Чтение онлайн

Летом, как и другие города Европы, Таллин значительно преображается. Он наполняется жизнью, становится наконец-то чуточку более улыбчивым. Его парки становятся уютными и привлекательными для студентов, школьников, семей, прогуливающихся под лучами деликатного, ни в каком случае не палящего североевропейского солнца. А Старый Город… Старый Город становится сказочным местом. Время там будто остановилось ещё столетия назад, застряв в Средневековье. Туристы со всего мира добираются сюда, чтобы вдохнуть собственными лёгкими этот волшебный старинный воздух, полный привлекательных запахов, доносящихся из ресторанов; почувствовать аромат жареного миндаля, который продают улыбчивые эстонки в костюмах того далёкого времени; или же ощутить на лице касание бриза, доносящегося с Балтийского моря. Таллин – хозяин гостеприимный. Но таков «датский город» летом, весной он ещё хмурый, сонливый и куда менее внимательный к своим жителям, изголодавшимся по солнцу после очередной долгой зимы.

Открываю дверь крохотного кабинета, где должен состояться урок эстонского. Пробегаюсь взглядом по партам, выбирая место. Спать не хочется, так что одному на последней парте в углу мне делать нечего. Могу провести этот урок весело, шутя и прикалываясь. Для этого мне нужно сесть с Антоном. Знаю, что, сидя рядом с ним, ни черта полезного, за исключением хорошего настроения, из этого урока не вынесу.

Вот он уже приглашает меня присесть с ним за одной партой, прекрасно понимая, что мы с ним образуем гремучую смесь. Ему это всегда в радость, он любит развлечения. Я же иногда предпочитаю избегать его компании, более из уважения к учителям, которым приходится нас постоянно одёргивать. Почему мы находим общий язык? Может, потому что мы оба достаточно начитанные и эрудированные. Не знаю. Это притом что у нас почти полностью противоположные взгляды на мораль.

– Послушай, Дим. У меня к тебе есть одно деловое предложение.

Я на него оглянулся и насторожил уши. Он продолжил:

– Я знаю, что у тебя положение нехорошее, в том числе и с деньгами, так что я подумал предложить тебе одну работёнку.

У меня раскрылись глаза от удивления. Вот оно! То, о чём я вчера Его попросил! Это не может быть совпадение! Да, Вселенная услышала мою просьбу! Я соглашусь, что бы это ни было.

– Да. Я действительно в дурацкой ситуации. Продолжай. Что за работёнка?

– Нужно слетать за границу на недельку. Со своей сумкой. Платят 2 000 евро. Нужно везти «коричневый» или «белый».

Для меня эти цвета тогда, по сути, ничего не значили. Наркотики существовали для меня в параллельной реальности.

– Знаешь, я заинтересован.

– Хорошо. Тогда я скажу, что ты согласен. Через недельку-другую с тобой выйдут на связь.

Затем он мне рассказал о других ребятах, его знакомых, которые уже слетали или полетят. Не знаю, был ли это психологический трюк, чтобы мне это дело не показалось таким рискованным, каковым оно являлось на самом деле. Мне лично было всё равно. Я был согласен, ибо был уверен, что это Провидение Божье. Хотя в закоулках моего разума витало сомнение: а не злая ли шутка дьявола – вся это история? Но я был уверен, что другого выхода у меня не было. И я пошёл на эту сделку.

После уроков я вышел во двор вместе с Гошей из класса младше. Ему было по дороге со мной до центра города, так что я решил поехать с ним. Перед тем как отправиться к автобусной остановке, мы зашли за один из панельных домов, которые находились перед школьным двором. Ему ещё было семнадцать, и, несмотря на то что он курит уже несколько лет, он до сих пор умудрялся сохранить это в тайне от родителей. Поэтому мы и спрятались, чтобы не дай бог его кто-то из педагогов не увидел с сигаретой в зубах. После разговора на уроке эстонского лёгкое беспокойство вертелось у меня в животе. Чтоб немного отвлечься, я составил Гоше компанию. Выпуская изо рта облачко табачного дыма, я, легонько стукнув пальцем, стряхнул пепел с белой сигареты марки «Кент». Пепел беззвучно упал на лёд, сковавший асфальт пешеходной дорожки. Он сказал: «через недельку-другую». Ну что ж, будем ждать…

И сегодня я проснулся от шума, доносившегося с дороги. Все эти семь дней промучился.

