Чтение онлайн

Зато в подмосковном городе Коломна, во время еже-пятилетней обязательной чистки сусловаренных чанов на местном пивоваренном заводе, в одном из чанов был обнаружен труп огромной крысы. Труп был вполне хорошо сохранившийся, несмотря на то, что в чан довольно часто заливали кипяток и другие агрессивные жидкости. Пивовары не стали очень уж сильно по этому поводу переживать, потому что мышей в пивные бутылки разливали довольно регулярно, а слишком принципиального отличия мыши от крысы ещё никто не обнаружил. Ну крыса и крыса, делов-то.

Поэтому не стали связывать этот факт с некоторыми происшествиями среди любителей местного жигулёвского пива, когда, например, простой фрезеровщик метал-лоремонта по пьяной лавочке повалил башенный кран или тихая домохозяйка забила мужа шумовкой до такой степени, что труп не удалось опознать.

Ещё был случай, когда пенсионер-садовод за ночь разобрал десять километров железнодорожного пути, чтобы построить забор вокруг своего участка.

Однако когда простой двоешник Серёжа, любитель допивания из кружек в пивном ларьке, сбил из рогатки самолёт ТУ-154, органы заволновались: в те времена этот самолёт ещё ни разу не падал — это потом он стал валиться каждую неделю, а тогда он был ещё вполне летучий.

А уж после того, как два автослесаря, опять же во время пьяной драки после совместного распития, вдребезги разбили памятник Владимиру Ильичу Ленину и смяли в лепёшку танк Т-34 на постаменте, органы забеспокоились уже не на шутку и стали принимать меры. Во-первых, они довольно быстро всё выяснили: про лаборанта, про крысу, про пиво и прочие факты. Во-вторых, был составлен список особенно больших любителей пива в городе Коломна.

После гибели спецподразделения при попытке ареста уже упоминавшейся домохозяйки органы сильно задумались. Затем недолго посовещались и выжгли весь подмосковный город Коломна напалмом.

Советский напалм славился тем, что горел он так себе, зато дыму от него было просто пиздец сколько — никто не выживал, абсолютно. Страшное это было, антигуманное оружие, его потом запретили.

Через четыре часа после применения напалма из чёрной стены дыма к окружившим город установкам град вышли двенадцать закопчённых человек. Двоешника Серёжи среди них не было — видимо, недостаточно он выпил пива.

Кроме него, все были на месте: и домохозяйка, и два автослесаря, и пенсионер, и фрезеровщик. Ещё среди них были сторож вневедомственной охраны и учитель рисования из восьмилетней школы. Остальные тоже где-то записаны в документах КГБ, но документы очень секретные, а так всех не упомнишь.

Сверхчеловеки из-за напалма были не очень активны, поэтому на выстрелы в упор отреагировали вяло: перевернули несколько установок град и в буквальном смысле оторвали голову какому-то не в меру энергичному майору. После этого они образовали цепь и побрели куда-то на юго-восток.

Военная разведка тщательно отслеживала их маршрут. На их пути было установлено несколько сотен мин, в пустыне Кзыл-Кум группа подверглась мощной бомбардировке. В результате группа без потерь вышла к советско-китайской границе в районе посёлка Кульджа и затерялась на территории Синдзянь-Уйгурского национального округа.

Далее, по сведениям внешней разведки, сверхчеловеки в конечном итоге оказались в дружественной Советскому Союзу народной республике Кампучия, где поступили на службу к тогдашним её руководителям товарищам Пол Поту и Йенг Сари, которые как раз затеяли установить в Кампучии всеобщее и безграничное счастье.

Однако когда число жертв превысило пять миллионов человек, товарищи Пол Пот и Йенг Сари забеспокоились и попытались как-то урезонить сверхчеловеков, напирая на буддистские принципы, но понимания не нашли. Тогда товарищи Пол Пот и Йенг Сари обратились за помощью к советскому правительству.

Попытки сбить сверхчеловеков при помощи наиновейшего лазера из космоса, а также накрыть их баллистической ракетой с ядерной боеголовкой закончились ничем. Правда, погибло ещё несколько миллионов местных жителей, но их к тому времени уже никто не считал.

Советские военные уже не знали, что бы ещё придумать, но, к счастью, всё разрешилось само собой: сверх-человеки стали пропадать. То есть, вот стоял сверхчеловек и вдруг рассыпался в пыль.

Видимо, что-то у них в организме поломалось из-за сверхчеловечности. Так и рассыпались все, кроме почему-то фрезеровщика Николая, который жив и по сей день.

Кампучийские матери пугают Николаем своих детей: мол, выйдет из леса страшный человек и сожрёт. И не врут при этом: действительно выйдет и действительно сожрёт — уже несколько тысяч сожрал. Чтобы задобрить Николая, местные жители отправляют ему не нужных в кампучийском хозяйстве девочек. Девочки в основном очень мелкие, но Николай ничего — берёт.

На исходе века он вдруг затосковал по родине, только не знал, где она, родина. Поплыл наобум, добрался до Индонезии — не понравилось: одни чучмеки, исповедуют ислам, православия не понимают.

Сходил в Гималаи, взобрался на самую высокую горку, огляделся: где там Россия? Не видать России, облака. Чиркнула по небу звёздочка — то упала в океан последняя русская станция Мир.

Вздохнул Николай и вернулся назад в Кампучию — всё-таки там привычно.

В научном городе Пущино-на-Оке некоторое время исследовали Вонючее Стекло, но вскоре забросили: сильно уж оно воняет, даже исследовать неприятно. Тут началась перестройка, и почти все учёные поразъехались кто куда, в основном в город Сан-Диего в Калифорнии.

В середине ельцинского правления вновь занялись было выведением сверхчеловеков: даже вывели двоих — Гусинского и Березовского, но таких сверхчеловеков забраковала приёмная комиссия, так что обоих прогнали на улицу, потому что кормить нечем. Позже, уже при президенте Путине, из-за них весь институт полтора года сидел без зарплаты.

Так что ничего хорошего пока со сверхчеловеками не вышло.

Нужно немедленно вернуть обратно праздник Седьмое Ноября. Чтобы не эта наёбка с зюгановым-анпиловым под балалайку, а чтобы правильная Демонстрация Трудящихся, чтобы портвейну выпить и пройти с азербайджанским флагом перед трибунами с хорошими уважаемыми людьми, где Безумный Человек всё время кричит про то, что слава нам, таким славным, и ура всем до единого: и крутильщикам, и вертелыцикам, и копателям, и всем нашим дорогим и любимым, они тоже заработали, и ещё раз нам ура и слава, и какие мы молодцы, что все сюда пришли, и ещё три раза ура.