Чтение онлайн

Магия прорицания оторвала Фарона от земли. По-прежнему раскинув руки, он кружился в воздухе под ударами вьющихся вокруг него ветров. Глаза его были пустыми и серебристыми, обращенными ввысь, к небесам. Вокруг мага начал возникать нимб зеленой энергии, и Фарон испустил исполненный боли вопль. Стрелы зеленого огня вырвались из этого ореола и ударили в окрестные валуны. Каждый зеленый луч вонзился в скалы, словно шпага в мягкую плоть, раскалывая и дробя камни с оглушительным треском. Там, куда ударили зеленые лучи, на расколотых камнях появились черные узоры или руны, словно вытравленные кислотой. При взгляде на эти знаки у Халисстры разболелись глаза, а с неба из центра поляны Фарон начал бормотать что-то жутким голосом, который каким-то образом был слышен за ветром и громом.

— В пяти днях к западу есть небольшая река,— нараспев вещал мат.— Поверните на юг и идите вдоль быстрых темных вод вверх по течению еще день, до ворот крепости Минауф. Слуга Господина В Маске обитает там. Он поможет вам и предаст вас, хотя и то и другое произойдет не так, как вы ожидаете. Каждый из вас, кроме одного, совершит предательство, прежде чем ваши поиски завершатся.

Заклинание окончилось. Ветер улегся, зеленая энергия рассеялась, и Фарон шлепнулся с высоты на землю, будто упал с крыши. Маг неуклюже ударился о стылую землю и замер, ткнувшись лицом в холодную грязь. Когда громовые раскаты магической силы смолкли в заснеженном лесу, руны, вытравленные на скалах и валунах, тоже исчезли, осыпавшись крошечными горками черной пыли, рассеявшейся в мгновение ока.

Остальные спутники распрямились и обменялись мрачными взглядами.

— Понятно, почему он не спешил с этим заклинанием, — заметил Рилд.

Он шагнул вперед и ухватил Фарона за слабо шевельнувшуюся руку, перевернул его лицом кверху и проверил, нет ли на нем видимых ран. Фарон глянул на него снизу вверх и выдавил слабую усмешку.

— Похоже, новости и хорошие, и плохие, — сказал он. — По крайней мере, Тзирик, кажется, жив и здоров.

— Указания вполне ясные, — осторожно произнес Вейлас. — Думаю, я без особого труда сумею провести нас на запад.

— Что ты имел в виду в самом конце? — спросил Джеггред Фарона, не обращая внимания на Вейласа. — Насчет предательства?

Дреглот стиснул кулаки.

— О том, что каждый из нас предаст кого-нибудь? Ну, даже не берусь предположить,— ответил маг. Он закашлялся и сел, отмахнувшись от помощи Рилда. — Такова природа магии — предлагать таинственные пророчества вроде этого, пугать маленькими загадками, которые мало надежды разгадать, пока вдруг не станет ясно, что то, чего вы боялись, уже случилось. — Он невесело усмехнулся. — Если только одному из нас не суждено в ближайшем будущем совершить некоего ужасного предательства, то хотел бы я знать, кто же этот хитрец. Он может испортить нашу репутацию, если не будет прилежнее.

Халисстра рассматривала своих спутников, отмечая спокойные лица, задумчивые глаза. Данифай встретила ее взгляд с легкой улыбкой и чуть повела серыми глазами в сторону Квентл — так осторожно и едва заметно, что никто, кроме Халисстры, этого не увидел бы.

Несмотря на легкость, с которой маг отмахнулся от слов пророчества, ей было неприятно узнать, что каждый из ее спутников в будущем в какой-то момент, так или иначе, совершит некое предательство. Или, что более вероятно, каждый, кроме одного. Ибо, хотя Халисстра не собиралась никого предавать прямо сейчас, это вовсе не означало, что она не захочет воспользоваться представившейся возможностью позже. Она не удержала бы своей позиции Первой Дочери Дома Меларн, не выработайся у нее некий безошибочный инстинкт на эти вещи. Не погибни Чед Насад, и Халисстра не сомневалась, что в какой-то подходящий момент она принялась бы плести серьезную интригу против своей собственной матери, чтобы захватить власть в Доме. Много столетий назад Мать Меларн таким же образом и по тем же причинам сбросила с трона бабку Халисстры. Таковы были правила Паучьей Королевы, не более и не менее.

— Ладно, — сказал Фарон, с трудом поднимаясь на ноги и все еще дрожа. Маг, двигаясь с осторожностью, забрал у Рилда свой рюкзак.— Похоже, место назначения я определил. Так, где же у нас запад, господин Хьюн?

