Чтение онлайн

Да хоть горшком, лишь бы справку дали! А по ней потом и паспорт получить можно. Да, придётся подождать, годика три, не меньше, но зато никаких проблем с законом.

С чистой совестью вышла из сети и растянулась на кровати с книгой в руках. Свен пристроился рядом, бурча о моём дурном воспитании. В ответ напомнила о том, кто сейчас решает проблемы обоих — замолк. Правда, упорно смотрел не туда, куда надо, даже руками полез, пришлось по этим самым рукам дать и сесть. Спать в одной комнате нам, определённо, нельзя, Свену бельё покоя не даёт. Хитрюга-маг тут же плюхнулся на освободившееся место. Не стала сгонять и, усевшись по-турецки в ногах, пересказала выдуманную легенду, которую сочинила для родителей. Предупредила и о разговоре со следователем. Маг пообещал сказать то, что нужно, и таинственно намекнул на возможность больше не встречаться с данным конкретным представителем закона. Интересно, как?

Никогда не разбиралась в погонах и прочих знаках отличия, поэтому понятия не имела, кто меня допрашивал. Зато точно знала, ещё немного, и я задохнусь. Душно же! И домой хочется. Куда угодно хочется, лишь бы выйти из этого кабинета.

На вопросы оперуполномоченного уже не реагировала, банально клевала носом, вертела в руках завязки ветровки и откровенно косилась на дверь. Я нашлась, живая, здоровая, закрывайте дело, что ещё нужно? Какая разница, где и с кем была, это моя личная жизнь.

Разумеется, лгать про секту не стала: станут проверять, ложь всплывёт, а это уже не шутки. Вдруг считается оговором и дачей заведомо ложных показаний? Просто раз за разом повторяла, что ничего не помню, очнулась там-то и там-то, добрые люди подобрали. В качестве места внезапного пробуждения выбрала родной Петербург: опять-таки наверняка проверять начнут, а тут нашу странную парочку видели. Почему одежда не та? Переоделась. Не ходить же в костюме ведьмы! Кто такой Свен Гилах? Друг. Ой, кстати…

— А магическая деятельность сейчас лицензируется? — огорошила вопросом полицейского.

Тот замычал, почесал голову и кивнул.

— Не отвлекайтесь, девушка, и так целый день с вами вожусь, — раздражённо добавил он.

Так сами виноваты. Состава преступления нет, закрывайте дело. Никто меня не похищал, не грабил, не насиловал. Хотя… Сумочка-то моя в клубе осталась, а там кошелёк, плеер, проездной, студенческий. Пожалуй, всё же грабили. И клофелину подлили. Вот и правдоподобная версия амнезии, заодно оперу приятно: хоть что-то знакомое и милое сердцу.

— Я и не отвлекаюсь, я хочу, чтобы друг бизнес законный открыл. Какие там документы требуются, куда подавать? И я про клуб вспомнила. Я коктейли пила, после них-то ничего и не помню. Рядом ещё женщина сидела, мы разговорились, — описала архиведьму, надеясь, что она не стёрла память всем посетителям. Если виновница моих бед жила на Земле, то наверняка кому-то запомнилась.

Опер всё внимательно записал, буркнув:

— Давно бы так, а то сказками кормит!

Ладно, про колдовство потом в интернете посмотрю. Разумеется, нужно ИП создать, наверное, лицензию на услуги получить. По логике — в Министерстве здравоохранения. Это ведь медицинская деятельность? Или нет? Свен ведь порчу не наводит. Ладно, выясним в налоговой, когда комплект документов соберём. Но это уже после получения удостоверения личности, без него, по липовому, я его рабочим устроить могу. Только сначала к хирургу свожу, чтобы спину посмотрел. Если там плохо, будет листовки раздавать. Тут знание языка не нужно, а заставить взять бумажку Свен, думаю, сумеет.

Честно описала сумочку и её содержимое и с облегчением вырвалась из кабинета. Хорошо, паспорт в тот вечер не взяла, а то намучилась бы. Теперь можно спокойно позвонить в банк, разблокировать карту и получить стипендию. Надеюсь, мне её за октябрь начислили, а не забрали обратно по причине пропажи без вести. Я честно тот месяц отучилась. Это, конечно, на словах всё хорошо, а не деле ждать придётся долго, кучу справок собирать.

Завтра в институт ехать… Интересно, восстановят? Задолженностей нет, экзамены сдам. В деканате ведь в курсе, что я не гуляла, а числилась в списках пропавших без вести.

В коридоре скучал Свен. К сожалению, занять его было нечем, но вечером букварь купим и пару детских фильмов. Чем быстрее язык выучит и научится существовать в современном мире, тем легче. И ему, и мне.

— Очевидно, сейчас тебя мурыжить будут, — плюхнулась рядом и с тоской скользнула взглядом по советскому блёклому плакату.

Зелёные стены, мигающая лампочка, жёсткая скамейка… И даже книжки почитать нет. А уйти, оставив Свена одного, нельзя, он не выйдет. Тут ведь свои порядки, помнится, паспорт получала, и то просила дежурного выпустить.

— Я не знаю этого слова, — напомнил маг о разнице нашего лексического запаса и мстительно добавил: — Я тоже могу не обращать внимания на твоё знание галанийского. Поверь, ты его в совершенстве не выучила.

Объяснить значение слова «мурыжить» не успела: Свен скрылся в недрах кабинета.

Со скуки начала играть сама с собой в слова и чуть не пропустила момент, когда отворилась дверь, и маг с самодовольной усмешкой на лице плюхнулся рядом. Так быстро?!

— Твой мир располагает к жульничеству, — объяснил Свен и с досадой добавил: — Только от резерва почти ничего не осталось. Нужен источник, либо придётся сидеть без магии месяца два.

— А он?.. — испуганно покосилась на дверь.

— Живой. Я просто заставил его думать, что наши показания совпали. Другого выхода нет. Ты каждый раз говоришь разное, а мне не нужны неприятности. Магов тут нет, никто не заметит отблеск чар в зрачке.

— Определённо, цеховой маг — уважаемый человек, — с восхищением протянула я. Надо же повысить мужскую самооценку? Впрочем, Свен действительно молодец. — А я-то полагала, будто вы только мечом машете и нечисть кромсаете.

Свен фыркнул, глянул «на глупую женщину» со своей недосягаемой высоты и предложил выбираться из караулки — так он называл отделение полиции.

Нас выпустили, и, как обещала, повела Свена по магазинам. Тот пришёл в восторг от обилия и доступности книг, едва оттащила его от полок с подарочными изданиями. Зато теперь знаю, какой подарок дарить на день рождения. Узнать бы ещё, когда этот день рождения. Всё, чего смогла добиться, туманное — осенью.

— Ну откуда мне знать? — наконец, разозлившись, буркнул Свен. — Священник записал месяцем дождей, седьмым днём лунного цикла, но один Ио ведает, сколько я на тот момент прожил. Отец мог не сразу позвать, подождать, пока окрепну. Кому же хочется платить за запись мёртвого ребёнка?