Чтение онлайн

Нэрданэль: – Там всем пацанам по полтиннику, или есть сопляки моего возраста?

Махтан, весело: – Это я сопляк, а там все нормальные пацаны за шестьдесят! – Хлопает дверью.

Нэрданэль, рассматривая маникюр: – Надо тоже куда-нибудь пойти. – Продолжает листать форум.

Махтан выезжает на пустое ночное шоссе, почти сразу за ним пристраивается мотоцикл Манвэ. Несколько секунд они едут рядом, потом Манвэ резко сворачивает вправо, Махтан едет за ним.

Два байкера заезжают во двор заброшенного дома, оставляют мотоциклы и молча идут к подъезду.

У самого входа Манвэ поворачивается, страстно обнимает Махтана под курткой и целует в губы.

Махтан, хрипло: – Я скучал.

Манвэ: – Идём. – Ведёт его за собой в подъезд, пинками отбрасывая с дороги бутылки и строительный мусор.

Махтан останавливает его, прижимает к стене и легко приподнимает, подхватив под бёдра. Манвэ стонет, откидываясь назад, и обхватывает ладонями его голову.

Махтан целует его в шею и ехидно спрашивает: – Грязи нам с тобой, что ли, в организме не хватает? Всё по подворотням.

Манвэ разражается смехом и привлекает его к себе, шепча: – Нам не хватает любви. Грязной... очень грязной.

Двор Фингольфина.

Фингольфин и Фингон сидят на лавочке. Перед ними стоит новенький мотоцикл спортивной модели. Финарфин из седла смотрит на родичей огромными жалобными глазами.

Финарфин: – Я не могу.

Фингольфин: – Я видел, как ты на байке Махтана катался.

Финарфин краснеет.

Фингон: – Давай, это же круто!

Финарфин: – Но я же... мне не... у меня нет прав!

Фингольфин вынимает из кармана права с фотографией брата и машет ими.

Финарфин: – Они поддельные!

Фингольфин: – Ты ничего не говорил про настоящие права.

Финарфин: – Как тебе не стыдно!

Фингольфин: – У меня нет совести. И сердца.

Фингон, с упрёком: – Папа!

Фингольфин: – Ну ладно, положим, сердце какое-нибудь, наверное, есть. Но это не значит, что у меня есть совесть! Давай, Финарфин. Вперёд. Утри нос всем физрукам города.

Финарфин, робко: – Может, как-нибудь потом? Я ещё не научился водить машину...

Фингольфин: – Кэлегорм и то лучше отмазки придумывает.

Фингон, радостно: – Ну давай, попробуй, я хочу посмотреть, как ты будешь кататься! – Смотрит на Фингольфина: – Можно, я тоже буду на байке кататься, когда смогу получить права?

Фингольфин, подмигнув: – Я подумаю над этим.

Финарфин, решившись, заводит мотор и осторожно отъезжает.

Фингольфин, как ни в чём не бывало: – Как там Маэдрос?

Фингон, вздрогнув: – Хорошо. Мы с ним посидели на крыше.

Фингольфин несколько секунд постукивает тростью по носку своего ботинка, решаясь, и тихо говорит: – Знаешь, малыш, любовь – очень хорошее чувство.

Фингон, стараясь хранить безразличный вид: – Конечно.

Фингольфин: – Я имею в виду... какая бы она ни была, её стоит беречь.

Фингон, уклончиво: – Я тоже так думаю.

Фингольфин, улыбнувшись, смотрит на него в упор. Фингон густо краснеет.

Фингольфин: – Я знаю про вас с Маэдросом.

Фингон краснеет ещё сильнее и открывает рот, чтобы что-то сказать, но не может подобрать слов.

Фингольфин, быстро: – Я не против. Ну... чтобы ты знал.

Фингон, поражённо: – Папа!..

Фингольфин, ворчливо: – Что я, хуже Феанора, что ли.

Фингон обнимает его за шею и выпаливает: – Ты лучше... ты же мой папа...

Пустырь. Махтан и Манвэ сидят на поставленных на подпорки мотоциклах и курят.

Махтан, глядя на Манвэ: – И что ты во мне только нашёл?

Манвэ, стрельнув глазами: – А чего в тебе нет?

Махтан, расплываясь в широкой улыбке: – Мне интереснее, что есть. Для тебя.

Манвэ, с наслаждением потягиваясь: – Хочешь сказать, что годишься мне в отцы?

Махтан: – Если хорошенько постараться, ты мог бы быть моим внуком.

Манвэ: – С внуком – это ты загнул, я выгляжу моложе своих лет.

Махтан, изображая ужас: – Так тебе уже восемнадцать?!

Манвэ, хохоча, обнимает его за шею: – Двадцать шесть... год назад было. А ты думал?

Махтан: – Я бы тебе двадцать два дал. Или двадцать три. Максимум – с половиной.

Манвэ, кокетливо: – Я польщён. – Прижимается к нему: – М-м.

Махтан, поглаживая его по затылку и шее, смотрит ему в глаза.

Манвэ, тихо: – Я не знал родного отца. Я не знаю, зачем тебе это рассказываю. Наверное, чтобы ты думал, что я тяготею к мужчинам старше себя, потому что меня никто не драл в детстве.

Махтан: – Хочешь сказать, я бы тебя драл?

Манвэ, томно: – Я бы нарывался. Чтобы драл. Большим, широким ремнём. До красных полос.

Махтан, севшим голосом: – Прекрати.

Манвэ пересаживается на его мотоцикл, лицом к нему, и легко закидывает ноги ему на бёдра.

Махтан: – Кому скажи, не поверят.

Манвэ: – А ты никому не говори. – Расстёгивает его тяжёлый ремень с заклёпками и медленно тянет из петлиц, закусив губу и глядя Махтану в глаза. – Другим же знать необязательно. – Накидывает ремень ему на шею.

Махтан, проводя пальцем по его губам: – Я всё понял. На самом деле у тебя не было дедушки. Тебя никто не качал на коленях и не покупал тебе леденцы.

Манвэ: – Ничего-то от тебя не утаишь. – Прижимается к Махтану теснее. – Утоли мои латентные желания, дорогой дедушка Махтан. Отшлёпай меня за то, какой я плохой. И дай большую конфету за то, как хорошо у меня выходит быть плохим. Мне никто не дарил конфеты.