Чтение онлайн

Элайза, подняв руки, стояла у противоположной стороны просторной, утопленной в полу ванны.

— Освободи меня! — предложила она. — Я хорошо заплачу. Он поднял на нее глаза.

— Я дам тебе столько, что ты сможешь купить вместо меня десяток рабынь!

— Но ни одна из них не будет Элайзой Невинс.

Она надменно вскинула все еще обвязанную цветастым полотенцем голову.

— Грамоту о порабощении смотреть будешь?

— Если можно, — ответила она.

— Подойди сюда, — распорядился он. — Руки не опускай.

Не опуская рук, она подошла к разложенному на полу манускрипту.

— Из тебя получится неплохая рабыня, — проговорил он. — Можешь опустить руки. Стань на колени — грамоту о порабощении женщина всегда читает стоя на коленях. — Рабыня! — это уже мне. — Сними с ее головы полотенце, дай ей вытереть руки.

— Да, хозяин.

Осторожно — как бы не наткнуться на запрятанную иголку или еще какое-нибудь хитроумное приспособление — сняла я полотенце с головы моей хозяйки. По ее плечам рассыпался каскад роскошных темных волос. Элайза отбросила их за спину.

— Да, — причмокнул мужчина. — Неплохая рабыня.

Элайза вытерла руки и с убитым видом сорвала с манускрипта ленту с печатью.

— Ты грамотная? — спросил мужчина.

— Да, — язвительно бросила она.

— Понимаешь, что это такое?

— Да. Приказ о порабощении.

— Кроме того, — продолжал он, — ты, разумеется, понимаешь, что по горианскому торговому закону — единственному закону, признаваемому всеми городами, — ты подлежишь порабощению согласно отдельному разрешению. Будь ты из Ара, я имел бы право, если удастся, сделать тебя своей рабыней, ведь у нас с тобой разные Домашние Камни. Но поскольку, называя себя леди Элайзой из Ара, из Шести Башен, на самом деле ты являешься Элайзой Невинс с планеты Земля, то подпадаешь под общее разрешение: на тебя может претендовать любой горианин.

У землянки нет Домашнего Камня. Ее можно схватить, сделать презренной рабыней. И никакой закон этому не препятствует.

— Ты принадлежишь первому, кому попалась в руки, — продолжал мужчина. — Приготовься. Сейчас, как рабыню, я посажу тебя на привязь.

Он вынул из-за пояса длинную веревку со скользящим кольцом и замком-защелкой.

— Подожди, — протягивая руки, сказала она.

— Да?

— Бойся связывать меня в этом городе! Я и в самом деле из Ара.

— Опиши Домашний Камень Ара, — потребовал он. Леди Элайза потерянно уронила голову.

Достигая совершеннолетия, юные граждане приносят клятву на верность городу и участвуют в ритуале, принимая из рук старших хлеб, соль и огонь. Во время этой церемонии каждый юноша, каждая девушка удостаиваются чести подержать в руках и поцеловать Домашний Камень города, после чего их венчают лавровыми венками и облачают в мантии, посвящая в граждане. Этого мгновения жителю Ара никогда не забыть. У землян Домашних Камней нет. На Горе гражданами становятся только по достижении определенного возраста, после прохождения испытаний. В большинстве горианских городов молодым требуется поручительство взрослых граждан, не связанных с ними кровным родством. Приходится им также предстать перед советом граждан, который определяет, достоин ли юный претендент чести приобщиться к Домашнему Камню города. Гражданство на Горе обретают не автоматически, просто потому, что довелось родиться в том или ином городе, а сознательно, после подачи прошения. Приобщение к Домашнему Камню — событие для горианина далеко не рядовое.

— Ты утверждаешь, что ты из Ара, — отчеканил мужчина, — а не можешь описать Домашний Камень. Тогда подробно расскажи, как проходит церемония посвящения в граждане или, скажем, как празднуется основание города.

— Не знаю, — пробормотала она.

— Отвести тебя в магистрат Ара, — осведомился он, — и доказать им, что твое гражданство поддельно?

— Нет! — не на шутку испугалась она. — Нет! Необоснованные притязания на чужой Домашний Камень — серьезное преступление для горианина. Элайза Невинс содрогнулась. За это сажают на кол на городской стене!

— Пощади, воин! — взмолилась она.

— Ты из Ара? — спросил он.

— Нет, — признала она. — Не из Ара.

— Читай дальше.

Держа манускрипт трясущимися руками, она стала читать дальше.

— Пол? — спросил он.

— Женский, — прочла она.

— Происхождение?

— Планета Земля.

— Имя?

— Элайза Невинс.

В грамоте о порабощении — ее имя! Документ дрожал в ее руках.

— Это твое имя? — спросил мужчина.

— Да, — взглянув на меня, потом снова на воина, выдавила она. — Мое.

— Ты Элайза Невинс?

— Да. Я Элайза Невинс.

— Приговор?

— Рабство, — прочла она и неверной рукой протянула ему манускрипт.

— Приготовься к связыванию.

Пряча грамоту в складки туники, он отвел глаза, и в этот момент, вскочив на ноги, Элайза бросилась к стене и схватила кинжал. У меня вырвался испуганный возглас. С кинжалом в руках Элайза заметалась по комнате. Мужчина не двинулся с места. Запахнул тунику, пряча документ, взглянул на нее.

А она, наверно, и не представляла, что ее укрощение уже началось.

— Прочь! — кричала Элайза. — У меня нож! Я убью тебя! Прочь с дороги!

— Ты закончила омовение, — заговорил он, — освежилась. Теперь умасти свое тело маслами и благовониями.

— Прочь!

— Кажется, ты не спешишь повиноваться, — заметил он. Судорожно оглядываясь, она наткнулась глазами на ведущую из комнаты открытую дверь.

— Бежать некуда, — предупредил он. — Наружная дверь закрыта на цепь.

Она бросилась вон из комнаты, к наружной двери. Мы — за ней. Оказавшись в покоях, где, восседая в своем величественном кресле, некогда она впервые допрашивала меня, свою рабыню, Элайза принялась тянуть и дергать продетую сквозь кольца цепь, которой была закреплена задвижка, неистово кромсала дверь ножом. Потом бешено обернулась, уставилась на нас — волосы растрепаны, дыхание срывается. Рванулась обратно в спальню, захлопнула дверь, торопливо задвинула засовы.

Воин поднялся с кресла, в котором расположился, войдя в комнату, подошел к двери. Два удара ногой — и, повиснув на одной петле, разбитая дверь распахнулась. Прижатые засовами расщепленные доски болтались на косяке. Он отшвырнул ногой остатки двери. Посреди комнаты, отчаянно размахивая кинжалом, стояла Элайза.