Чтение онлайн

— Вас не должно удивлять, что я пришел с этим разговором именно к вам. У меня нет в Бакбуке людей более близких.

Оба его слушателя растроганно закивали головами, а аптекарша прошептала:

— Ах, дорогой доктор, мы ваши друзья, самые искренние и преданные друзья!

Попф продолжал:

— На этих днях я закончил свою работу. Хотели бы вы узнать, в чем сущность моего изобретения?

— О, доктор! — с милым укором воскликнула аптекарша. — Как вы могли в этом сомневаться?

— Можете быть уверены, — добавил аптекарь, — все, что вы расскажете, останется строго между нами.

— Наоборот, — сказал Попф, — я буду весьма признателен, если вы поделитесь тем, что от меня услышите, со всеми, кто захочет вас выслушать…

На другой день весь Бакбук был поднят на ноги удивительными сообщениями об изобретении доктора Стифена Попфа. Супруги Бамболи постарались на славу, да и кому бы на их месте не доставило наслаждения быть распространителем таких небывалых вестей.

С мельчайшими подробностями рассказывали они о том, как к ним вечером пришел доктор Попф, как он приступил к своему рассказу и как они сначала даже не могли поверить, что это правда, и как он их потом повел к себе и показал шкуры каких-то непонятных животных, а потом когда они хорошенько присмотрелись, то оказалось, что это шкуры гигантских крыс и морских свинок, которых доктор вырастил, а потом умертвил; и как он потом повел в хлев и показал там обыкновенную свинью, барана и быка, которые десять дней тому назад, когда он их купил, были еще сосунками; и как он потом распростился с супругами Бамболи и пошел в редакцию газеты, чтобы поместить в ней объявление, которое, честное слово, будет читаться как самый увлекательный фантастический роман.

Никогда еще аптека господина Бамболи не продавала за один день столько бутылок минеральной воды. Бакбукские граждане ходили в нее только для того, чтобы иметь предлог поговорить с аптекарем. А тот находил возможность ввернуть в разговоре, как бы между прочим, что доктор Попф попросил его проконсультировать с точки зрения делового человека текст объявления, которое завтра появится в газете.

— Конечно, — добавлял он при этом каждый раз, — я не мог отказать в этой маленькой любезности ученому, с которым мы дружим семьями.

Вдруг вспомнив о том, что доктор Попф тяжело болел, его коллеги-врачи один за другим удостоили его своим посещением, чтобы лично удостовериться, в хорошем ли он сейчас пребывает здоровье. Они благосклонно принимали приглашение ознакомиться с его лабораторией, его чудесными питомцами и посмотреть шкуры гигантских крыс и морских свинок. Они благодарили дорогого коллегу «за давно, увы, неиспытанное чувство научного удовлетворения, которое он им доставил», поздравляли с успехом и уходили, полные зависти к «этому развязному выскочке». А своим пациентам они весьма прозрачно намекали, что врач, любящий свое дело, никогда не позволит себе отвлечься хоть на миг от своей специальности и что, слава богу, они достаточно любят свою благородную специальность и имеют достаточно солидной практики, чтобы не отвлекаться от нее для каких бы то ни было посторонних работ. И ясно было каждому здравомыслящему человеку, что лечиться надо именно у таких врачей, как они.

Шум, поднявшийся в городе, постоянная сутолока, царившая в доме, — все это, к величайшей радости вдовы Гарго, несколько отвлекло доктора Попфа от мыслей о Беренике. Время от времени он забегал на минуту-другую к супругам Бамболи, чтобы перекинуться несколькими словами, выпить стаканчик минеральной воды и снова убежать по делам. И стоило ему только закрыть за собой дверь, как мадам Бамболи патетически разводила руками и говорила мужу:

— Морг! (Имя аптекаря было Морг) Морг, ты, верно, забыл, что у тебя жена и четверо детей!

А почтенный аптекарь в ответ виновато улыбался:

— Ты понимаешь, милочка, нужно выбрать подходящий момент, чтобы он не подумал, что мы все это делали для него из корыстных побуждений. Да ты не беспокойся, милочка, я уверен, что все будет отлично…

Конечно, дело было не столько в тактичности, сколько в нерешительности господина Бамболи. Но и мадам Бамболи не меньше ее супруга понимала, что неудачный и несвоевременно начатый разговор может погубить дело, и поэтому не очень терзала его, а ограничилась только тем, что время от времени напоминала ему о количестве его иждивенцев.

Когда вышла газета с объявлением доктора Попфа, толпы горожан хлынули осматривать животных, взращенных в столь короткий срок, и шкуры гигантов, вывешенные на наружной стене хлева. Весь город полон был разговоров об удивительном эликсире и его изобретателе. Обсуждали, кого выгодней привести к доктору седьмого сентября, в день начала массовых инъекций: поросенка, ягненка или теленка. Кое-кто считал целесообразным выждать, пока появятся результаты первых инъекций. Другие, те, кто победней, были серьезно озабочены, как бы приобрести себе сосунка подешевле и попородистей. Несколько мясоторговцев собирались пригнать Попфу целые стада телят и поросят. Словом, весь город был приведен в движение, все шло как по маслу, все обещало успех.

В седьмом часу вечера к доктору Попфу, обедавшему в обществе вдовы Гарго, постучался господин лет сорока четырех с синеватыми бритыми щеками и розовыми острыми ушами, растопыренными, как крылья бабочки. Он вежливо приподнял шляпу и отрекомендовался:

— Синдирак Цфардейа из акционерного общества «Тормоз». Прошу уделить мне четверть часа для делового разговора…

Контора акционерного общества «Тормоз» помещалась в одном из небоскребов делового квартала Города Больших Жаб, на пятьдесят третьем этаже. На дверях конторы висела медная дощечка:

А. О. «ТОРМОЗ»

Производство универсальных автомобильных тормозов системы

Франциско Боуро

Вся контора занимала восемь комнат с весьма скромной меблировкой: прихожая, кабинет директора-распорядителя с приемной, бюро информации, научно-исследовательское бюро, статистическое бюро, бухгалтерия, коммерческая группа — вот и все, что умещалось на этой небольшой площади. Заседания совета общества происходили обычно на квартире одного из директоров.

И все же мы берем на себя смелость утверждать, что после опустошительных ураганов, время от времени сметавших с лица земли целые округа и даже провинции, акционерное общество «Тормоз» было самым ужасным бедствием для всей Аржантейи. Не было ни одной компании в стране и за границей, которая могла бы сравниться по своему могуществу с акционерным обществом «Тормоз».

Еще у всех на памяти сенсация, вызванная в свое время уходом в отставку вице-министра финансов, который через несколько дней занял незаметный пост заведующего бюро информации незаметного акционерного общества «Тормоз». В интервью, данном представителям печати, бывший вице-министр объяснил свой переход на работу в А.О. «Тормоз» потребностью в спокойной, далекой от государственных масштабов деятельности.