Чтение онлайн

Маг попытался уйти в сторону, но щит сбил его с ног. Я добил, не давая подняться.

Один.

Копьеносец поднялся. Уже с кровью на губах, но жив. Он ринулся вперёд. Я — назад.

Он бил точно, методично. Но слишком злой. Слишком прямолинейный.

Я выдержал два удара, перекатился под третий и ударил снизу вверх, клинок вошёл под рёбра. Тот закашлялся — и упал.

Я стоял, тяжело дыша, с кровью на руке и шумом в ушах.

— Вот же... — выдохнул я. — Всё ещё двое. И всё ещё больно.

В тишине зала раздался хлопок, словно кто-то пригласил аплодисментами сам себя.

— Ну надо же, — голос был тёплым, почти весёлым. — И это ты называешь победой?

Старик стоял в углу, опираясь на посох, покрытый полустёртыми рунами.

— С такими слабаками ты возишься, будто перед тобой ветераны Битвы Семи Реальностей.

Он покачал головой.

— У меня один подмастерье как-то пнул демона в грудь без магии и убежал. И то — быстрее справился, чем ты.

— Приятно, что ты следишь, — отозвался я, плюхаясь у стены. — Но, если ты не заметил — я один. Они вдвоём. И не самые бесполезные.

— А ты всё равно жив. Удивительно, — старик прищурился. — Ты — как гриб. Отравить не можешь, убить не получается, а в темноте растёшь.

— Благодарю за сравнение, — хмыкнул я. — Очень… поэтично.

— Продолжай. Может, к концу игры ты станешь не только живым, но и вменяемым.

Он исчез.

Без света. Без звука. Просто исчез.

А я… остался. В тени древнего коридора. С парой мёртвых тел. С кровью на доспехе. И с мыслью:

— День идёт отлично. Чудесно. Просто замечательно.

Я встал.

— Ну что, вперёд, гриб. Расти дальше.

Я свернул в боковой проход почти машинально. Угол, чуть просевшая арка, странный символ на полу — всё это казалось не таким, как остальное. Интуиция, усталость или простое упрямство — неважно. Я шагнул в тень, потому что в ней часто прячется правда.

Прошёл два десятка шагов — и всё изменилось.

Пол вспыхнул рунами, воздух над головой загустел. Пространство дрогнуло, как будто само время замерло на секунду, делая вдох.

— …чёрт, — только и успел сказать я.

С потолка сорвались цепи из чистой энергии, рванули вниз, как змеевидные кнуты, пытаясь схватить за плечи, грудь, шею. Я рухнул на колени, дёрнулся вбок — и поток магии ударил в стену, прожигая камень до сердцевины.

Следом — заряды, вспышки рун на полу. Я катился по плитам, отбивая удары щитом, пока один не попал прямо в грудную пластину. Доспех загудел, краска задымилась, металлический узор чуть не расплавился.

Боль — терпимая. Удар — оглушительный.

Я вскочил, ударил мечом в центр одной из рун, — сработало. Ловушка сбилась, потоки магии разошлись, воздух снова стал дышать.

Я остался стоять. Тяжело, но на ногах.

Грудь дымилась. Край наплечника был обуглен. И всё же…

— Цел, — выдохнул я. — Ну, почти.

И, конечно, как будто по команде — хлопок, слабая вибрация воздуха.

Из тени, скрестив руки, вышел он.

Старик.

Он посмотрел на дымящийся доспех, хмыкнул, поднял бровь.

— …Ты.

— Ты вообще в курсе, куда свернул?

— По-моему, уже да, — буркнул я, отряхивая сажу. — Сюрприз: не туда.

— Ясен пень, что не туда.

Он подошёл ближе, ткнул пальцем в одну из обугленных полос.

— Это, между прочим, ловушка для мародёров. Старый, как мой позвоночник, механизм. Сделан для того, чтобы отбивать тёмных и любопытных.

Он оглянулся.

— Причём особенно любопытных.

— Ну, выходит, я достаточно не-тёмный, чтобы выжить?

Старик уставился на меня, щурясь.

— Выходит, да. Хотя я до сих пор не понимаю, ты это по удаче, по дурости или по упрямству.

Я криво улыбнулся.

— Комбинированный эффект.

— Пф, — он вздохнул. — Следующий раз, может, не лезь в сияющие боковые туннели с рунами на полу, а? Или, хотя бы, пинай камень вперёд, а не себя.

Он щёлкнул пальцами — и одна из обгоревших полос на доспехе потускнела, словно кто-то снял верхний слой ожога.

— Всё равно криворукий, — добавил он. — Но… живучий, зараза. Это зачтём.

И снова исчез — как всегда: внезапно, без шума, как мысль, которую забыл на полуслове.

Я остался один. Запах озона ещё витал в воздухе. Грудь саднила. Но дыхание стабилизировалось.

— Ну вот, — выдохнул я. — Один шаг в сторону — и опять чуть не умер.

— Кто бы сомневался.

Я повернулся и пошёл обратно в основной тоннель, к следующей цели.

Скорее всего, она меня тоже попытается убить.

Зал встретил меня тишиной, столь глубокой, что мои шаги казались не звуком, а нарушением равновесия.

Высокие стены покрыты письменами, потускневшими от времени, но всё ещё шепчущими на грани восприятия. В центре — три круга, высеченные в камне, светящиеся слабым янтарным светом. В воздухе витала сила — не угрожающая, но сосредоточенная, как судья, ожидающий ответа.

Передо мной вспыхнул символ, и в пространстве раздался голос. Он был многоголосым — то низким и скрипучим, то тихим и женственным, будто говорили все, кто когда-либо входил сюда.

— Испытуемый. Выбор твой. Первое: сразись с хранящим и получи награду — или смерть. Второе: принеси в жертву разумного, и получишь свиток силы. Третье: покинь зал без награды. Без крови. Без пользы.

Я не колебался.

— Первое, — сказал я. — Сражаться — привычнее.

Я шагнул в центральный круг. — А жертвы — не мой метод.