Чтение онлайн

– Можно сыграть?

– Можно, только перемена уже кончилась.

– А мы сядем на последней парте.

– Ты же не пропускаешь уроки?

– Один раз можно.

– Хорошо, давай попробуем.

Она села, мы расставили фигурки, началась игра, она начала довольно не плохо, но на шестом ходе зевнула фигуру, я не стал бить, а позволил ей исправить ошибку.

– Эй, а мне ты так не позволял делать!

– Он играет с девочкой, - заметила Юля.

Мы сделали ещё несколько ходов, я ещё пару раз простил ей фигуры, даже не простил, а просто сказал, что если она сходит так, то тогда я так, и это кончится гибелью коня. В итоге всё кончилось тем, что одну лёгкую фигуру зевнул уже я, она обрадовалась. Я не стал ей говорить, но отметил про себя, что играет она гораздо лучше Павла, и, наверное, даже, гораздо лучше, чем кто-либо в классе кроме меня. Возможно, если бы я мог воспользоваться силой нанитов, я бы легко её победил. Но сейчас я играл как обычный шахматист человек, а значит, я не мог просчитать игру на сто ходов вперёд, и играл не очень хорошо. Мы играли ещё какое-то время, погибли почти все фигуры на доске, у неё остался ферзь и конь со слоном, последнюю её пешку я уже съел.

– Я выигрываю.

– Да, обязательно.

Я сделал ещё ход и поймал её ферзя, обменяв свою последнюю турку на её топовую фигуру, она убила мою, и у неё осталось две лёгких фигуры, конь и слон.

– Я выиграла.

– Нет, увы, тут ничья.

– Да у меня же две фигуры, а у тебя только король.

– Этими фигурами нельзя поставить мне мат никак. Мы можем бесконечно долго ходить, но ты не зажмёшь ими моего короля никак, так же как и я с не смогу уже поставить мат тебе.

– Так не честно.

– Честно. Ничья. Ещё партию?

– Нет, пожалуй, не стоит.

Она отсела на соседнюю парту, и мы стали писать то, что нам диктовал преподаватель по русскому языку. Урок окончился, в класс вошла наш завуч по Английскому языку.

– Всем привет, хочу сделать объявление, ребята, у нас в субботу будет дискотека, только для "А" классов всех возрастов, в актовом зале, все принесите по пятьдесят рублей.

Она вышла, Павел повернулся ко мне:

– Ну что Илья пойдёшь?

– Нет, не пойду, у меня дела.

– Да ладно, там же все наши будут, с девочками потанцуешь.

– Не хочу. У меня свои дела.

– Да какие дела? В компьютер поиграть?

– Хотя бы так.

– Илья, неужели тебя не привлекают девочки там, потанцевать с ними.

– Нет, я не пойду.

Юля слышала, что я не пойду на дискотеку, она посмотрела на меня, и ничего не сказала. Это была уже не первая дискотека, не первый праздник, который я пропустил, праздник, на который я просто не приду. Возможно, это не правильно, Сатана выпустил меня в реальную жизнь, чтобы я прожил обычную человеческую жизнь один раз, полную, насыщенную удовольствиями. А после этого, всего через семьдесят лет я умру от старости и попаду в рай, в котором проживу триллионы лет. И там будут все те же компьютеры и компьютерные игры, в которые я мог поиграть тут, но там не будет живой Юли и других моих живых друзей, которых у меня и так было мало. И, тем не менее, я не хотел, мне было неинтересно, я не воспринимал других ребят как равных тогда, они были маленькие и глупые, я был почти также одинок среди них, не так одинок как в виртуальном мире когда-то, но одинок. И от осознания своего одиночества мне постепенно становилось всё хуже и хуже. Здесь в реальности было лучше, чем в виртуальном аду, это определённо, но я всё более начинал чувствовать, что жизнь моя пуста. Мне не интересны девочки, и просто секс, которым они все так интересовались, потому что там, в виртуальном мире, я уже пережил всё это и не один раз. Я даже был женат на Ларе двадцать лет и вырастил четыре виртуальных ребёнка. Если мне и было что-то нужно, то настоящие чувства, уважение, понимание и общение, а не просто так посидеть со всеми и напиться как свинья. А с наркотиками, в том числе и алкоголем у меня был разговор особый, потому что я уже принимал их, самые сильные и страшные наркотики, и я знал, что это такое, я знал, что такое ломка, меня не интересовали наркотики, даже слабые, такие как алкоголь. Причин было масса, дело не в том, что они мне не нравились, сами ощущения, они всем нравятся они приятны, но я просто не хотел быть наркоманом, лежать целый день на кровати под действием гипер синтетика и чувствовать кайф, это не моё. Сатана обучил меня, он научил меня получать удовольствие не просто как животное, потакая инстинктам, он научил меня получать удовольствие от морали, от события, от знания. Потому что удовольствие от общения с умной, равной тебе красивой женщиной, не от секса, а именно от общения, оно намного выше и приятнее, чем удовольствие от осознания, что ты пьян в стельку как свинья. Поэтому я и не ходил на дискотеки, попойки и прочие такие мероприятия.

