Чтение онлайн

Карен развернулся, сделал знак десантникам.

Тимур понял: командир не использует шлемофон, потому что американы могли вычислить их канал и подслушивать. Костя убрал программирующий пистолет, предварительно нажав на что-то, – и робот на стене задрожал, теряя очертания.

Пара десантников подобралась к проему. Один, оттолкнувшись, взлетел к верхней части широкой овальной рамы, а второй, наоборот, прижался к полу. Стволы двух силовиков уставились внутрь одновременно.

– Пусто, – сказал боец под потолком, повернув голову. – Это тамбур, узкий совсем.

– Дальше вторая дверь, – добавил другой. Он сунулся в проход, сразу появился вновь. – Закрыта. За ней, наверное, операторская, противник внутри. Ту успели закрыть и вывести из строя механизм, а эту – нет.

Карен шагнул к ним, заглянул в проем. Паплюх тут же оказался рядом, стал рассматривать тамбур, показывая, что наравне с командиром ориентируется в ситуации.

– Так, – сказал Шахтар, бегло осмотрев панель с двумя кнопками на стене. Вдавил одну – дверь вылетела сбоку и закрыла проем. Отец-командир постучал по ней рукой в перчатке, нажал на другую кнопку – дверь исчезла, почти мгновенно вдвинувшись обратно. Тем временем робот на потолке рассыпался, теряя очертания. Карен шагнул назад, к стене туннеля напротив тамбура, поднял посох на плечо, будто гранатомет, и для чего-то упер другой конец в обитую пластиком переборку. Поглядел перед собой…

«Нет, реактор слишком близко», – негромко произнес его голос в шлемофоне.

Офицер опустил посох, открыл дверцу на животе и достал из скафандра компактную газовую горелку. Синяя струя, дрожа, протянулась между двумя загнутыми контактами, венчающими концы металлического стержня.

– Достать пирозоль!

Тиму понадобилась секунда, чтобы сообразить: на учениях этой штукой пользовались редко. Он раскрыл квадратное окошко на животе, извлек баллончик.

Кристаллического робота уже не стало – лишь едва заметное сероватое облачко под потолком, но и оно быстро бледнело, исчезая. Карен сказал:

– Не распылять. Там есть реле, по команде включите полный выброс с пятисекундной задержкой.

Все сгрудились вокруг тамбура, стоя на полу, стенах и потолке. Тимур наконец разглядел узкое темное помещение с дверью на противоположной стороне – ее и проем разделяло не больше метра.

Сжимая работающую горелку в поднятой руке, офицер велел:

– Приготовьтесь отступить по кольцу. Внимание… – он бросил горелку в тамбур и положил руку на панель с кнопками. – Давай!

Десять баллончиков упали на пол тамбура. Десять реле начали отсчет, чтобы через считаные секунды полностью раскрыть клапаны, заполнив узкое помещение густым облаком пирозоля.

Шахтар ударил по кнопке – дверь закрылась – и прокричал:

– Назад!

Они бросились в обратном направлении.

– Светофильтры! – выкрикнул Паплюх.

Свинцовые стекла шлемов при необходимости мгновенно закрывались шторками фильтров, причем последних имелось три вида, с различной проницаемостью. Сдвинуть их мог процессор космоформы – он делал это с минимальной задержкой после вспышки, – но имелся и ручной переключатель.

Тим нырнул в коридор одним из последних. Пирозоль взорвался, плотное облако мгновенно расширилось, вырвав обе двери. Туннель возле тамбура операторской будто сплюснулся, сузился, а после раздался вширь – волна искажения стремительно раскатилась по нему. А потом часть Кольца-2 вместе с радиальным коридором просела, накренившись.

Тимур вдруг оказался в нижнем конце круто наклоненной трубы. Значит, коридоры тут шли не сквозь толщу металла и пластика, но были провешены внутри более обширного пустого пространства? Времени размышлять над этим не было. Он вывернулся из объятий десантника, от неожиданности обхватившего его за поясницу, и оттолкнулся от плоскости, которая раньше была потолком. Тим взлетел вдоль наклонного свода туннеля к пролому, вокруг которого торчали клочья обугленного пластика. Там мелькнула гибкая черная фигура с плоским баллоном на спине.

Тут же один из трех десантников, летящих перед Тимуром – его успели опередить также Карен и Паплюх, – заорал, закрутился волчком, словно что-то тяжелое попало в него.

Тимур ахнул от неожиданности. Тело в космоформе будто взорвалось, вернее, взорвалась грудина, вскрытая, как консервная банка. Человек напоминал юлу, полную вишневого сока, в боку которой образовалась дырка. Струя жидкости, рассыпаясь мелкими брызгами, ударила наружу, изгибаясь, будто спиральный галактический рукав.

Множество густо-красных мягких шариков заполнило коридор. Крик десантника длился недолго, вскоре дыхательная смесь покинула шлем пробитого скафандра. Тело ударилось в стену, отрикошетило обратно… Тимур увидел, как окутанный сгустками крови солдат надвигается сверху, а еще выше одна за другой мелькают черные фигуры…

Его схватили, дернули в сторону, затем пихнули вверх.

– Давай, Тимоха! – голос Толи Маслова в шлемофоне.

Вокруг плавали красные точки и пузырьки, распадались на неопрятные лохмотья и таяли – пространство постепенно очищалось.

– За мной! – громыхнул голос Карена. Самого офицера, как и двух десантников вместе с Паплюхом, видно уже не было: включив мини-ракеты, они скрылись за поворотом, там, где Кольцо-2 пересекало коридор. Устремившись следом, Тимур по схеме на мониторе шлема понял, что это один из расположенных крестом больших туннелей, соединяющих наружные площадки с помещениями реактора.

Он повернул, едва коснувшись подошвами магнитного пола. Взгляду открылся весь длинный туннель, тускло освещенный утопленными в свод светопанелями. Голос Шахтара, которого Тимур все еще не видел, рявкнул:

– Не переговариваться, они слушают!

В полутьме далеко впереди метались фигуры, шлемофон заполняло сопение и тяжелое дыхание, потом раздался возглас… Тимур нацепил силовик на конец «крысы». Включив форсаж, он рванулся вперед, будто пуля, опередив Серегу, Акмаля, Толика и почти всех оставшихся десантников.

Послышался хриплый вскрик Паплюха.

– Роман! – заорал Тимур, напрасно вдавливая гашетку: пиропатроны опустели. Пока автоматика отстреливала их и досылала новые, пока срабатывали воспламенители, он мчался по инерции, затем четыре струи ударили из сопел, и скорость увеличилась. В верхней части меню возникло красное предупреждение: слишком быстро. Замигали цифры обратного отсчета: 5… 4… 3… – процессор предупреждал, что собирается включить принудительный реверс. Тим несся вдоль коридора, вытянувшись в струнку, напоминая ракету, носом которой был ствол силовика. «Крыса» начала замедляться, и ладони уперлись в рукоятки. Впереди возник широкий круг белого света. «У них скафандры-экзоскелеты, усиливающие», – вдруг отчетливо произнес голос Шахтара в наушниках. Круг надвинулся, разрастаясь, – конец коридора, за ним какое-то помещение, мелькнула черная фигура – Тим выстрелил – раскрытые двери шлюза, еще одни… и огромное пространство обрушилось на него: он достиг площадки лазерного гнезда.