Чтение онлайн

– Катта илон. Джюда катта. «Большая змея, очень большая», – сказал старый узбек.

Поперек пыльной тропы тянулся след, как от протянутой толстой веревки. Узбек остановился, уже горячая пыль пекла подошвы босых ног. Достал из закрытой поясным платком рыжей кожаной кобуры пистолет Макарова, взвел курок. Плохо, что свой карабин он оставил на полевом стане, пистолетом старик владел не очень хорошо. Положил кетмень на плечо и пошел, внимательно глядя по сторонам. Нет, видимо, уползла. Но пистолет он не убирал, пока не дошел до полевого стана и не обул обмытые от пыли ноги в старые юфтевые сапоги. Поставил кетмень к инструментам, сел на скамью в тени тростникового навеса, спустив курок, положил, пистолет на край стола. Достал стальной термос, налил кружку охлажденного кофе, взял из небольшой картонной коробки кубинскую сигару. До этого покупал сигары из Бразилии, а сейчас в магазин завезли новые, с Диких Островов, хотя, когда кубинцы успели вырастить табак, он решительно не понимал. Понюхал сигару, усмехнулся. Раскурил, глотнул кофе. Включил небольшой транзистор, принимающий сейчас новости из Демидовска. Усмехнулся снова, представив своего последнего раиса – председателя. Если бы тот увидел его сейчас! Кофе, сигара, пистолет на столе, СКС с патронташем на вбитом в столб гвозде. Неплохая замена – сигара и кофе на насвай и кокчай [4] . Рядом зеленый мотоцикл «Урал», на котором он приехал на работу. Не то что раньше, на ишак-арбе добираться приходилось. А сейчас ему за его работу платят весьма неплохо.

– Привет, Хамза, – к нему подходил со стороны кукурузного поля пасечник с переброшенным через плечо коротким карабином-трехлинейкой. Его одногодок, привезенный детьми в Новую Землю из Крыма. Пасека стояла за полем с кукурузой.

– Салам аллейкум, Кузьма. Кофе будешь? Холодный, прям ледяной. И сигару?

– Давай. День какой хороший. Пчелы трудятся как заведенные. Отличный сегодня взяток будет. Кроме твоего хлопка еще луга за кукурузой начали цвести. О, смотри, твоя внучка с ухажером едут. – Дед, пыхнув дымом, повернулся на звук мотора старого квадра. Вздымая пыльное облако, к ним подъехали молоденькие парень и девушка.

– Привет, дедушка. Добрый день, Кузьма Федорович, – поздоровалась с ними черноволосая и черноглазая, стройная как тростинка девушка.

– Здравствуйте, – приветствовал рыжий как огонь парень.

– Здравствуй, внучка. Здравствуй, Георгий.

– Привет, Жора, Айгуль.

– Мы вам позавтракать привезли.

Девушка шустро постелила на стол чистую белую скатерть, передвинула пистолет, как тарелку. Впрочем, на тонкой девичьей талии была кобура с ПМ, а у паренька на квадре виднелся перекинутый через спину ППШ с рожковым магазином и ТТ на поясе. Покормив дедов, собрав посуду в сумку, девчонка чмокнула дедулю в бородатую щеку, помахала рукой пасечнику, и они укатили.

– Красивое у твоей внучки имя, Хамза, – «Лунный цветок». И сама красавица. Они с Жоркой вроде в техникум в Демидовске хотят поступить?

– Ага, только Георгий сначала отслужить должен, знаешь же, он осенью призывается. Впрочем, он на год старше Айгуль, она как раз еще год в школе учиться будет.

Деды, разговаривая о внуках, немного посидели и пошли работать дальше, до сиесты еще было время. Раскаленный воздух дрожал над горизонтом.

Протекторат РА, Демидовск.

23 год, 12-й день 3-го месяца

– Константиныч, времени у меня точно нет, чтобы до роддома смотаться? Я на такси, за сорок минут управлюсь, – подошел я к Артемьеву, назначенному Туговым старшим над нами в этой командировке. – Блин, рядышком ведь, а только позвонил сегодня! А, Константиныч?

– Володь, не ной, не маленький. Сейчас дождемся электронщиков и выезжаем, караван-баши ясно сказал! – Виктор Константинович кивнул на сухого, совершенно седого мужика возле головной четырехосной «скании». – Нам еще по Северной дороге до форта-заправки нужно доехать на территории Конфедерации, а это около трехсот камэ. Мобила в кармане? Звони, нефиг экономить. И проверь еще раз, правильно ли переписали ящики с инструментом, какие на какие грузовики положили. А то в Бейджинг увезут чей-нибудь ящик, а сами втридорога будете в Порто-Франко покупать!