Я тогда был очень замкнутым, поэтому почти ни с кем не общался. От гостиницы далеко боялся уходить: город незнакомый и большой. 4 миллиона человек всё-таки. Население Таллина в 10 раз меньше. Как я проводил время? Обедать ходил в одно замечательное заведение за поворотом: кухня – отменная, место – стильное и уютное, хозяйка, которая выполняла также роль официантки, красивая женщина средних лет, отлично говорила по-русски. Лучше не придумаешь.

Несмотря на найденный мною ресторан, эти семь дней текли очень медленно.

С моим телефоном были какие-то неполадки: я не мог ни посылать сообщения и звонить, ни принимать звонки, лишь текстовые сообщения. Это доставило огромные, просто колоссальные неудобства и нервотрёпки.

Нервотрёпки… Деньги на отель и прочее мне постоянно высылали с опозданием, так что мне приходилось останавливаться в долг, меня даже таксист возил в банк в долг. К слову о таксистах, с ними мне пока что везло не на шутку. Да, мне приходилось ездить получать деньги в республиканский банк, несмотря на то что ближайший пункт «Вестерн Юнион» был прямо через дорогу. Мне так «повезло», что я приехал в Баку именно во время праздничной недели, когда многие конторы были закрыты.

Нервотрёпки… Уборщица должна была выбрасывать каждый день несколько килограммов окурков из гостиничной пепельницы. Да, я начал курить, в том числе и потому, что мне зачастую приходилось ждать часами звонка или, например, тех, кто должен был со мной встретиться. Вот вчера вечером прождал впустую несколько часов на улице: так никто и не объявился. Вечером покупал в магазинчике через дорогу пиво, чтобы хоть как-то помочь себе заснуть. Последнюю ночь я вообще не спал.

На следующий день встал рано, спустился вниз, вышел и опять, не уходя далеко, прогулялся в радиусе не больше километра от злосчастной гостиницы. Затем вернулся обратно в отель. За стойкой дежурил двадцатилетний сын хозяина, с которым мы два дня назад умудрились познакомиться поближе, хотя он не говорил по-русски и знал всего несколько слов по-английски. Он позволял иногда мне пользоваться компьютером, так как, когда у меня заканчивались деньги, я не мог себе позволить посещать интернет-кафе, удачнейшим образом расположившееся за углом. Я обычно на его «салам алейкум» отвечал русским «доброе утро», но сегодня решил ответить, как полагается, по-арабски. Затем он предложил мне чаю. Чай был хорош и пришёлся очень кстати.

Я, сын хозяина и тот самый добрый таксист, что уже два раза меня свозил до банка в долг, пили чай в прихожей на диване, разговаривая о культуре и наших народностях. Позавчера, например, я объявил сыну хозяина, что у меня есть друг-армянин, и только на следующий день вечером по новостям увидел, что азербайджанцы с армянами воюют. За те десять дней, что я провёл в Баку, я узнал довольно много об их культуре и истории.

Через MSN мне сообщили, что сегодня я должен ожидать гостей. Вечером ко мне в комнату постучали. Это был хозяин гостиницы. «Твой брат тебе звонит», – объявил он, протягивая мне свой мобильный. Это был Вадим.

– Собирай вещи и спускайся, они уже тебя ждут.

– Ясно.

– Всё в порядке там у тебя?

– Да. Я вообще не знаю, чего вы там разволновались. Всё спокойно, я устроился в гостинице, и у меня всё нормально.

– Хорошо. Тогда выходи из отеля. Я им дал твоё описание. Сказал: волосы длинные, одет во всё чёрное.

– Я понял.

– Всё, давай.

Я вернул азербайджанцу его «Нокиа» и принялся собирать вещи. Вот так на седьмой день моего пребывания в этой стране я должен был получить сумку и переехать в другой отель, чтобы там провести последние три дня моего «отпуска».