Чтение онлайн

Этих зверюг, которых я видела всегда лишь издалека, когда они днем спали в своих вольерах, кормили только раз в сутки. Был один единственный дэш у Мариуса, который мог осуществлять это опасное предприятие, да и то рядом всегда стояла пара охранников с оружием, кнутами и сетями. Гомусы не признавали никаких хозяев, никого не слушались. Но этого от них и не требовалось. Им нужно было выполнять лишь одно: рвать на куски любого, кто попробует перебраться через забор в ночи.

Однажды я наблюдала, как раб, которого все называли ключником, из-за висящего на его шее ключа от клетки, с опаской открыл дверь в вольер и, быстро побросав куски сырого мяса гомусам, которые впрочем, и не собирались вырываться наружу, мигом захлопнул дверь. Таким же манером потом он наливал им и воду. Охранники, готовые в любой момент накинуться, все это время были начеку. И что интересно: больше никакой работы у раба, кормившего зверюг, не было. Видимо, хозяин ценил его.

Я невольно замедлила шаг, когда мы стали подходить к клеткам. Что задумал проклятый Эктор на этот раз? Один из трех гомусов проснулся и поднял голову, глядя на нас. Никого ужасней я не видела в жизни! В кино видела, конечно, монстров и страшней, но так ведь это в кино! А тут… Огромное лохматое чудище медленно поднялось сначала на четыре лапы, а потом встало на задние, став в полтора раза выше меня ростом. Оно с тупым интересом разглядывало именно меня. А я - его. Стараясь не робеть, я как можно смелей взирала в глаза чудищу. Я чувствовала, что нельзя было показывать свой страх. Даже собаки кусают лишь тех, кто их боится, а тут - кровожадный монстр. И вдруг на одно мгновение мне показалось, что в страшных зрачках гомуса сверкнула искра разума. Но она тут же погасла, я не успела даже сообразить: почудилось ли мне это или нет. Зверь отвернулся от нас и зарычал, потом снова встал на четыре лапы и заходил кругами по клетке. Его собратья тоже начали просыпаться.

–  Старик-ключник, что кормил этих тварей, заболел, и, скорее всего, умрет,-сказал Эктор, о котором я даже забыла на пару минут.

–  Умрет?-на поняла я.

–  В последний раз гомусы здорово поцарапали его. Он истекает кровью, если вообще жив еще…

Я очень сильно занервничала. Звери, наверное, сильно покалечили того раба, что кормил их, раз он собирается на тот свет. А если фантазия Эктора настолько безжалостна и нездорова, как я думаю, то он, скорее всего, предложит теперь им на завтрак меня. Собственно я почти угадала.

–  Они уже два дня ничего не ели. Их нужно срочно покормить. Займись этим. Теперь это будет твоей каждодневной работой,-услышала я, наконец, свой приговор.

Наверное, я очень изменилась в лице, потому что Эктор просто расцвел от удовольствия. Он видимо очень хотел, чтоб я смертельно испугалась. И добился своего. У меня даже перехватило дыханье. И, возможно, я сразу же сошла с ума, потому что вместо того, чтоб умолять надсмотрщика сжалиться надо мной и избавить от этой работы, я, словно в каком-то забытьи, спросила его:

–  Чем же их покормить?

–  Я бы с удовольствием скормил им живьем тебя,- язвительно сказал он,-но кто же тогда будет кормить их завтра, послезавтра и так дальше, пока сам не станет их едой?

–  Хорошо, я все сделаю,-сказала я, все еще не выходя из фрустрации.

Эктор вдруг перестал ухмыляться.

–  Ты полагаешь, видимо, что тебе досталась работка "нечего делать"? Ну, так не радуйся! Если гомусы во время кормления не разорвут тебя на части, в чем я лично очень сомневаюсь, ты снова отправишься на кухню мыть котлы, а потом подметешь двор и перетрясешь перины! Не думай, что тебя ожидает та же вольготная жизнь, что была у того бедняги, который кормил этих зверюг раньше. Он, между прочим, не был бигару и не собирался сбегать на Самарьяр!

Три пары звериных глаз тут же с интересом обратили на меня свои взгляды. Видимо тот факт, что я -бигару и их заинтересовал. Неужели и они тоже не любят бигару?

Тогда мне точно конец…

–  Мясо, вон там,-сказал Эктор, указывая на подсобку, и повесил мне на шею ключ.

–  Ну, и дела,-сказал я вслух, продолжая стоять столбом, после того как ушел Эктор.- И что теперь мне делать?

Гомусы во все глаза пялились на меня и пока не проявляли агрессивности. Я тоже смотрела на них, стараясь привыкнуть к их, мягко сказать, нестандартной внешности.

–  Вы, ребята, наверное, очень проголодались?-произнесла я, опомнившись, наконец.-Сейчас я вас накормлю.

Легко сказать! Неужели мне все-таки придется сделать это? Придется открыть клетку? Увидеть гомусов в открытую, вне решеток? А может быть мне просто сон дурной снится? Проклятый Эктор!

Я отправилась в постройку, из которой доносился ужасный запах. Хотя мясо подвозили каждое утро, при такой жаре оно быстро портилось. Тем более здесь лежал еще вчерашний запас, над которым уже летали какие-то насекомые. Я вошла в подсобку и застала там двух рабов, которые разрубали мясо на куски. Увидев меня, они весьма изумились.

–  Вчерашнее мясо нужно зарыть,-распорядилась я, и заметив их недоумение, добавила:-Теперь я кормлю гомусов. И поскольку они не ели двое суток, им нужна двойная порция.

Рабы переглянулись, как будто не поверив мне.

–  Или вам самим придется сделать это,-пригрозила я, и они тут же принялись за работу.

Мясо было нарублено и погружено в корзины через несколько минут. Все это время я морально готовилась к предстоящей кормежке. Но перед тем, как перетащить корзины к клеткам, я придумала совершенную глупость: поговорить с моими подопечными.

Вернувшись к клетке, я откашлялась и, стараясь не смотреть на страшные морды, вежливо, словно разговаривала с кем-то достойным уважения, произнесла следующее:

–  Меня зовут Скубилар. Теперь я буду вас кормить. Предлагаю договориться.

Давайте сосуществовать мирно. Это и ваших и в моих интересах. Сейчас я принесу вам двойную порцию свежего мяса, и прошу вас, не съеште случайно вместе с ним и меня. Иначе завтра вам снова придется голодать. Вряд ли Эктору удастся еще кого-нибудь заставить делать эту работу.

Закончив речь, я посмотрела на зверей и поразилась на то, как они внимательно меня слушали.

–  Ну, так мы договорились?-спросила я и постаралась улыбнуться.

Гомусы продолжали молча созерцать меня.

–  Молчание - знак согласия,-нервно усмехнувшись, промолвила я.

Только не бояться! Не суетиться! Не думать! Не трусить!-твердила я про себя, волоча тяжелые корзины к входу в клетки. Деловито и не спеша, сняла я с шеи ключ от замка, неторопливо вставила его в замочную скважину, не суетясь, несколько раз провернула его, но едва не вздрогнула, когда дужка отлетела в сторону, со звоном стукнувшись о прутья клетки. Гомусы зашевелились и стали подходить ближе.