Я огорченно отошел от нашего старшего и направился к своим мужикам, которые столпились возле небольшого магазинчика. Куплю пару бутылей замороженной минералки, в дороге лишней точно не будет. Мы стояли на площадке возле грузовой проходной химзавода. Караван, в составе которого мы должны были ехать до Порто-Франко, состоял из десятка грузовиков. Шесть «сканий» и четыре «вольво». Грузовики не новые, годков по пятнадцать каждому, переделанные из основательно поработавших карьерных самосвалов и перекрашенные в любимые здесь серо-зеленые цвета. Впрочем, разобрать, каким был родной цвет у грузовиков, никаких проблем не составляло, на кабинах во многих местах краска оказалась ободрана и поцарапана, а закрашивают здесь только царапины до железа, гаишников-то с весенними техосмотрами нет. Рамы на грузовиках, по словам Никиты, водилы, в машине которого предстояло ехать мне, уже здорово изношены для полных нагрузок, тридцать пять тонн не выдержат. Так что с них кузова-ковши срезали, уменьшили количество рессорных листов, просто убрав поломанные, и поставили обычные низкие фуры, чтобы товар не пылился. Китайцам, например, волокно капроновое нужно чистым привезти. Ну и больше десяти тонн пряжи в фуру не влезет. Тем более мосты по дороге, что северной, что южной, все равно не больше двадцати пяти тонн грузоподъемности.

– Мария Семенна! Когда наконец бисовы электронные души приедут? – рявкнул старшой диспетчеру, полной, но очень приятной женщине, которая сидела в застекленной будке под навесом.

– Вадим Сергеевич, та чекайте ви хвилинку. Сказали, выехали уже, – ответила женщина через громкоговоритель. – Минута, ну пять. Приедут.

Да, похоже, точно не отпрошусь. Я отошел в сторону от мужиков, достал мобильник и набрал номер жены.

Пока звонил, разговаривал, приехал оранжевый потертый микроавтобус и выгрузил двоих: блондинистого парня лет тридцати и красивую шатенку, может быть, помоложе его лет на пять. Оба одеты так же, как и мы, для дороги, у обоих АК-74 с деревянными прикладами и небольшой оптикой на тюнингованном цевье, небольшие же пистолеты в поясных кобурах. Разгрузки тоже небольшие, на две спарки автоматных магазинов. Похоже, бисовы души пожаловали, причем минималисты. Парень вытащил из салона два рюкзака и пластиковый инструментальный ящик, а девица достала две сумки с ноутами. Автобус, гуднув на прощанье, уехал, а парень и девушка подошли к седому, оставив вещи кучей лежать в тенечке. Автоматы грустно отдыхали на рюкзаках.

– Здравствуйте. Вы старший? – Дождавшись недовольного кивка, парень продолжил: – Я Алексей Ветров, это моя жена, Елена. Мы электронщики, вот наши командировочные предписания, – и протянул бумаги седому.

Тот также недовольно пролистал их, протянул подошедшему Артемьеву.

– Так, Виктор Константинович, проверь. И в ту «вольву», третью. Раз вы муж и жена, езжайте вместе. – Седой наконец взял в руки висящий на поясе матюгальник и радостно заорал: – Готовность десять минут, всем проследить за погрузкой багажа и инструмента. Старшие, проверьте наличие отсутствия личного состава. Водители, прогреть моторы!

Тут из громкоговорителя диспетчерской донеслось:

– Вадим Сергеич, вас за городскими воротами будут ждать три микроавтобуса. Это волейбольная женская команда от «Трудовых резервов» в Нью-Рино на соревнования едет. А вас химкомбинатовский зампрофорг по спорту и молодежи просит к телефону подойти.

– Это не караван, это цирк с верблюдами! – Матюкаясь, седой побежал в диспетчерскую. Вскоре до нас донеслись его вопли.

– Опять Чунин разоряется, – усмехнулся Никита. – У него никогда не бывает, чтобы караван отошел ровно по расписанию, всегда довески вешают. Впрочем, скажу по секрету, даже конвои РА редко выходят минута в минуту. Садитесь давайте, нечего ждать. – И шофер первым полез в пропахшую соляркой, некогда роскошную кабину грузовика.

За воротами нас точно поджидали три полноприводных «фольксвагена», возле которых стояли высоченные девицы в количестве дюжины и восемь мужиков, повадками смахивающих на отставных вояк. Хотя, скорее всего, так и было, в охране спортивной команды наверняка работали частники из «Синих стрел». Там промышляют армейцы, списанные по ранениям, но не желающие сидеть в каптерках и складах или работать в конторах.

«Фольксы» пристроились в арьергарде, и караван пошел на северо-восток, к Речному. А за Речным, уже возле московского перекрестка, нас поджидала еще группа из четырех микроавтобусов, трех «соболей» и УАЗа. Как оказалось, московское «Динамо» тоже отправило команду на турнир.