Чтение онлайн

— В самом деле? — недоверчиво спросила Светлана. — И что, ты можешь пообещать, что до свадьбы…

— Могу даже поклясться, — заявил Илья, — только не до свадьбы, а до законной регистрации брака.

— Ну да, я именно это и имела в виду, — неуверенно произнесла Светлана.

— Ох, что-то он мягко стелет! — подумала она.

— Регистрация — это же всего-навсего отметка в паспорте, — заметил Олег, глядя на будущего зятя с некоторым разочарованием. — Разве не любовь — превыше всего?

Ирина смотрела на Илью с любопытством: он совершенно не походил на человека, придающего какое-либо значение условностям.

— Эта "всего-навсего отметка" для женщины — такой же символ, как знамя для полка, — торжественно заговорил Илья, верноподданнически косясь на будущую тещу. — То, что необходимо хранить, как зеницу ока, ради чего стоит жить, сражаться и побеждать!

Елена с сомнением взглянула на жениха: она и так готова была умереть за него и за свою любовь, без всяких символов.

Илья привлек ее к себе и зашептал в ухо:

— Милая, пожалуйста, сделай все, как я прошу. Иди в дом, приведи себя в порядок, переодень платье и обуйся. Косметика не обязательна: мне бы не хотелось в нашу первую ночь целовать твое лицо сквозь тональный крем.

Елена на секунду прижалась головой к его груди, потом выпрямилась и продолжала слушать шепот своего мужчины, стараясь не пропустить ни единого слова.

— Возьми оба своих паспорта, — продолжал Илья, — и выходи из дома ровно в девятнадцать десять. Нам предстоит самая романтическая прогулка в нашей жизни. И никому ни слова!

Елена встала, сделала два шага от стола, потом вернулась и склонилась к Илье.

— А зачем паспорта? — шепотом спросила она.

Илья поднял на нее удивленные глаза.

— А разве я не сказал? — прошептал он в ответ. — В девятнадцать двадцать мы поженимся.

Елена ринулась в дом, по дороге опрокинув стул.

В девятнадцать часов двенадцать минут профессорский джип, миновав ворота «Оазиса», зашуршал шинами по сосновой аллее. Вечерело. Илья, сидя за рулем, посмотрел на сидящую рядом притихшую невесту и мысленно попрощался с холостяцкой жизнью.

— Давно мечтал поучаствовать в любовной авантюре! — воскликнул с заднего сиденья Незалежный.

— А я — выйти замуж за авантюриста! — заявила сидящая рядом с ним Виолетта.

— На сегодня все свободные авантюристы разобраны! — слегка повернув голову, предостерегающе сказала Елена.

Увидев, что Илья, не доехав до трассы, повернул вправо на дорогу, ведущую к лодочной базе, она с любопытством спросила:

— Куда это мы?

— К счастью, милая! — улыбаясь, сказал ее жених, через сто пятьдесят метров сворачивая влево под прямым углом на едва приметную в густом придорожном ельнике просеку.

Метров через двадцать, миновав лесопосадку, он повернул направо и остановился. Глазам невесты и свидетелей открылась роскошная ромашковая поляна, с трех сторон окруженная сосновым бором, с четвертой стороны отделенная от дороги рукотворным ельником.

В лучах заходящего солнца эта поляна вполне могла бы соперничать по красоте с райскими кущами, если бы не застывшие посреди нее автомобили, зловеще уставившиеся на пришельцев затемненными лобовыми стеклами: черный джип "Гранд Чероки" и белый минивэн. Людей возле машин не наблюдалось.

Илья вышел из машины, обошел джип, распахнул дверцу перед невестой и помог ей сойти на землю. Елена глянула под ноги и с удовольствием убедилась, что ее белые босоножки на шпильке и белый с золотом подол ее шелкового платья вполне гармонируют с ромашковой сценой, на которой должно было свершиться романтическое действо под заветным для каждой женщины названием — «Замужество»! Оглядев жениха, который был облачен в белые брюки из немнущейся ткани, белые туфли и кремовую рубашку, невеста пришла в полный восторг. Весь этот гардероб Илья извлек во флигеле из своей спортивной сумки перед самым отъездом и переоделся за минуту.

— А это что? — кивнув на автомобили, спросила Виолетта, которой аспирант помог выйти из машины.

— Лошади кунаков жениха, — объяснил Илья, взял под локоть невесту и двинулся с ней к центру ромашковой поляны.

— Ну и где же сами кунаки? — беря под руку Бориса, поинтересовалась Виолетта.

— Думаю, внутри лошадей, больше негде, — предположил аспирант, идя следом за молодоженами, и не ошибся.

Боковая дверь минивэна откатилась в сторону, на поляну вышли два симпатичных молодых человека в строгих темных костюмах при галстуках и, улыбаясь, стали дожидаться приближения небольшой процессии.

— Очаровательно, очаровательно! — наперебой затараторили они, обойдя молодоженов и отдирая от аспиранта растерянную Виолетту. — Мы вас именно такой себе и представляли! Вася, экран!

Из минивэна вышел еще один мужчина. Внешностью он походил на киношного героя-любовника и был раза в два постарше коллег. Оценивающим взглядом он посмотрел на Виолетту и развернул на борту минивэна белый экран, прицепив его к какому-то крючку на крыше.

— Вас-то мы и снимем! — радостно пообещали молодые люди упирающейся Виолетте, таща ее к экрану.

Елена изумленно взглянула на Илью, который, прикрыв ладонью глаза, беззвучно смеялся. За четыре года службы в разведке Илья не встречал ни одного (ни одного!) оперативника, не обладающего чувством юмора. Причина была проста: при тестировании люди, чувством юмора не обладающие, отсеивались сразу.

— Я не невеста! — доказывала Виолетта, стоя спиной к экрану.

— Тем более! — вскричали обрадованные молодые люди. — Вася, давай!

«Вася», подполковник ФСБ Владимир Алексеевич Васильев, направив на Виолетту цифровой фотоаппарат с мощным объективом, громко объявил:

— Фотография на паспорт! — и добавил. — Подол приподнимите, пожалуйста.

Взвизгнув, Виолетта отбежала от экрана и спряталась за минивэном. Незалежный повалился в ромашки.

— Еще желающие есть? — поинтересовался подполковник и строго взглянул на Елену.

На коротком оперативном совещании пять часов назад было принято решение сделать тайную церемонию по-настоящему веселой и праздничной, и Васильев старался по мере сил.

— Есть! — храбро заявила Елена, решив подыграть друзьям жениха, и встала перед экраном. — Платье снимать? — поинтересовалась она на всякий случай.