Оникс
Шрифт:
Наша елка. На моих губах продолжала играть улыбка. Мне нравилось, как это звучало.
Он подтолкнул меня плечом.
— Ты знаешь, мне понравилось заниматься этим.
— Мне тоже.
Ресницы Дэймона опустились. Боже, я бы убила ради того, чтобы иметь такие ресницы.
— Уже поздно.
— Знаю. — Я помедлила в нерешительности. — Хочешь остаться?
Его бровь взлетела вверх. Мое предложение прозвучало явно двусмысленно.
— Я не это имела в виду.
— Я был бы только рад, если бы ты имела в виду именно это. — Его взгляд опустился. — Я только «за», Котенок.
Я закатила глаза, но в моей груди все неотвратимо сжалось в тугой узел. Почему я предложила ему остаться? Его подозрения относительно моей мотивации были не так уж и далеки от правды. Я прекрасно понимала, что он не был любителем пижамных вечеринок. В моей голове всплыло воспоминание о нашей единственной ночи, когда мы делили с ним одну постель. Залившись краской, я поднялась. Мне не хотелось, чтобы он уходил, и в то же время я не знала… не знала, что должна была делать.
— Я собираюсь переодеться, — произнесла я, поднявшись.
— Нужна помощь?
— Вау. Ты такой любезный, Дэймон.
Его улыбка стала шире, обнажив ямочки на щеках.
— Кэт, я думаю, этот опыт мог бы стать для нас обоих обоюдно приятным. Поверь мне.
Я даже не сомневалась.
— Останься, — приказала я и поспешила вверх по лестнице.
Быстро переодевшись в пижамные шорты и розовый топ, я взглянула в зеркало. Это было, конечно, не самое сексуальное одеяние, но, окончив процесс умывания и чистки зубов, я все-таки решила, что сделала оптимальный выбор. Что-нибудь другое могло подтолкнуть Дэймона к ненужным идеям. Черт, думаю, в нашем с ним случае, даже если бы я надела на себя бумажный мешок, его это все равно могло бы поощрить.
Выйдя из ванной, я застыла на месте. Дэймон не остался внизу. Моя улыбка померкла. Он стоял у окна, спиной ко мне.
— Мне стало скучно, Кэт.
— Меня не было и пяти минут.
— У меня случился приступ хандры. — Он оглянулся на меня, его глаза блестели. — Очаровательные шорты.
Я усмехнулась. Да уж. На моих шортах были нарисованы звезды.
— И зачем ты поднялся наверх?
— Ты сказала, что я могу остаться. — Он взглянул в мои глаза, после чего его взгляд переместился к кровати. Комната неожиданно показалась мне совсем маленькой, а кровать и того меньше. — Не думаю, что ты собиралась оставить меня на диване.
Сейчас я была не уверена, что именно собиралась делать, когда предлагала ему остаться. У меня вырвался вздох. И что мне делать?
Он прошел через комнату и остановился напротив меня.
— Я не собираюсь тебя кусать, Котенок.
— Это хорошо.
— Если только, конечно, ты сама об этом не попросишь, — добавил он с волчьей ухмылкой.
— Очень смешно, — пробормотала я, обходя его вокруг. Нам определенно требовалось расстояние. Хотя это тоже не слишком помогало. С грохочущим сердцем я наблюдала, как он сбрасывал кеды, затем стягивал футболку и потом потянулся к пуговицам на джинсах. Мои глаза расширились.
— Что… что ты делаешь?
— Готовлюсь ко сну.
— Но ты ведь раздеваешься!
Его бровь взлетела вверх.
— Но ведь не до конца. Что? Ты ожидала, что я буду спать в джинсах?
— В прошлый раз ты так и сделал. — Мне было просто необходимо чем-то себя остудить.
Дэймон рассмеялся.
— На самом деле на мне тогда были пижамные штаны.
Да, и футболка, но кто теперь об этом будет вспоминать? Я могла сказать, чтобы он немедленно уходил, но вместо этого я отвернулась, сделав вид, что поглощена книгами на столе.
Мороз пробирал меня до глубины души, когда я услышала, как прогнулась кровать под его весом. Нервно вдохнув, я обернулась. Он лежал в кровати, закинув руки за голову с совершенно невинной улыбкой на губах.
— Это была плохая идея, — прошептала я.
— Возможно, это была самая умная идея в твоей жизни.
Я потерла ладонями о шорты.
— Знаешь, чтобы по-настоящему затащить меня в постель, тебе потребуется гораздо больше, чем ужин и рождественская елка.
— Черт. Вот так провалился весь мой план.
Чувствуя безысходность, злость и… возбуждение, я не отрывала от него взгляда. Столько много эмоций просто не могли сосуществовать в одной и той же груди. Моя голова шла кругом, когда я направилась к постели. Боже, когда мы успели поменяться с ним местами? Забравшись под одеяло, я абсолютно точно не хотела знать, оставил ли он на себе джинсы или нет.
— Можешь выключить свет?
Комната сразу же погрузилась во мрак, а он при этом даже не пошевелился.
Прошло несколько молчаливых секунд.
— Удобная способность.
— Это точно.
Мои глаза сфокусировались на тусклом свете, пробивавшемся сквозь занавески.
— Возможно, когда-нибудь я смогу стать такой же ленивой, как ты, и буду выключать свет, даже не шелохнувшись.
— Тебе определенно есть к чему стремиться.
Я немного расслабилась и даже улыбнулась:
— Боже, ты такой скромный.
— Скромность для святых и неудачников. Я ни тот, ни другой.
— Вау, Дэймон. Просто, вау.
Он повернулся на бок, его дыхание касалось волос, лежавших на моей шее. Мое сердце подпрыгнуло к самому горлу.
— Поверить не могу, что ты меня до сих пор не выставила.
— Сама удивляюсь, — пробормотала я.
Дэймон придвинулся ближе и… о, да, он определенно избавился от джинсов. Его ноги задевали мои, и я чувствовала, как меня оглушало биение моего же собственного сердца.
— Я не ожидал, что ты расплачешься сегодня.
Перевернувшись на спину, я посмотрела на него снизу вверх. Он оперся на один локоть. Его глаза блестели из-под густой челки.
— Я знаю. Просто… все, что ты сделал для меня сегодня, это… удивительно, Дэймон.