Чтение онлайн

Никто толком не понимает, почему они поглощают одни предметы, как это случилось со снарядами, и полностью игнорируют другие. Почему эктоплазме нужна биологическая пища — ещё один извечный вопрос. Наши академики предполагали, и не без оснований, что эти существа высасывают из других организмов жизненную силу — и подтверждением этому служили найденные впоследствии мумифицированные тела.

Пузыри умели уплотняться, хватать людей своими отростками, подтягивать к себе и забрасывать в радужную оболочку. На зверей эктоплазма тоже охотилась, но людей считала особым, изысканным деликатесом. А раз так, монстр однажды сталкивался с нами — высшими магами, умеющими надирать большие задницы.

Я валил Пузырей трижды.

И всякий раз отменно прокачивался.

Ладно, пора и честь знать.

Геомант перестал сотрясать окрестности своей магией, а я вернулся в тело и посмотрел на перепуганные лица спутников. Ашанти поддерживала связь с Перевозчиком, и я услышал его голос:

Рост, что это за дичь? Мы её не видим!

Я встал и направился к скобам, ведущим на верхнюю палубу.

Удивительно, что радары воспринимают тварь. Похоже, эктоплазма обладает кое-какой массой или плотностью… Или устройство на движение реагирует? Радиосигнал ведь должен от чего-то отражаться…

Вы и не можете видеть.

Почему?

К нам приближается сгусток эктоплазмы. Перестаньте расходовать снаряды. Всё равно не поможет.

А что поможет?

Я.

Перевозчик хотел ещё что-то узнать, но мне было не до пустых разговоров. Выбравшись через люк на палубу, я попросил его остановить обе наших Крепости и какое-то время меня не отвлекать. Не стрелять, вообще ничего не делать. И молиться своим Древним, чтобы я справился.

Связь с Ашанти прервалась.

«Гроза Степей» начала медленно сбрасывать скорость — гул моторов постепенно стихал.

Накинув простенький доспех, я сосредоточился на вязи, которую не применял очень давно. Сейчас мне потребуется не только былое мастерство, но и прорва энергии. Хорошо, что я нарастил восьмую оболочку!

Итак, выдвигаем астральные шипы.

Это очень интересное оружие. Пузырь — инфернальная тварь, живущая одновременно на нескольких планах реальности. И я, чисто в теории, могу нанести ей вред шипами, но очень незначительный. Это как слегка уколоть человека иголкой. Больно, но не критично.

А я хочу, чтобы было критично.

И для этого надо постараться.

Заклинания ложатся на пласты действительности, словно и не было многолетнего перерыва. Вязь окружает меня тремя призрачными кольцами, между ними вычерчиваются сложные узоры. Первое кольцо охватывает большой участок степи, вместе с Крепостями, оно нужно для подпитки меня энергией. Эдакая улучшенная версия непрерывной циркуляции. Второе кольцо выстраивает барьер между мной и тварью, частично замедляя её движение. Третье кольцо плавающее, оно сплетается вокруг монстра и удерживает его в центре, что бы ни случилось.

Я вижу, как между кольцами протягиваются тонкие серебристые нити, целая паутина. Вся эта структура начинает тянуть из меня энергию. И чем больше заклинаний укладывается в вязь, тем сильнее опустошаются каналы и напрягаются узлы. Но внешнее кольцо держит, напитывая меня эфиром.

В инфернальном приграничье, на стыке обычного и многомерного пространства, каждое произнесённое слово имеет последствия. Древняя речь визуализируется, звуки почти не отличишь от знаков. Поэтому я вижу, как символы слетают с моих губ и вмораживаются в схематичный небесный купол, за которым угадывается геометрическое сумасшествие многомерности.

Инфернальный слой — это часть Астрала.

Глубокая и для большинства магов недостижимая часть.

Не все знают, что Разломы связывают как альтернативные вселенные, так и Инферно с физическим планом. И Пузыри обитают именно в Инферно — там, где даже боги чувствуют себя неуютно. Разума у Пузыря нет, да и живым организмом его можно назвать с большой натяжкой. Эктоплазма по определению не может быть живой, но она поглощает энергию и существует. Так что вопрос о бытии Пузыря остаётся открытым.

Ну, философы пусть спорят.

А я отправлю эту хрень в небытие.

Чистое, как слеза крестьянки.

Пузырь начинает испытывать сопротивление среды — он приблизился к границе второго внутреннего круга. Я вижу, как формирующаяся печать деформируется, притормаживая тварь. Вязкое поле не пускает существо дальше, но цена вопроса — повышенный расход энергии.

Спешить нельзя.

Главное — не сбиться, не наделать ошибок.

Заклинания продолжают складываться в письмена и астральные каналы, но это ведь не всё. Шипы, которые я уже выдвинул, наливаются силой, увеличиваются в размере и тянутся вверх. Изгибаются, врастают в центральный круг, и потребление эфира вновь увеличивается.

Монстр начинает нервничать.

Протягивает свои отростки, чтобы достать меня. Фигня, что его и Крепость разделяют несколько сотен метров. Мелочь как в Инферно, так и в реальности.

Щупальца вязнут в магической патоке.

Я продолжаю накладывать заклинания, совершенствовать структуру и подпитывать всю эту историю эфиром. Узлы гудят от напряжения, вязь слишком сложна… для меня нынешнего. Но кто мы такие, чтобы роптать? Если тварь прорвётся за пределы второго круга печати, все погибнут. Включая меня.

Сколько прошло времени, не знаю.

Возможно, несколько часов.

Крепости остановились, двигатели работали на холостых оборотах.

Должно быть, я начитал около тридцати заклинаний, прежде чем Пузырю стало худо. Мои шипы выдвинулись из центрального кольца и вонзились в эктоплазму. Выглядело это так, словно полупрозрачные серебристые иглы срослись с побелевшей оболочкой, которая напоминала нечто среднее между ангаром и вспухшим до безобразных размеров грибом. Ни глаз, ни носа, ни рта монстр не имел. Но я знаю, что он меня воспринимает и хочет убить.