Пари
Шрифт:
Инна опустошила бокал, и почувствовала, как сразу стало жарко. Она повторила импровизированный коктейль, и перед глазами все начало расплываться. Но сознание еще не вырубилось, она продолжала понимать все, что происходило вокруг.
Девушка направилась в сторону кухни и прошла мимо толпы, что-то бурно обсуждающей, периодически слышалось всеобщее гоготание.
– Я, такой, ее фоткаю, а эта овца и рада стараться, позы разные эротичные принимает, ноги раздвигает, фоткай – не хочу! – похвалялся какой-то парень своими похождениями.
– Покажи! – попросил другой.
– На, смотри! – протянул ему хвастун свой смартфон. – Только смотри, не перевозбудись, телефон мне не испорти!
Снова послышалось конское ржание.
– Ого! – начал тот с любопытством листать картинки. – Четкое порно! И много у тебя таких моделей?
– Дур на свете хватает, почти каждая первая соглашается покрасоваться.
– У тебя уже, наверное, целая коллекция собралась?
– Да, хоть выставку устраивай!
Все окружающие с интересом рассматривали снимки, а Инна слушала весь этот диалог и вспомнила, как Димка тоже однажды предложил ей сделать несколько фотографий, где она была бы обнажена. После такого безудержного секса, которым они занимались, она, не колеблясь, согласилась, подумала, что было бы, и правда, прикольно пофоткаться в стиле ню.
Перед глазами всплыла унизительная картинка, как Димка командует процессом, придавая ее послушному телу различные позы, а она с готовностью все исполняет, только бы его порадовать.
«Какая же я была дура! Он, наверное, потом тоже хвастался своими победами перед дружками, показывал мои фотографии. Вот позорище! Как можно было быть такой идиоткой? Не видеть, что он просто использует меня? Кучу девчонок отымел, и все ему мало!» – ругала она себя.
Инна упрекала себя за прошлое, не могла простить досадных промахов, но и Вику тоже критиковала, считая ее наивной. Как можно верить в чистоту помыслов этих уродов? Да у них на лице одно и то же написано: хочу трахаться! Двадцатилетнюю девственницу сейчас днем с огнем не сыщешь, а она бережет себя для несуществующего принца на белом коне. Они все вымерли и лошади их сдохли давно!
Она почувствовала себя покинутой всеми, никому не нужной, последней дешевкой, которой все пренебрегли. И жизнь эта поганая надоела до тошноты, никакого просвета в ней нет. Такое ощущение, что и со временем ничего не изменится. Нет в жизни никакого счастья, выдумка все это, и любви тоже не существует, только инстинкты звериные. Парни появляются, занимаются с ней сексом, тупо получают свое и тут же бросают. Или вообще, как Глеб, динамят!
Девушка вышла на балкон, закрыла за собой дверь, и весь шум стал приглушенным. Оставшись наедине с собой, Инна почувствовала, что к глазам подбираются слезы. Как она мечтала сегодня оторваться и повеселиться вволю. Оттянулась, нечего сказать! Стоит тут одна и рыдает в одиночку! Потому что нет до нее никому никакого дела! Нафига она нужна такая жизнь никчемная?
Инна открыла окно, подставила стул к окну и высунулась наружу почти полностью. «А что, если сигануть отсюда вниз, никто и не заметит?! Плакать по мне некому! Да и родаки, наверняка, только вздохнут с облегчением, избавившись от такой обузы!» – промелькнуло у нее в голове.
Конец ознакомительного фрагмента.