Про город Кыштым
Шрифт:
Итак, власть, перешла в руки рабочих. Нужно было решить вопрос о судьбе заводов. Надо было, засучив рукава, приступать к социалистическому строительству.
С чего начать? Партийная организация решает созвать конференцию рабочих, служащих и технических работников Кыштымского горного округа. Одним из секретарей этой конференции являлся Борис Евгеньевич Швейкин. Это было в январе 1918 года. Делегаты от рабочей группы поставили вопрос о том, чтобы конференция высказала свое отношение к текущему моменту. Некоторые выступили с возражением против этого, отмечая, что цель конференции — обсуждение чисто экономических вопросов, а не обсуждение политических проблем. Но таких было меньшинство.
«Пролетариат Кыштымского округа, проводя декрет Совета Народных Комиссаров о национализации заводов и освобождаясь от гнета капитала, выражает всемерную поддержку всем борющимся за Советскую власть, как предвестницу всемирной социалистической революции», —
говорилось в резолюции конференции. Конференция выработала положение о деловых Советах и провела выборы на основе этого положения. Был избран центральный деловой Совет, который находился в Кыштыме, и местные деловые Советы. В первый состав Центрального делового Совета вошел большевик Андрей Гузынин. В то время и позднее он занимался налаживанием работы профессиональных Союзов.
Сохранился еще один протокол собрания исполкома Совета рабочих депутатов, датированный 15 марта 1918 года. На собрании председательствовал Б. Е. Швейкин, а секретарем был В. Л. Мокичев. Рассмотрению подлежало 9 вопросов, в основном регулирующих работу отделов Совета, определяющих их структуру. Кроме того, общественное имущество и помещения — Народный дом, кинематограф, биржа труда, имущество земства и т. д. передавались в ведение соответствующих отделов.
Процитируем два немаловажных пункта:
«Признано необходимым избрать председателем Исполнительного Комитета, таковым из трех намеченных кандидатов (Баланцова, Швейкина, Тимонина) большинством голосов тайным голосованием избирается Швейкин Б.»
И второй:
«С 18 сего марта снять военное положение в Кыштымском заводе. Военно-революционный комитет со всем при нем имуществом и денежными средствами реформировать в штаб Красной гвардии».
В то время, когда рабочие, крестьяне и солдаты приступили к строительству своего государства, контрреволюция накапливала черные силы. Буржуазия не хотела мириться с потерей своего господства. В стране зреют контрреволюционные заговоры. Один за другим вспыхивают кулацкие мятежи на Урале. Кыштымские красногвардейцы активно участвуют в их подавлении. Такие мятежи кулаки подняли в деревне Асаново, в селе Метлино, в Каслях. Нависла более суровая опасность — дутовщина. На борьбу с нею уехали добровольцы и из Кыштыма. Впоследствии они влились в отряд Блюхера. Кстати сказать, среди добровольцев было 24 человека, которых рекомендовал Союз Социалистической молодежи.
В конце мая в Кыштыме стало известно о выступлении белочехов. Было ясно, что белочехи, а вместе с ними и белогвардейцы, двинутся из Челябинска на Екатеринбург. Значит, путь их пройдет по железной дороге через Кыштым. Большевики приняли меры к организации отпора. 1 июня произошла реорганизация Военно-революционного комитета Кыштымского завода и переход к нему всей полноты власти в районе военных действий. На объединенном заседании Военно-революционного комитета и представителей штаба войск, действующих против белочехов, в частности, указывалось:
«Вступая в фазис боевых действий, Кыштымский военно-революционный комитет присваивает себе права районных Советов и подчиняет своему влиянию в военном и политическом отношении весь район военных действий, в который входят: Каслинская волость с примыкающими деревнями, Кыштым с Сак-Элгинским выселком, Карабашским заводом и поселком Селезни, Рождественская волость в целом, Верхний и Нижний Уфалейские заводы и волости: Полдневская, Воскресенская, Куяшская, Тюбукская, Карабальская, с примыкающими деревнями».
Были сформированы отряды Красной гвардии в Кыштыме, Карабаше, в селе Рождественском. К этому времени белочехи высадились в Аргаяше. Там кыштымцы и получили свое первое боевое крещение, а затем под Селезнями. Особенно проявила себя пулеметная команда под началом рабочего Михаила Мещерякова. Бок о бок с кыштымцами сражались уфалейцы, карабашцы, екатеринбуржцы, а также полк «Красных мадьяр». Но белочехи были лучше организованы и вооружены.
Началось отступление. Об этом оповестил верхних и нижних заводцев протяжный гудок. Он извещал о приближении опасности. Коммунисты собрались во дворе исполкома Совета, вооруженные кто чем. Собрались, чтобы покинуть родной город, чтобы продолжать борьбу в другом месте.
Белочехи двигались по железной дороге. Касли были в тридцати километрах от нее. Туда отправилась разведка красногвардейцев. Она напоролась на белых. Завязалась перестрелка, и наши разведчики вернулись к своим.
В боях под Аргаяшом и Селезнями хорошо проявил себя отряд кыштымцев, которым командовал Василий Крючков. И вот когда вернулись пешие разведчики, которые были обстреляны возле Каслей, Крючков попросил послать его с группой конных разведчиков. Разрешение было получено. Крючков подобрал наиболее надежных и смелых и поскакал в сторону Каслей.
Это один из многочисленных эпизодов той поры.
Был летний теплый день. Легкий ветерок шелестел листвой берез, шевелил колючие лапы сосен. Одна половина озера подернута мелкой рябью, а другая оставалась совершенно чистой, гладкой, будто остекленевшей. Крючков мерно покачивался в седле. За ним поспевали Казанцев и Мыларщиков, потом все остальные. Казанцев сорвал с ближайшей березки несколько шершавых листочков, размял их в руке и поднес к носу. Глубоко затянулся горьковатым запахом и сказал:
— Сейчас бы чебаков половить, костерок сварганить, ушицу…
— Лучку, — насмешливо вторил ему Мыларщиков. — А казак, а то чех только и ждет, чтоб ты ушицей увлекся! Быстро из носа красную юшку пустит.
— Ясное дело, — вздохнув, согласился Казанцев. — Под Аргаяшом да Селезнями наших полегло немало. Чего этим чехам надо? А буржуи за глотку норовят взять — по-человечески жить не дают. Да неужто мы для себя какую хочешь жизнь не сделаем?
— Не дают вот.