Вейлас кивнул на ближайшую опушку:

— Пара звериных троп ведет более или менее на закат солнца.

— Пошли! — приказала Квентл. — Чем раньше выйдем, тем скорее придем. У меня нет ни малейшего желания ни часом дольше торчать на этой обожженной светом земле. Господин Хьюн, займите свое обычное место нашего проводника. Господин Агрит, вы составите ему компанию. Халисстра, ты пойдешь последней и будешь приглядывать за тылом.

Халисстра нахмурилась и недовольно поежилась. Приказ задел ее, поскольку обычно подобное поручалось мужчинам. Во время их странствий в последние дни тыл, как правило, прикрывал Джеггред. От Халисстры не укрылось то, что при изменившемся порядке движения Джеггред оказывался рядом с Квентл, там, где дреглот мог бы защитить жрицу Бэнр от любого нападения. Еще она отметила, что Квентл обратилась и к Вейласу, и к Рилду как к «господам», а ее назвала просто по имени.

Разумеется, протестовать не имело смысла, поэтому жрица Меларн ждала, пока остальные члены отряда вслед за Вейласом скроются в лесу. Она сняла с плеча арбалет и убедилась, что оружие готово к бою. Позволив последнему из дроу отойти ярдов на пятьдесят, Халисстра последовала за ним.

Наземный лес оказался местом странным и тревожным. По мере того, как отряд удалялся от края поляны, густой подлесок исчез, остался лишь бесконечный зеленый зал с круглыми стволами, вздымающимися к лесной крыше над головой, подобно колоннам в зале темных эльфов где-нибудь в Нижних Землях. Тут и там валялись старые упавшие стволы, покрытые ярко-зеленым мхом. Некоторые были такими огромными, что отряду приходилось делать крюк в сотни футов, чтобы обогнуть их, неуклюже карабкаться через них или подлезать снизу. Снежная пыль сыпалась на землю, с веток капала ледяная вода. В отличие от безжизненной и заброшенной пустыни Анаврок, лес был полон не только громадных деревьев и зарослей ежевики, но и всяких мелких птиц и животных. После того как у Халисстры добрую дюжину раз едва не останавливалось сердце от их внезапного появления, она научилась различать некоторые птичьи крики и звуки, издаваемые животными, и относить их к разряду несущественных.

Сначала она боялась, что может с легкостью потерять из виду идущий впереди отряд, но, за исключением буйных зарослей по краям нечасто встречающихся полян, подлесок состоял из папоротников и других зеленых растений, высота которых редко бывала выше талии Халисстры. Когда на лес опустилась тьма, Халисстра стала видеть лучше и чувствовала себя все более и более уверенно.

Дроу шли всю ночь, остановившись незадолго до рассвета, чтобы устроить лагерь в старой разрушенной башне, растрескавшиеся белые камни которой поросли мхом. Хорошо отполированное и ажурное, сооружение отличалось удивительным изяществом форм, а косяк его давно исчезнувшей двери украшала затейливая резьба с изображением виноградных лоз — явно работа наземных эльфов. После того как Фарон проверил место на наличие все еще действующих заклинаний, которые могли бы представлять опасность для дроу, компания встала там лагерем, чтобы переждать до боли яркие дневные часы. Квентл приказала Джеггреду и Фарону караулить, а остальные наслаждались тенью и безопасностью, которые давали им частично сохранившиеся полы и изящные стены разрушенной башни.

На заходе солнца они поели, свернули лагерь и снова в том же порядке, как и прежде, двинулись в ночь. Точно так же провели они и следующие два дня и две ночи, отдыхая, когда светило солнце, и двигаясь по ночам. На третью ночь пути незадолго до рассвета Вейлас ухитрился даже подстрелить небольшое животное с копытцами, и Халисстра с удивлением обнаружила, что мясо его нежное и сочное, лучше даже, чем у молодого рофа.

Ближе к концу дня снова вернулись облака, темнее и плотнее прежнего, а когда день угас и темные эльфы готовились к четвертому переходу по земной Поверхности, начал падать мягкий снег, мокрый и тяжелый. Было неестественно тихо, как будто весь лес затаил дыхание перед их вторжением. Халисстра бдительно охраняла их маленький отрад с тыла, через каждую дюжину шагов оборачиваясь и разглядывая тропу позади, порой даже идя задом наперед по нескольку минут кряду, поглядывая через плечо лишь для того, чтобы не оступиться. Если Фарон не ошибся в своих прорицаниях, им предстояло добраться до реки к концу этой ночи, а может, на следующую, что означало, что до Дома Джэлр и до жреца-вараунита остался всего лишь день пути.