Чтение онлайн

— Точно, мой это скейт! На нем Реви из «Черной лагуны» еще, голая. Чистый секс! Лимитированная серия в сорок экземпляров, из Китая доставка три месяца шла. Я на Реви-тян с детства дрочу, скейт спецом выбирал, чтобы в России ни у кого такого не было. И вот прикиньте, у сынули главбуха вдруг точно такой же! — Толстяк торжествующе обвел глазами собравшихся и воздел ввысь указательный палец: — Совпадение? Не думаю! Главное — это ж полторы моих зарплаты, для этой гниды вообще не деньги, но прикарманил мой скейт, не побрезговал!

Некоторые из слушателей сообразили, что дело пахнет керосином, и стали отползать бочком. Другие — те, что с тюльпанами — продолжали жизнерадостно ржать. Виктор поморщился. От счастья люди несколько глупеют, есть такой эффект.

— Да это еще что! — вклинилась какая-то тетка. — А наша-то начальница отдела еду из общего холодоса тырит! Знаете, как я ее вычислила? Пургена в свой контейнер с борщом подсыпала! Борщ-то тю-тю, а наша мымра два совещания отменила в тот день!

В локоть Виктора вцепились холодные пальцы ивент-менеджера.

— Немедленно прекратите этот балаган! — зашипела она.

— Но это… это невозможно, — проблеял Виктор. — У вас же самой есть Дар, вы знаете — действие Дара нельзя отменить… Да они уже через полчаса сами выдохнутся.

Виктор заметил, что Настя смотрит на него с сочувствием и тревогой, и это сделало все еще хуже.

— Вас наняли, чтобы наши сотрудники чувствовали себя счастливыми, — процедила ивент-менеджер. — А не чтобы они говорили о нас гадости!

«Ваши сотрудники счастливы, только когда говорят о вас гадости», — подумал Виктор. Почему, черт возьми, это должно быть его проблемой, а не этой горелой шараги? А еще туда же, «Альфа плюс»… Но вслух Виктор ничего не сказал, только развел руками — гонорар ему платили постфактум.

— Немедленно выметайтесь отсюда! — отчеканила ивент-менеджер.

— Как скажете. Мы договаривались на…

— Вы сбрендили? Какая оплата за дурдом, который вы тут устроили? Наши сотрудники лояльны компании, это вы как-то вынудили их нести этот бред! Вам еще повезет, если мы не потребуем неустойку через суд! И уж точно оповестим бизнес-партнеров, что с вами связываться нельзя! Вы, как вас там, леди Секс — на сцену! Да плевать мне, что программа отработана! Бегом! Не то и вам не заплатим!

Настя подхватила саксофон, легко взбежала на сцену и озарила зал профессиональной широкой улыбкой. Виктор побрел в подсобку за своими вещами. Переодеваться не стал, так и вышел в костюме для выступлений на грязную улицу. Не факт, что у него вообще еще будут эти выступления…

Липкая слякоть покрывала асфальт. Разве проблема Виктора, что счастливые люди ведут себя не так, как угодно высокому начальству? Из ресторана доносилась чистая, легкая мелодия — Настя выступала сверхурочно, а ведь ей еще ехать в сауну «Релакс»…

Никого Виктор не сделает счастливым своим убогим, обгрызенным Даром. А что если все-таки… Хуже, похоже, уже не будет.

Виктор достал телефон, запустил Телеграф, зашел в раздел «заблокированные контакты», вытащил пользователя Nemo из списка забаненных и написал ему:

— Чего вы хотите от меня за возможность поучаствовать в вашей программе усиления Дара?

Nemo ответил мгновенно, словно только этого и ждал, а на бан совсем не обиделся:

— Я ничего от вас не хочу, Виктор. Хочу только дать вам возможность исполнить свою мечту.

Взрыв хохота из ресторана заглушил музыку. Виктор представил себе, как Настя устала, как болят у нее ноги и ноет спина…

— Мы можем приехать за вами прямо сейчас, — написал Nemo.

— Идет, — ответил Виктор быстро, чтобы не успеть передумать. — Что взять с собой?

— Ничего не нужно, Виктор. Нужны только вы.

— Что еще произошло за неделю? — спрашивает психотерапевт. — Были другие эпизоды проживания гнева?

Припоминаю:

— По мелочи разве что. Во вторник мент один зарвался… в смысле сотрудник полиции некорректно общался с моей сотрудницей. Им там многим не нравится, что Леха заключил с нами контракт на экспертные услуги, вот они и самовыражаются кто во что горазд. Этот майор в понедельник до слез довел женщину — она когда рассказывала, мне прибить его хотелось. Вот я на другой день с ней и выехал…

— Поведение этого человека вызвало у вас гнев?

— Поначалу вроде и нет, он при мне на рожон не лез. Я уже решил, что зря выехал… может, раньше я бы его как-то спровоцировал, чтобы с полным правом поставить на место. Но потом подумал, что мне не обязательно злиться, чтобы установить нормальные рабочие отношения. Просто отвел его в сторонку и популярно объяснил, что к моим сотрудникам надо обращаться на вы и по имени-отчеству, правила поведения на месте преступления корректно доносить в доступной форме, а в случае возникновения проблем обращаться напрямую ко мне. Вроде мы друг друга поняли. Он вообще ничего такой мужик оказался.

Психолог внимательно смотрит на меня через очки в тонкой оправе — давно подозреваю, что стекла в них обычные. Его лицо не выражает никакой оценки.

— Как вы сами полагаете, Александр, насколько вам удалось проконтролировать гнев в этот раз?

— Ну вроде… нормально удалось, да. Хотя есть еще над чем поработать. Если бы он прямо при мне Ксюхе нахамил, я бы… не знаю… морду полицейскому при исполнении вряд ли набил, но наорал бы точно. Хотя, может, и леща влепил бы.

Чем хорошо работать с психологом — можно не пытаться казаться лучше, чем ты есть. Да, ты оплачиваешь это общение по таксе, поэтому глупо врать за свои же деньги.

К специалисту по управлению гневом меня затащила Оля. Она и раньше пыталась, но я уходил в отказ. Не то чтобы я презирал психологов и тех, кто к ним обращается. Однако считал терапию бесполезным занятием, развлечением для тех, кому некуда девать время и деньги. Как-то так представлял это себе:

— Чего вы хотите, пациент?

— Доктор, я хочу найти себя.

— Так вот же вы!

— Точно! Спасибо, вы мне очень помогли.

А тут еще и специалист по гневу… Меня будут убеждать сделаться терпилой, вечно подставляющим вторую щеку — причем за мои же деньги? Как бы мне ни было дорого Олино хорошее отношение, на такое я подписываться не собирался.