Чтение онлайн

— А ничего, что мы обсуждаем это в присутствии члена этого клана? — видимо, моя скромная персона не давала Валентину Петровичу покоя. И по взгляду заметно, что вообще ему не понравилась. Ну, это сугубо личные проблемы, я тоже от его вида в экстаз не впала.

— Ничего.

Несмотря на явное, хоть и не высказанное предложение продолжить мысль, Алексей на этом вопрос моего появления в кабинете закрыл.

Дальше пошло обсуждение стандартных схем мероприятия по пресечению незаконной деятельности и прочие менее интересные разговоры, от которых попыталась абстрагировалась и блеснуть в эпистолярном жанре.

Заявление вышло деловым, но проникновенным, когда читала, аж сама чуть не прослезилась, начальству должно понравиться. Потапыч, практически не отвлекаясь от продолжающегося обсуждения, лист стянул, пробежал глазами и одобрительно хмыкнул. Вот и ладненько, значит, сойдет.

Совещались они не так, чтобы прямо долго, но немного заскучать я все-таки успела. А заодно и набросала план действий. Но он был перечеркнут словами Воропаева:

— Значит, так и сделаем. — Кивок заместителю, удалившегося, так и не удостоив меня взглядом. — Аль, езжай на работу, так будет безопаснее, а я пока проведу некоторые подготовительные работы.

Уточнять, до чего договорились, не стала, по дороге выпытаю у начальства. И так уже злоупотребила служебным временем. То, что я с Алексеем сплю, наше личное дело, и ставить в известность его подчиненных не собиралась. Не из скромности, а потому что никого, кроме двоих, данный факт не касается. Поэтому и целоваться не полезла, ограничилась кивком и сдержанной улыбкой. Получила тот же набор в ответ, подумала — а не обидеться ли, и в очередной раз прокляла свою бабскую натуру.

— Ты как-то изменилась.

Потапыч всегда водил сам, хотя по штату и был положен шофер, поэтому разговор начал ещё в машине. Вот это правильно, вот это по-нашему, хотя и начал с прелюдии.

— Это у меня от великой радости.

— Оно и видно. Морда тоже от великой радости разбита?

Я почти схватилась за нос, проверяя, неужели не все ещё следы сошли, а потом поняла, что меня развели, как малолетку — никаких порочащих ссадин там уже нет, зато только что подтвердила, что личико мне недавно рихтовали.

— От счастья в обморок падала. Можно в двух словах — до чего договорились? Можно даже в пяти! — вспомнила свой собственный ответ, поэтому быстренько исправилась, а то подловит же.

— Можно даже в двух десятках. Егорыч сегодня-завтра оправится с визитом вежливости к твоей бабке. Так сказать, пробное знакомство с потенциальной родней. — На выпад я не отреагировала, поэтому чуть поскучневший начальник продолжил. — Заодно покажет заявление, спросит, не видали ли они чего подозрительного. Хорошо написала, кстати. Проникновенно.

— Самой понравилось. Бабка поохает, руками всплеснет, и скажет, что ни сном, ни духом. И дитятко своё клан защитит сам, только дурное оно, от радости такой бегает, — я представила этот разговор в красках и скривилась. — И чего он этим добьется?

Пока план озвученных мероприятий не внушал.

— Того, что недвусмысленно намекнет — ты под надзором, есть кому девичьи интересы отстаивать. Он хоть и не царь горы, но определенную силу имеет, и на прямой конфликт твои не попрут. Не совсем же они отмороженные.

На этот счет у меня было мнение, в корне отличное от мыслей Потапыча.

— Да положить они хотели на намеки. Им нужна я, и как можно скорее. Пока не знаю, зачем, — тут чуть покривила душой, — но почему-то прямо срочно.

— Так-таки и не знаешь? — он хитро покосился, рождая в душе неприятное ощущение, что меня сейчас читают, как раскрытую книгу. — Ну, не хочешь говорить, воля твоя. У вас, ведьм, секретов, как у дурака погремушек, только постарайся в ближайшее время не помереть, ладно? — Я уже хотела поблагодарить за участие и переживание, но Потапыч добавил. — У тебя ещё четыре дела не сданы, и отчет за полугодие скоро делать.

Вот спасибо, дорогое начальство, всегда знала, что вы меня любите. Иногда в просто-напросто неприличной позе.

— Родня у тебя, конечно… — кончики пальцев мягко пробежали по моему плечу, вызвав шквал мурашек. Но шевелиться было лень, поэтому только слегка поежилась.

— Оригинальная?

— Не то слово.

Правильно, то слово в присутствии дамы произносить не комильфо.

Было в этом что-то невыносимо притягательное — лежать, укрывшись одним одеялом, и просто касаться. Без умысла и цели, наслаждаясь моментом и ощущением сытой расслабленности.

В доме было непривычно тихо и сумрачно. Хотя ещё окончательно не стемнело, плотные шторы практически не пропускали свет, и полумрак замечательно дополнял атмосферу уюта и покоя. Пусть проблемы никуда и не думали пропадать, но взять несколько минут передышки жизненно необходимо Или не минут, а часов…

— Они такие, — почти на ощупь нашла шею Лешки и, подтянувшись повыше, улеглась на его плечо. — Что сказали?

— Ничего толкового.

Тут он замолчал, то ли задумавшись, то ли отвлекшись, а пальцы лениво начали скользить вдоль позвоночника. Приятно. Но придется отвлечься.

— Как по ощущениям — они ждали твоего приезда?

— Не думаю. Но и не особо удивились.

Это как раз понятно — ведьма, наславшая тот заговор, должна была видеть, кто помешал их планам. А спутать Алексея с кем-то другим, конечно, можно, но довольно сложно.

— Скажи, что бывает, если старшая в поколении погибает до того, как родит ребенка? — когтить спину он перестал, чем несколько расстроил. А вопрос и вовсе позитива и томности вечеру не добавил.

Я на пару секунд задумалась, пытаясь вспомнить что-нибудь по этому поводу, но пришлось признать своё бессилие: