Шрифт:
Череп, отшлифованный ветрами, дождями, отливал прохладной голубизной. Вездесущие вьюны с нежно-розовыми колокольцами теперь заменяли волосы, оплетая продолговатую затылочную часть. Вместе с узкими глазницами, сквозь которые пробивались стрелы пырея, она выдавала инородность некогда живого гуманоида. Если лечь на живот и постараться взглянуть на череп снизу, то он вдруг сольется с зеленой дымкой травы, покрывающей все вокруг. Было что-то в этом непривычное, до ломоты в сердце таинственное.
— Как ты думаешь, он давно здесь лежит? — спросил первый голос.
— Думаю, давно, — ответил второй.
Тонкая мальчишеская рука осторожно коснулась неприятно-холодной гладкой поверхности…
— Не отнести ли его в лабораторию? — спросил первый голос.
— Пожалуй. Только как на это посмотрит мама?
— Попытаться все равно стоит.
Один из мальчиков перевернул череп ногой и, убедившись, что внутри никто не прячется, взял его в руки. Толстостенная черепушка казалась высеченной из мрамора.
— Тяжелый, — заметил он.
— Пойдем быстрее, а то нас будут искать. Мы и так далеко ушли.
Положив череп в сумку, мальчики отправились в обратный путь.
— Давай лучше спрячем его в гараже, — предложил первый мальчик. — Пусть это будет нашей тайной.
Второй любил тайны не меньше брата и потому охотно согласился.
На станции все были заняты своими делами. Их еще не искали, и потому братья беспрепятственно проскользнули в гараж и спрятали находку на самом дне железного ящика, под ворохом мазутной ветоши.
— Ну, теперь пойдем покажемся маме, — предложил старший брат. Старше-то он был всего на полчаса, но во всех приключениях был заводилой.
— Пойдем, — согласился младший.
В следующий раз они попали в гараж через неделю. В обеденный перерыв, когда механики ушли в столовую. Старший приподнял тяжелую крышку ящика и разгреб ветошь.
— А его здесь не найдут? — вдруг забеспокоился младший.
— Нет, — успокоил его брат. — Из этого ящика уже лет пять не выгребали тряпки. Бросают и бросают. Никто и не подумает здесь копаться.
Среди бурых мазутных тряпок череп выделялся неестественной чистотой, но уже не блестел. Старший протянул к нему руку и тут же отдернул, едва прикоснувшись к шероховатой упругой поверхности.
— Что? — вздрогнул младший.
— С ним что-то случилось, — прошептал в ответ старший, — он стал мягкий.
— Наверное, испортился, — предположил младший. — Давай перепрячем.
— Что вы там ищете? — послышался за спиной строгий голос.
Братья обернулись и уронили крышку. Грохот тяжелым эхом прокатился под высокими сводами гаража.
— Нам тряпочку, велосипед протереть, — не моргнув глазом соврал старший.
— Ну ладно, — подобрел главный механик, — возьмите. Старший вздохнул, выбрал тряпочку почище и, подмигнув брату, направился к выходу.
Тайна жгла нестерпимо. И чем дальше, тем сильнее. Мысль о находке вытесняла из мальчишеских голов все остальные и влекла их к железному ящику, еще раз взглянуть на диковинный череп. Но большой висячий замок охранял ворота гаража: все машины ушли за перевал. А братья целыми днями слонялись вокруг ангара, словно голодные мышата, выискивающие лазейку в кладовую, полную круп и гороха. В тщетных стараниях прошла еще неделя.
— Сегодня мы идем на штурм гаража, — заявил старший, укладывая в сумку моток толстой веревки.
— А зачем нам веревка? — не понял младший.
— Ты заметил, что в окне гаража не хватает одного стекла?
— Заметил. Только оно высоко.
— Вот именно, — назидательным тоном произнес старший. — Мы спустимся по веревке с крыши прямо в окно.
Они взобрались по пожарной лестнице на крышу, закрепили один конец веревки за вентиляционную трубу, и старший стал осторожно спускаться.
— Не бойся, — подбадривал он себя и брата, — это совсем не страшно. Только не смотри вниз.
Встав на железную планку рамы, мальчик просунул веревку внутрь гаража и благополучно спустился на пол. Младший, несмотря на страхи, управился с испытанием не менее доблестно. С замирающими сердцами приблизились они к заветному ящику. Едва приподняв крышку, старший содрогнулся всем телом, и было от чего: из ящика на него смотрели мутные серые глаза. Мальчик хотел бросить крышку, но рука словно одеревенела. Неимоверным усилием воли он все же заставил ее пошевелиться и открыл ящик окончательно. Среди мазутных лоскутков материи вместо черепа лежала живая голова с остроконечными ушами, маленьким ртом и серой кожей. Младший брат отпрыгнул и закричал. Точки зрачков переместились в его направлении. Маленький рот раскрылся, и братья услышали тихий голос:
— Подождите, не убегайте. Бункул хочет отблагодарить своих спасителей.
Братья переглянулись, и старший, запинаясь, спросил:
— Бункул — э-э-э-эт-то ты?
Маленькие серые глаза мигнули.
— Да, бункул это я. Но я не совсем еще бункул. Я — личинка.
— Личинка? — недоверчиво переспросил мальчик.
— Да.
— И ты вырос из черепа?
— Да. Благодаря вам я попал в питательную среду и теперь возрождаюсь. Еще немного и я смогу… — голова запнулась.
— Странно, — пожал плечами старший мальчик, — я никогда не слышал о таком.
— Ты и не мог слышать, — ответила голова, — я последний бункул. А способностью полной регенерации обладаем только мы, бункулы.
— Но я не знаю, кто такие бункулы. О них ни в одной книге не написано, — возразил мальчик. Он уже немного освоился.
— Люди до последнего дня не знали о нашем существовании.
— Так вы не люди? — насторожился мальчик.
— Мы высшие существа, — отозвалась голова, — прилетели на вашу планету очень давно. И вот теперь я попал в беду. Мне нужна помощь. Подойдите ближе и коснитесь моего лба.