Чтение онлайн

До скрипящих рессор телеги, от которой пахло мокрой сталью (видимо на каменоломни его повезут в клетке), оставалось всего несколько метров, как Хаджар замедлил шаг.

Идущий позади командир стражи был слишком поглощен тем, чтобы сдерживать толпу барьером своей воли, так что для него старик впереди оставался лишь раздражающим фактором, испортившим погожий денек и не более того.

Он столкнулся с ним на полушаге и Хаджар, выронив трость, полетел на камни мостовой.

Было больно.

Простая, физическая боль. Не эфемерная от чьих-то техник разума, не душевная, а простая – физическая. Он уже почти и забыл, какова она на вкус.

Будто твердый кусок сыра, застрявший между зубов. Тупая и не пропадающая.

– Что ты наделал?!

– Они бьют достопочтенного Хадгира?!

– Что?! Стражники подняли на него руку?!

Хворост начал дымиться, но все еще не вспыхивал.

– Стоять, – процедил командир своим люд… подчиненным. – Оружие не использовать.

Ноги, копыта, лапы, когти – все это сливалось в поток шорохов, окружавших Хаджара, сжимая свое кольцо все крепче и крепче.

Люд… проклятье… демоны окружали телегу со всех сторон. Они негодовали. Что-то кричали в сторону стражников, сжимали “кулаки”, но пожара так и не вспыхивало.

Хаджар почувствовал где-то рядом запах молодого дерева. На нем еще остались следы дешевой стали… следом ветер принес запах молока и чего-то сдобного.

Так пахли дети.

Пока командир пытался поднять Хаджара на ноги, а остальные стражники держали оборону, никто не заметил сформировавшегося между пальцами старика маленького лезвия из ветра.

Никто не обратил внимания, как оно пролетело между несколькими демонами, а затем все стихло.

Как хворост, перед тем, как заняться пламенем, смолкает в своем треске, так же и толпа затихло, перед тем как прошептал отец, держащий на руках ребенка:

– Они убили Дугадуга… убили моего сына…

– Я же сказал стоять! – гаркнул командир.

– Это не я.

– И не я.

– Никто из нас…

Хаджара вздернули на ноги. Судя по тому, как запахло вблизи, командир попытался заглянуть ему в глаза, но не получилось.

– Ты… старик…

– Они убили моего ребенка! – взревел потерявший сына демон.

Кто первым из толпы схватил камень или палку – уже не важно. Хаджар никогда не собирался вставать впереди колоны бунтующих демонов или помогать им строить баррикады. Он должен был лишь высушить землю под их ногами, а затем бросить туда искру.

Даже если этой искрой стала жизнь ни в чем не повинного демоненка… который, однажды, стал бы охотиться на людей. Может этим Хаджар оправдывал себя?

– Без крови! – надрывался командир. – только без крови!

Звуки и запахи смешались в единой круговерти отрывистых образов, которые Хаджар порождал в своем воображении. Как кто-то бросил камень в странника, другой попытался дотянуться дубинкой. Те беженцы, что когда-то были воинами, обнажили оружие, последние века лишь для вида покоящееся у них на поясах.

Командир буквально закинул Хаджара в клетку. А металл оказался именно ей – уж слишком красноречиво ребра Хаджара ударились о стальные прутья. Кажется несколько даже хрустнуло.

– Гони! – крикнул он погонщику и тот пришпорил каких-то тварей. От них пахло не лошадьми, а летучими мышами.

Телегу дернуло, ветер хлестнул по лицу, а одежда начала тянуть куда-то назад и вниз.

Его вовсе не “повезли” на каменоломни, а “полетели”. Хлопки кожистых крыльев и амплитуда покачивания телеги были этому самыми честными свидетелями.

Что же до стражников и толпы, то на улицах вскипало сражение. Одни демоны бросились на других с камнями, палками, вилами и немногочисленным оружием, а остальные пытались сдержать их пыл не применяя открытой силы.

Но, как всегда, бывает в таких ситуациях, кто-то из молодых стражников не сдержался. Его палаш сверкнул хищной вспышкой, и зеленая кровь потекла по брусчатке. Послышались крики, вспышки энергии всколыхнули спокойную гладь Реки Мира и вслед за первой кровавой змейкой побежала вторая, а за ней третья, пятая, десятая, пока они не слились вместе в единый поток рванувший на проспект и оттуда уже по всему внешнему району.

Хаджар облокотился на холодные прутья.

Ветер бил ему в спину.

Они летели куда-то на север.

Там, внизу, в Городе Демонов одновременно с гибелью десятков бедняков и ранением одного из стражников постепенно начинался голодный бунт.

У Хаджара же оставалась последняя задача – дожить до его финального аккорда.

Глава 1170

— Номер 24286! – зычный, трубный голос еще какое-то время играл среди стен каменоломни.

– Сидите, достопочтенный Хадгир, — прошептал на ухо Хаджару демон, шаги у которого звучали конскими копытами. – я возьму вашу пайку.

– Благодарю, Дафиг’Уг’Бут, — кивнул Хаджар.

Пещера, в которой они пребывали в данный момент, находилась на одном из последних горизонтов каменоломни. Один только спуск сюда занял не меньше получаса. Правда спускался Хаджар на старом, прогнившем, деревянном лифте на тросах и каменных противовесах.

Цоканье копыт удалялось. Шлепок деревянной поварешки о такую же деревянную плошку. Цоканье копыт приближалось, а затем мерзотный запах каши из демонической еды.

Но хочешь есть — съешь и то, чем кормят тварей бездны.

– Благодарю, — повторил Хаджар.

— Что вы, достопочтенный Хадгир, это меньшее, что мы можем для вас сделать.

Рядом послышались шепотки одобрения. Их группа насчитывала порядка трех сотен демонов. Чем глубже горизонт – тем меньше рабочих и тем ниже у этих рабочих хоть когда-нибудь увидеть солнечный свет.

Как выяснил Хаджар за почти неделю пребывания на нижнем горизонте, в городе почти не было преступности, потому что всех, кто так или иначе мешал знати или Лорду лично, отправляли на нижние уровни, где урабатывали до смерти.