Чтение онлайн

Рейс продолжался чуть больше двух часов — обычная скука, перемежаемая сухой и невкусной пищей. У входа в аэропорт сразу после прилёта его встретил специальный агент Марк Брайт, заместитель старшего агента, стоящего во главе отделения ФБР в Мобиле.

— У вас ещё есть багаж, мистер Мюррей?

— Нет, только вот этот. И, пожалуйста, зовите меня Дэн, — ответил Мюррей — Кто-нибудь уже разговаривал с ними?

— Никто — по крайней мере, насколько мне известно — Брайт взглянул на часы — Им надлежало прибыть в порт около десяти, однако прошлым вечером потребовалась их помощь. Какое-то рыболовецкое судно взорвалось в море, и фрегат отправили спасать экипаж. Отчёт о спасательной операции передавали утром по телевидению. Между прочим, судя по всему, они отлично справились с этим.

— Блестяще, — поморщился Мюррей. — Итак, мы собираемся допросить с пристрастием проклятого героя, а он вышел в море и совершил новый героический подвиг.

— Вы знакомы с прошлым этого капитана? — поинтересовался Брайт. — У меня ещё не было возможности...

— Да, я видел досье. Когда его называют героем, это совсем не преувеличение. Этот Рэд Уэгенер — ходячая легенда. Его прозвали Королём СИПО, королём «спасательных и поисковых операций». За время своей службы он спас половину людей, выходивших в море. По крайней мере, так о нём говорят. К тому же у него мощная поддержка в Капитолии.

— Какая именно?

— Сенатор Биллингс из Орегона, — ответил Мюррей и объяснил причину — Председатель Юридического комитета.

— Почему он не захотел, как и раньше, заниматься транспортом? — спросил Брайт, глядя в потолок. В функции Юридического комитета Сената входил надзор за деятельностью ФБР — Насколько хорошо вы ознакомлены с этим делом?

— Мне поручили его потому, что я занимаюсь связью с Федеральным агентством по борьбе с наркотиками. Материалы принесли перед самым обедом. Дело в том, что два дня меня не было, — заметил Брайт, направляясь к двери. — У нас родился ребёнок.

Действительно, нельзя винить человека, у которого только что появился ребёнок, подумал Мюррей.

— Поздравляю. Все в порядке?

— Сегодня утром привёз Марианну домой, а Сандра — самый прелестный комочек, который мне доводилось видеть. Правда, очень шумный.

Мюррей рассмеялся. Прошло порядочно времени с тех пор, как у него самого на руках был новорождённый ребёнок.

Машиной Брайта оказался «Форд», и двигатель урчал, как хорошо накормленный тигр. На переднем сиденье лежали материалы по делу капитана Уэгенера. Мюррей перелистал их, пока Брайт выбирался со стоянки перед зданием аэропорта В материалах содержались кое-какие дополнительные сведения кроме тех, что он получил в Вашингтоне.

— Н-да, ну и фокус они выкинули!

— В самом деле, — кивнул Брайт. — Как вы считаете, все это похоже на правду?

— Мне приходилось слышать о невероятных поступках, но такая безумная штука ещё никому не приходила в голову. — Мюррей задумался. — Самое забавное заключается в том ..

— Совершенно верно, — согласился молодой агент. — Мне тоже. Наши коллеги из Федерального агентства по борьбе с наркотиками верят этому, но те данные, которые выявились вроде бы случайно.. Я имею в виду, если даже доказательства получены не совсем законным путём, мы получили такие сведения ..

— Верно. — Это было одной из причин, почему Мюррея подключили к расследованию. — Насколько видное положение занимал погибший владелец яхты?

— Самые тесные связи с крупными политическими деятелями, был членом совета директоров нескольких банков, выпускник университета Алабамы, как обычно, член ряда гражданских организаций — короче говоря, широко известен. Этот парень был не просто видным общественным деятелем, а, черт побери, почти национальным героем Юга. Семья с традициями, старинный род — восходит к генералу Гражданской войны. Дед был губернатором штата.

— Крупное состояние?

— Денег столько, что можно грести лопатой, — проворчал Брайт. — Крупное поместье к северу от города, все ещё действующая плантация — так, по-моему, это называют, но не в том источник его богатства. Он вложил все семейные деньги в недвижимость. Насколько нам известно, очень успешно. Эта недвижимость представляет собой сложнейшее переплетение небольших корпораций — такое часто бывает. Там по нашему поручению работает специальная группа, но понадобится немало времени, прежде чем что-то прояснится. Штаб-квартиры некоторых корпораций расположены в других странах, правда, и мы никогда не сумеем добраться до истины. Знаете, как это делается. Мы только начали копать.

— «Видный бизнесмен штата имел связи с главарями наркомафии». Боже мой, он действительно спрятал все концы в воду. Никаких сигналов раньше?

— Никаких, — признался Брайт. — Ни нам, ни Федеральному агентству, ни в адрес местной полиции. Абсолютно ничего.

Мюррей закрыл папку и уставился на проносящиеся мимо автомобили. Это всего лишь первая щель в деле, а для полного расследования, возможно, понадобится несколько лет. Черт побери, мы даже не знаем пока, что искать, напомнил себе помощник заместителя директора ФБР. Все, что нам известно, — на борту яхты «Основатель империи» находился целый миллион долларов наличными — подержанные двадцати — и пятидесятидолларовые банкноты. Такое количество денег может означать лишь одно — впрочем, нет: оно может означать массу вещей, подумал Мюррей.

— Приехали.

Проехать на территорию базы оказалось несложно, и Брайт знал путь к пирсу, «Панаш» выглядел из окна машины весьма внушительно — над головой высилась белая стена с ярко-оранжевой полосой и тёмными обгорелыми пятнами в центральной части. Мюррей знал, что фрегат — небольшой корабль, но, чтобы убедиться в этом, требовался океан. К точу моменту, когда они с Брайтом вышли из машины, кто-то, стоявший на борту у трапа, успел связаться по телефону, и через несколько секунд там появился ещё один моряк. Мюррей узнал его по фотографии из досье. Это был Уэгенер.

На голове у него были землистые остатки того, что раньше было рыжей шевелюрой, но теперь к ней добавилось столько седины, что трудно было найти чёткое описание цвета. Зато сам моряк выглядит подтянутым, подумал сотрудник ФБР, поднимаясь с причала по алюминиевому трапу на борт корабля. Едва заметный жирок у поясницы, но не более. Татуировка на кисти выдавала в нём моряка, а непроницаемое выражение лица — человека, не привыкшего к допросам.

— Добро пожаловать на борт. Я — Рэд Уэгенер, — произнёс мужчина с достаточно широкой улыбкой, чтобы выглядеть вежливым.