Чтение онлайн

Через несколько секунд этот свет стал красным, как раз перед тем, как громкие щелчки по краю двери дали сигнал о том, что печать снята.

Балидор не стал ждать.

Взявшись за наружный вентиль, он повернул его против часовой стрелки, открывая люк.

Через несколько мгновений он уже оказался внутри.

Он оставался у двери ещё несколько секунд, возможно, даже несколько минут.

Он стоял, готовясь к…

Ну. К тому, что последует дальше.

Через несколько секунд Балидор поднял глаза и увидел, как индикатор над дверью сменил цвет с багрово-красного на сине-зелёный, сообщая ему, что Барьерная печать в резервуаре снова активирована. Эта же печать не позволяла Тени и его людям приблизиться к свету или разуму Касс, пока она заперта здесь.

Это единственное, что давало Балидору призрачную надежду на то, чтобы добраться до неё без риска, что Тень убьёт её в тот же момент, когда Балидор начнёт добиваться прогресса.

Но он до сих пор тянул время.

Даже теперь, убедившись, что больше не может позволить себе этого, он откровенно тянул время. У него не было времени.

У Касс не было времени.

Отпустив это всё и отойдя от люка, Балидор пересёк зеленоватый пол камеры. На этот раз он не остановился на краю чёрного круга, нарисованного на зелёном металле.

Вместо этого он переступил через эту линию.

Подойдя прямо к ней, он не стал ждать её реакции.

Он даже не взглянул на неё, пока не очутился рядом.

Ещё до того, как он что-то сделал, ещё до того, как он заговорил, или она заговорила, или он почувствовал её свет…

…уже казалось, что всё изменилось.

Глава 9

Нарушить кодекс

Внешне Балидор просто стоял.

Он стоял над ней, стиснув зубы, и ждал.

Затем, когда она ничего не сделала, лишь смотрела на него, сохраняя лицо пустым от, возможно, шока, насторожённости… возможно, даже от страха (вероятность этого вызвала у него внутреннюю усталость по многим причинам), он выдохнул, положив руки на бёдра, и принял расслабленную позу. Сделав это, он открыл свой свет.

Он по-прежнему ничего не говорил.

Он чувствовал себя дураком, но не двигался.

Он просто стоял и ждал, когда она заметит разницу в его aleimi.

Он знал, что с ошейником или нет, но она это почувствует.

Он по-прежнему неподвижно стоял там, когда вдруг почувствовал, что она заметила, а потом сразу увидел это на её лице. Удивление промелькнуло в её изящных чертах… удивление, которое поразило его, по крайней мере, в первые несколько секунд.

Конечно, по словам Джона, Балидор был дураком, раз хоть допускал такую вероятность.

Эта мысль заставила его сильнее сжать челюсти.

— Что для этого потребуется, Кассандра? — сказал он. — Ты собираешься мне сказать? Или я просто ночное развлечение вместо охранников, предлагающих тебе доступ к каналам?

Она моргнула, уставившись на него.

На её лице и глазах отразилось мимолётное удивление.

Балидор видел это удивление в её свете, искрящее цветами, которые он видел в ней всего несколько раз.

Затем она прислонилась спиной к стене.

Он наблюдал, как она делает усилие, чтобы натянуть этот более циничный плащ обратно на свой свет и выражение лица. Теперь он стоял так близко к ней, что чувствовал, как она это делает. Он чувствовал там осколки, разрывы в её свете, которые Тень эксплуатировал, использовал, чтобы сломать её, сделать зависимой от него.

Балидор видел чёрную, твёрдую структуру, которая стискивала её сердце.

Он видел, что это почти причиняет ей боль, как осколок шрапнели, застрявший в груди.

Он чувствовал, что она так привыкла к этой штуке, что едва замечала, даже когда это заставляло её вздрагивать и сжиматься, скрывать себя и свой свет от мира.

Скрывать свой свет от него.

Балидор всё ещё смотрел на неё сверху вниз, когда принял решение.

На этот раз по-настоящему.

Потянувшись к верхней части рубашки, он начал расстёгивать застёжки у горла, затем на груди. Он не отрывал глаз от её лица, но продолжал следить за выражением, по-прежнему держа свой свет более-менее открытым.

Может быть, это и не была полноценная просьба, но он видел, что Касс ответила на этот вопрос, хотя недоверие придало её лицу почти юное выражение.

Потом он почувствовал кое-что другое.

Боль пронзила её свет.

Это несомненно была сексуальная боль.

По Балидору ударило достаточно этой боли, чтобы он сбился, потеряв счёт пуговицам и отверстиям для них, и в его горле встал ком, пока он возился с рубашкой. Он почувствовал, как к лицу прилил жар, но не отвёл от неё взгляда.

Он вдруг осознал, что у неё давно не было секса.

Она не занималась сексом очень долго, если только он не ошибался относительно характера её отношений с охранниками, которые следили за этой камерой.

Он уже был твёрдым.

— Скажи мне «нет», — хрипло произнёс он.

Она покачала головой.

— Нет.

Балидор невольно улыбнулся и впервые отвёл взгляд. Уставившись на стену слева от себя, он снова принялся расстёгивать застёжки рубашки.

— Иди сюда, — позвала она мягко.

Он почти не колебался. Он опустился на колени перед ней, а Касс, тоже привстав на колени, потянулась к его рубашке.

— Значит, разговор с Джоном прошёл хорошо… — начала она шутливо.

— Нет, — отрезал он. — Не особенно. Не хорошо.

Всмотревшись в его лицо, Касс кивнула.

Балидор заставил себя выдохнуть, отводя взгляд, когда она потянулась к нему.

— Они будут злиться на тебя за это, — пробормотала Касс, раздевая его и вытаскивая полы рубашки из-за пояса. — …Злиться ещё сильнее.