Чтение онлайн

Конца фразы Тимур не расслышал, потому что в эфире возникли необычные помехи. Сперва просто треск, забивший ответ отца-командира, затем громче, еще громче – и наконец оглушительная канонада. Будто дубиной по уху дали. Сработала электроника скафандра, глуша звук, ставший опасным для барабанных перепонок, но и того, что Тим услышал, ему хватило. Виски сдавило, перед глазами все поплыло, пошло красными пятнами. Потом сквозь далекий грохот динамики прохрипели: «…помехи… они сами взорвали… всех накрыло…» Чей это голос? Вроде незнакомый… Слова прорывались сквозь медленно стихающий треск. Тимур наконец понял, что слышит не дружинников, это трансляция из командирского челна почему-то пошла на общей волне. Постепенно из обрывков речи стало ясно: взорвался лунный город. Видимо, американы, оставляя его, заминировали, а теперь рвануло вместе с бригадами десанта, занятыми на зачистке. Ну и электромагнитный импульс такой, что зашкаливает даже на орбите. Потом в ответ – четкий трезвый голос отца Карена:

– Если город был заранее подготовлен к уничтожению, это означает одно: они покидают сфиру. – В ответ шорохи помех и невнятные возражения. – Почему? У них есть иной выход? Если десант достиг сфиры и успел развернуться на плацдарме, то у лунных нет сил, чтобы нас остановить. Передай владыке: они бегут, да. Аналитики указывали шесть точек старта. Михаил, ты согласен?

– Так, – вступил в разговор стрелок Шахтара. – Хорошо бы их взять на старте. Всех разом и накроем, когда они погрузятся в транспортные челны.

– Нет! – прорезался сквозь помехи голос далекого собеседника. – Они стартуют! Показания зондов…

– Постой! – снова отец Карен. – У меня, похоже, что-то с передатчиком, из-за импульса пошел сбой, я транслирую на…

И голоса в шлеме разом стихли – отец Карен переключил волну. Но уже было ясно, что американы бегут с малой сфиры. Куда? На Марс. Кроме марсианской колонии, некуда больше.

Минутой позже голос командира снова возник в шлемофоне. Только голос – центра снежинки Тим не ощущал, неприятная темнота там. Холодная.

– Дружина… – помолчал немного. – Я думаю, вы услышали достаточно, наверное, оно и к лучшему. На все воля Всевечного. По предположительным данным, большие межсфирники лунных стартуют на теневой стороне.

По челну прошла дрожь, Тимур ощутил легкое давление ремней. Боевая платформа номер девять пришла в движение.

– Наша задача – задержать их, не дать увезти людей.

– На Марс? – уточнил Костя.

– Вероятно.

– А какими средствами их удерживать? – голос Романа звучал тревожно, настороженно. – Американы ведь на больших челнах, их так просто не… Нам следует применять силу, чтобы их остановить?

– Паплюх, ты все слышал. Челны лунных… это ковчеги, без сомнения. Ты на своем истребителе можешь остановить такой межсфирник? Нет? Тогда и спрашивать тебе не надобно. Все, что следует сделать, будет сделано. Все, что следует предпринять, – предпринято. Сейчас наша платформа движется к терминатору, попутно мы примем на борт четыре ЧОПа.

Роман не стал спрашивать более, да и не было нужды. Как только челны американов покажутся из тени малой сфиры, ЧОПы развернут солнечные крылья. Уж они-то наверняка смогут остановить любой межсфирник, залить плазмой, сжечь… А как же люди? Люди суть души. Тело погубить не страшно, страшно погубить душу. На Марсе тело, быть может, и спасется, но уж душа точно пропадет. Тимур сперва удивился, откуда такие мысли тонкие? Потом ощутил присутствие отца Карена в центре дружинного сознания. Командир был с ними, снежинка вновь стала полной, завершенной. Теперь ответ на любой вопрос придет сам собой – Тимуру стало тепло и спокойно.

Дрожь челна прекратилась, «девятка» набрала разгон и шла ровно, с небольшой скоростью, так что ее движение не ощущалось вовсе.

– Пока что с малой сфиры стартовал только один объект, – молвил отец-командир.

