Чтение онлайн

Черепаныч неопределенно пожал плечами:

– Начинайте.

Если бы Виктор обратил внимание на остальных подчиненных, он бы наверняка заметил, что взгляд Бизона потерял привычную наглость. Сейчас синие глаза смотрели зло. Очень и очень зло. И сонливость Бандеры куда-то пропала: белобрысому не нравилось, что Ясень давит на механика. Спокойным по-прежнему оставался лишь Арчибальд.

Если бы…

Но Виктор не видел взглядов лохматых, потому что вплотную подошел к Черепанычу и тихо-тихо, только для него, произнес:

– Вы говорили, что Подстанция пребывает в идеальном состоянии. Уверены в своей незаменимости?

– Я уверен в своих поступках, господин комендант, – едва слышно ответил механик. – Этого достаточно.

– И готовы за них ответить?

– Готов.

– Доброе утро, Иван Алексеевич. – Карбид приоткрыл дверь кабинета Митина, однако входить не стал, лишь заглянул. – Можно?

– Я ведь сам тебя вызвал, – улыбнулся главврач.

– А вдруг передумали?

– Входи, входи, Герман, не стесняйся… – Митин дождался, пока Карбид займет кресло, после чего осведомился: – Как дела?

– Потихоньку, Иван Алексеевич. Функционируем по мере сил.

– Готовишься к отопительному сезону?

– Со всей старательностью, Иван Алексеевич.

– Генератор проверяли?

– Дважды.

Могло показаться, что в словах Карбида таится издевка, однако главврач реагировал на слова Германа абсолютно спокойно – слишком давно он знал сидящего перед ним человека. Да и Карбид понимал, что Митин его вызвал совсем не для того, чтобы узнать, готова ли к зиме резервная котельная.

– Ты в курсе, что учудили твои санитары?

– Иван Алексеевич, вы же прекрасно понимаете, что они не воровали трупы. Речь идет об обыкновенной ошибке. Ребята решили, что главный морг переполнен, и отвезли поступившие тела к нам.

– А в результате мы имеем бьющихся в истерике родственников.

– Согласен – плохо, но ведь все разъяснилось.

– А палец зачем старушке отняли?

– Случайно дверью прищемили.

– Растяпы!

– Пришили так, что никто не заметил. Я ведь лично…

– Оставь. – Академик вздохнул. – Как собираешься наказывать?

– Выговор? – неуверенно протянул Герман.

– С занесением.

– И лишение премии по итогам… месяца.

– Может, года?

– Слишком сурово.

– Ладно. – Митин помолчал. – Как новый парень?

– Виктор молодец, – спокойно отозвался Герман. – Справляется. А где не справляется, там старается.

– Мне говорили, он хваткий.

– Так и есть.

– Не скучно ему у нас?

– Он не дурак и адекватно воспринимает свое положение.

В Михайловскую больницу Ясеня легализовали самым простым и надежным способом: через взятку. Завуалированную, разумеется, взятку, ибо Митин был щепетилен до крайности и несдержан с нечистыми на руку людьми. Царства организовали встречу академика с «отцом» молодого человека, страстно желающим, чтобы сбившийся с пути сынуля набрался ума-разума в «самой лучшей больнице страны». Благо по образованию сынок оказался врачом-патологоанатомом, а в Михайловской как раз образовалась вакансия из-за «спешно уволившегося» Горелого. В качестве бонуса предлагалось полностью переоснастить любое из отделений больницы. Небольшое благотворительное пожертвование ценой в 3–5 миллионов. Митин понял ситуацию по-своему: сынок что-то натворил и теперь должен отсидеться в тихой гавани. Академик поговорил с Виктором, оценил профессиональные качества кандидата, остался доволен, а потому отказываться от щедрого предложения не стал. Стороны ударили по рукам. Было ли во время переговоров осуществлено воздействие на «искру» академика, история умалчивала, но Карбид полагал, что без этого не обошлось. Как бы там ни было, на ближайшие несколько лет Ясеня легализовали, а дальше будет видно.

– До тебя дошли слухи, которые о нем ходят?

– Что Виктора готовят вам на смену?

– Да.

– Слышал, конечно. – Карбид улыбнулся: – Я думал, это вы их запустили.

– Зачем? – «искренне» удивился Митин.

– Проверить реакцию личного состава.

– Ерунда какая! – Академик пристально посмотрел на Германа, понял, что тот раскусил его маленькую хитрость, и рассмеялся: – Мне было интересно, как это воспримут.

– Без восторга. Во всяком случае, паломничества лизоблюдов на «Малой Земле» не наблюдается.

– Ты бы рассказал?

– Обязательно.

Карбид догадался, что главврач хочет поговорить о чем-то другом, о чем-то важном, но, что с ним бывало не часто, не знает, как подступиться к деликатной теме. Догадался и решил помочь:

– Так я пойду, Иван Алексеевич?

– Да… – разрешил Митин, но тут же, прищурившись, спросил: – Мне рассказали, что вчера ты работал в приемном.

«Вот оно!»

– Ребята не успевали, – тихо отозвался Карбид.

– Так мне и сказали.

Является ли этот факт оправданием того, что лишенный лицензии врач рискнул провести операцию? Герман вздохнул:

– Я вас подставил?

– Нет. Заставил вновь взяться за рычаги. – Главврач внимательно посмотрел на Карбида: – Я хочу тебя вернуть.

– Вряд ли получится.

– Я попробую, – пообещал академик. – Вчера вечером я поговорил кое с кем… Неофициально, конечно. И встретил полное понимание. Одним словом, есть надежда, что твое дело будет пересмотрено и ты получишь лицензию обратно.

– Спасибо, но…

Митин не понял, что хотел сказать Карбид. А перебив его – не дослушал.

– Благодарить не надо. Мне нужны сильные врачи в больнице. А ты – сильный врач, Герман. Ты врач от бога.

«Я понимаю, Иван Алексеевич, что вам нужны хорошие врачи. Понимаю настолько, что даже не хочу думать, чего в ваших действиях больше: искреннего участия или холодного расчета. Но…»

Все напрасно. Какие бы связи ни подключал академик Митин, на какие бы рычаги ни давил, ситуацию не изменить – в операционную Карбиду не вернуться. Царства не хотят, чтобы их комендант занимался врачебной деятельностью. Точнее, одно Царство не хочет, но этого вполне достаточно. До тех пор пока Карбид будет служить на Ручном Приводе, путь в операционную ему заказан. Такая вот изощренная месть за одну старую историю. Буш и его приятели знали, как нужно ударить, чтобы стало очень-очень больно.