Они уходят
Шрифт:
Он выглядит ошеломленным, но сейчас молчит, задумчиво рассматривая меня. Вот попытался что-то спросить, но я уже встал:
– Теперь перейдём к наглядным экспериментам! – жестом показал и натужно улыбнулся. – Прошу!
– Подожди! Ты меня часом не разыгрываешь?
– Пойдём, сейчас сам увидишь.
Андрей прошёл в комнату, с новым интересом посмотрел на сидящую с дежурной улыбкой предполагаемую волшебницу, но тут же отвёл глаза. Мне показалось, что в её улыбке при всей безмятежности проглядывает ирония.
Привычно показал ей, как кресло отрывается от пола и тут же возвращается на место.
Но вдруг Андрей плавно взлетел, повернулся на спину, судорожно дернул руки назад, гостевые тапочки разлетаются в стороны, а владелец уже делает сальто! Широко открытый рот и распахнутые глаза, но ноги уже касаются линолеума. Заваливается на бок, невидимые руки поддержали, покачнулся, но быстро совладал с телом.
Оказывается вставшие дыбом волосы не гипербола, а святая действительность! Как иголки у ёжика торчат во все стороны волосы аккуратной причёски! Красное, как после бани лицо, пот заливает глаза, он потянулся ко лбу, но нарочито медленно достал из кармана платок вытер пот и, молча, чуть покачиваясь, прошёл в ванную.
В комнату вернулся сосредоточенный и настороженный.
– Она тебя понимает?
– Предполагаю, что обоих нас! Тебе же рассказывал, она говорит, только без падежей и предлогов, понять трудно.
Впервые увидел её такой. