Чтение онлайн

– Какая великолепная работа, Учитель!

– Здесь действовал мастер, мальчик. И не один.

Чжан последовал за храмовником вдоль ряда матово отсвечивающих зеркал и блестящих слуховых трубок. В зазеркалье юноши и девушки дрались, забрасывали друг друга шариками, искали выходы из комнат-ловушек. А у каждого зеркала, у каждой слуховой трубки сидели послушники ордена и старательно конспектировали все происходящее в пещере.

– Учитель, а в чем смысл испытания?

Отец Гуннульв вздохнул:

– На мой взгляд, тебе это вообще не нужно. Твоим образованием занялись слишком поздно, из тебя никогда не получится хорошего душеведа.

– Но иерарх сказал…

– Знаю, – оборвал юношу храмовник, – поэтому мы и здесь. Испытание показывает, чего стоит и на что способен каждый курсант. А иногда даже, с кем он лучше всего будет взаимодействовать. Но правильно истолковать результаты – это искусство сродни твоей работе с Силой.

Чжан смутился:

– Я не это хотел узнать.

– Не знаю, что ты хотел узнать, но я объяснил, в чем смысл испытания, – ворчливо заметил храмовник. Потом взглянул на обманчиво покорную позу молодого храмовника и смягчился: – Ладно, ты ведь все равно не отстанешь. Существуют две основные стратегии, которые выбирает группа. Мы их называем «кит» и «килька».

– Кит и килька?

– Да, по пословице. «Лучше килька в сетях, чем кит в океане». Любители риска, то есть «киты», начинают охоту за другими группами. «Кильки» делают ставку на призовые баллы за отсутствие «убитых» в команде.

– А какая стратегия правильная?

– Та, которая приводит к победе. Нет единого рецепта, все зависит от курсантов. Больше всего очков можно получить, если быстро и скрытно добраться до выхода, не вступая в бой, и уже там устроить засаду. С учетом баллов, начисляемых за прохождение ловушек, так можно набрать больше тысячи очков на команду. Но только если получится избежать стычек и пройти ловушки, а это удается далеко не всем.

– А сколько всего баллов можно набрать?

– Максимально возможный результат – тысяча триста. Хотя в записях ордена есть сведения о группе, которая умудрилась набрать тысячу триста двадцать баллов. – Храмовник усмехнулся и покачал головой, словно этот факт его до сих пор изумлял. – Но смысл испытания и его ценность для нас не в зачетных таблицах.

– Я понимаю…

– Это ты думаешь, что понимаешь, Лю. Ума не приложу, зачем иерархам взбрело в голову учить соматика основам душеведения. Ты случайно не знаешь?

Чжан покачал головой и прикрыл глаза, отчего его лицо превратилось в невыразительную маску.

– Не знаю, Учитель. Прошу вас, продолжайте урок.

Храмовник потянул паузу, вглядываясь в лицо ученика, словно что-то выискивая в нем.

– Ты знаешь, – наконец сказал он. – И я, кажется, тоже догадываюсь.

Чжан не изменил позы и даже не поднял взгляд.

– Прошу, Учитель, продолжим урок.

– Продолжим. Интересен момент выбора лидера. Обычно на начало испытания в группе уже складывается определенная иерархия. Но мы бросаем им кость – намекаем, что командовать должен тот, у кого карта. Для психопрофиля важно, как поступит каждый член группы в такой ситуации. Бывает, что подростку с картой удается изменить уже сложившийся баланс сил. Если в группе сразу несколько человек претендуют на лидерство, то необходимо выяснить, смогут ли они забыть о своих амбициях ради общей цели и кто уступит.

– А если конфликта не будет?

– Для хорошего душеведа, мальчик, даже отсутствие ответа является ответом.

Юноша кивнул и остановился у зеркала, в котором отражалась запертая комната с тремя курсантами. Темноволосая бхатка сидела на полу, двое свандов – юноша и девушка о чем-то спорили.

– Ловушка. – Отец Гуннульв подошел и встал рядом. – Ловушка – это проверка на сообразительность, инициативность, умение работать в команде и многое другое. Мы учитываем все – время, затраченное на решение, количество ложных версий и их разновидности, активность курсантов. Вот в этой неполной группе, например, только двое работают над решением. Третья – балласт. Правильно я понимаю? – обратился он к послушнику, конспектирующему происходящее.

– Не совсем так, пресветленный, – поклонился послушник. – У нее травма ноги. Очень интересный случай. Нетипичный.

– И чем же он интересен?

– Вот эта беленькая. – Послушник ткнул пальцем в свандку. – Ее зовут Альдис. Она из той группы, за которой я должен был следить изначально. Нашла девчонку в коридоре и заставила вот этого парня идти с ними.

– То есть они все из разных групп? – удивился чжан.

– Так и есть. Нетипичный случай.

– Любопытно. Продолжай вести конспект, потом покажешь мне записи. – Отец Гуннульв застыл у зеркала, наблюдая за тем, как поднимается дверь выхода. – А они хорошо работают в паре, – одобрительно заметил он. – Альдис… да, помню ее. Скрытная тихоня… Мальчик – майнор Горнего Дома.

Дети покинули комнату, и послушник поспешно отпустил рычаг, приводящий в действие подъемный механизм двери. Часть стены снова поползла вниз. Пресветленный Гуннульв вместе с послушником и молодым храмовником перешли к следующему зеркалу, отражавшему коридор за комнатой-ловушкой. Маленькая группа как раз проходила мимо зеркала. Впереди шла Альдис с картой. За ней ковыляла бхатка, опираясь на мальчика.

– Ты в порядке? – донесся из слуховой трубки встревоженный голос бхатки.

– Все хорошо. Я беспокоюсь о том, чтобы мы успели добраться до выхода. Тебе надо помочь.

– Мило, – прокомментировал пресветленный Гуннульв. – Меня всегда очень трогают такие сцены, Лю.

– Хотя бы понятны мотивы мальчика, Учитель.

– Не делай поспешных выводов – первая заповедь душеведа.

Они проследовали дальше за тройкой курсантов. Отец Гуннульв рассеянно поглядывал в зеркала и рассуждал вслух:

– Первая ловушка одновременно проста и сложна. Чтобы пройти ее, нужно внимание и умение анализировать данные. Самое сложное – понять, где искать. Но вторая ловушка еще проще и еще сложнее. Она требует совершенно иного подхода, и многие на этом ломаются. Не каждому дано преодолеть инерцию мышления.

– А сколько всего «птенцов» доходит до выхода вовремя, Учитель?

– В разные годы от двадцати до тридцати человек. Как правило, именно из них вырастают лучшие пилоты академии.

Подростки вышли к комнате со второй ловушкой, и отец Гуннульв оживился.

– Давай помолчим, Лю. Следить за процессом поиска решения очень познавательно.

Чжан кивнул. Тишину прерывали только звук голосов из слуховой трубки и поскрипывание пера послушника, ведущего записи.

– Учитель?

– Да, Лю.