом сгорел.
На телеэкране возникло пепелище, возле которого седобородый человек с ярко выраженной писательской внешностью, испуганно глядя в объектив, давал интервью. Возникшие на экране титры не оставляли сомнений в личности благообразного старца: председатель "Сибирского отделения Союза писателей-патриотов" Кузьма Порфирьевич Сохатый.
— Кто же знал, что они бандиты?! — возмущенно говорил старец, мимо которого в этот момент проносили к фургону очередные закрытые носилки с трупом кого-то из боевиков. — По виду — настоящие молодые писатели…
— Что вы говорите?! — с иронией воскликнул интервьюер. — А вы поинтересовались, они хотя бы читать умеют?
Кузьма Порфирьевич растерянно пожевал облагороженными бородой губами: неизвестный человек со шрамом на щеке три недели назад отвалил ему за аренду такую сумму, что Сохатый от потрясения сам едва не разучился читать!
— Далее в городе одно за другим случились происшествия, не оставляющие сомнений в том, что это звенья одной и той же цепи…, - продолжила телеведущая.
Ее повествование сопровождалось иллюстрирующими события видеоматериалами.
— В собственном доме был в упор расстрелян главный криминальный авторитет города, вместе с ним была уничтожена вся его многочисленная вооруженная охрана, а сам дом взорван. В элитной сауне были убиты пятеро налетчиков, находящихся в федеральном розыске после серии дерзких ограблений…
На экране возникли закутанные в простыни "ночные бабочки". Стоя на тротуаре рядом с финской баней, они что-то возбужденно рассказывали сотрудникам милиции. Из сауны валил густой черный дым.
— Какие-то люди в масках в разных концах города в одно и то же время ворвались в три особняка цыганских баронов, не раз уличенных в торговле наркотиками, застрелили их самих, после чего вывели на улицу их многочисленных домочадцев и аккуратно, направленными взрывами, сровняли дворцы с землей.