Снова воцарилась тишина. Говорить не хотелось, такая уж обстановка, не располагающая. Непривычно и даже непонятно, как это – болтать, будто миряне какие на кухне, сидя в кабине георга, в одиночку перед темным монитором. Вот если бы физически вместе собраться, тогда, конечно, тягостное это ожидание постарались бы скрасить разговором, а так только и оставалось, что гонять по ободу снежинки невеселые мысли. Толя что-то угрюмо напевал, Костя снова вспоминал глупые басни об оторванных руках, Паплюх раз за разом старательно вертел в памяти отрывок из старой ленты о войне – скрывал от дружины какие-то мысли, догадался Тимур. И тут же, чтобы не подводить приятеля, стал думать о семье. Но хуже всех были мысли Акмаля. Тот уверил себя, что среди погибших десантников узнал Хайфу-Марию. Ну как мог узнать? Шлемы глухие, черные стекла-хамелеоны вместо лиц. Акмаль убежден: признал, почувствовал. Вот же, как сам себя накручивает…

Когда приняли на борт четверку ЧОПов, Тимур не услышал. То ли не откачивали воздух из сектора посадочной полосы, где они разместились, то ли насосы не шумели. Насосам сейчас работы мало, не успели нагреться.

Из мрачных раздумий вывел голос отца Карена.

– Дружина, внимание! Закончен расчет вероятного курса вражеского челна. Направление – Земля. Они не бегут, они атакуют. Жилин, ты, по-моему, переживал о людях на борту.

– Нет, отче, я…

– Ничего. Человеколюбие похвально. Но мы имеем дело с фанатиками. Они взорвали собственный город, уничтожив десантные бригады. Триста сорок три человека стали мучениками, приняли смерть, будучи не в силах не то что защищаться, но и помолиться перед гибелью.

Тишина эфира нарушалась лишь потрескиванием обычных помех. Триста сорок три человека… Содружинники задумались – схожие мысли кружились по ободу снежинки, нет, одна, общая мысль, и чувства – одни на всех. Горечь, сострадание, жалость, печаль, тревога, возмущение… гнев. Гнев!

– Платформа приближается к терминатору, – заговорил Карен. – Навстречу идет сверхтяжелый челн противника. В течение пяти-шести минут нам дадут старт. Мы встретим его.

Покинув платформу, три звена истребителей устремились прочь от «девятки», разворачивая боевой порядок. Платформа стала удаляться, направляясь к Земле, в экранах заднего обзора показались ЧОПы. Четверка межсфирников величаво разошлась в стороны, образуя квадрат. Им нужен был простор не для маневра – тихоходные неповоротливые челны, после того как запустят генераторы плазмы, и вовсе станут почти неподвижными. Они заняли позиции таким образом, чтобы каждому хватало площади, и распялили крылья солнечных батарей. Сперва многократно сложенные сегменты разошлись, подобно лепесткам невиданных цветов, затем каждый лепесток вывернул из себя более тонкие пластины, те, в свою очередь – еще и еще. Выполняя маневры в составе звена, Тимур то и дело поглядывал на ЧОПы, картина захватывала и увлекала. Ему вдруг привиделось, что это – архангелы, расправляющие крылья в свете Солнца. Воистину так! Архангелы, несущие огонь Его гнева, готовые обрушить кару на головы безбожников. В тени малой сфиры им не удалось бы работать в полную силу, аккумуляторы быстро сядут. А шестислойные солнечные батареи с КПД почти в восемьдесят процентов, занимающие огромную площадь, превращают ЧОПы в мощные энергостанции, позволяют вести продолжительную стрельбу плазмоидами. Архангелы не любят тьмы…

Сравнение обошло снежинку, всем понравилось – Тимур сразу почувствовал. Только отец Карен высказался вслух.

– У тебя слишком живое воображение, Жилин. Но я передам владыке эту идею. Быть может, новое поколение ЧОПов нарекут именами архангелов. Челн «Михаил»… челн «Суруш»… – потом другим, казенным голосом: – Дружина, внимание! Минутная готовность. Противник приближается к линии терминатора, наша задача – задержать его. Боевые платформы номер четыре и номер шесть преследуют врага, но скорость лунных существенно больше.