Я пришёл домой, остановился, вдруг что-то произошло, мир покрылся серой пеленой и я понял, что нахожусь в виртуальной реальности, это был обычный переход, загрузка. Хотя я оставался в своей квартире. Дверь открылась, в неё вошёл Сатана, я понимал, что в реальности его не существует, а значит, всё, что происходит сейчас нереально. Но по нашему соглашению, он должен был связаться со мной всего один раз, чтобы выбрать, какой дар я подарю своей расе, когда я сочту нужным и только, а потом я увижу его после смерти.

– Что случилось?

– Возникла сложность, нюанс.

– Какой нюанс?

– Ты имеешь право на дар своей расе. И это твоё священное право, и я должен сделать так, чтобы ты мог выбрать этот дар, и передать его людям.

– Да.

– Но в случае твоей гибели, ты не сможешь передать людям никакой дар, и тогда твоё право, наше соглашение будет нарушено.

– И?

– Возник нюанс, вследствие которого, ты не сможешь передать от себя эквивалентный дар людям. Этот нюанс был непредсказуем, однако я решил вмешаться, чтобы выполнить свой долг перед тобой.

– Что за нюанс?

– Сюда к земле летит аппарат, это аппарат куда более примитивной цивилизации, чем я. И я засёк его, он будет здесь через два месяца. Мне известно, к какой цивилизации принадлежит этот аппарат и мне известна даже его конструкция, на его борту нет ни нанитов, ничего такого, что могло бы физически уничтожить землян. Однако, их стратегия уничтожения ранних цивилизаций, таких как ваша, мне известна, поскольку ранее, другие зонды наблюдали, как они уничтожают целые расы десятки раз.

– И что это за стратегия?

– На многих планетах имеются совершенные компьютерные сети, иногда они бывают открытыми как ваш интернет, иногда закрытыми.

– Да, я знаю.

– Они внедряют программу, искусственный интеллект в сети чуждых им цивилизаций. Тот длительное время развивается, строит армию роботов и наносит удар. Беря под свой контроль все промышленные возможности цивилизации, сохраняя планету и уничтожая местное, разумное население. Через два месяца аппарат достигнет земли, ещё через пару лет вы все погибнете, уничтоженные вашими же собственными роботами.

– Безрадостно.

– Так вот я подумал. Ближайший аванпост рунов находится в тысяче световых лет от вас, и едва ли они смогут нанести удар по вам быстро. Они исключительно хорошие программисты, очень хорошие, лучшие программисты в местном скоплении галактик. Но, тем не менее, их звездолёты не столь совершенны. Если ты отобьёшь их кибер атаку, ты подаришь человечеству ещё лет пятьдесят жизни.

– Ты хочешь позволить мне написать искусственный интеллект? Но это же колоссальная награда, достойны ли люди её?

– Ты напишешь не искусственный интеллект, а программу, которая предотвращает его появление, вирус, способный уничтожать любые искусственные интеллекты сложнее чем.

– Может быть, будет проще, если ты собьёшь их зонд?

– Нет, не проще.

– Почему?

– Потому что мы существуем тайно, а приближение зонда рунов может отслеживаться другой высшей цивилизацией, если я просто собью его на дальнем рубеже, а я могу это сделать, это будет замечено, и я выдам факт своего существования. Именно поэтому, мы не вмешиваемся, даже если, кто-то типа тебя, нас предаст и обманет, даже если произойдёт утечка высоких технологий, если они будут не слишком уж высокие, мы не ликвидируем всю цивилизацию, потому что кто-то другой равный нам, может наблюдать за происходящим. Мы ликвидируем лишь того, кто виноват в утечке, носителя нанитов.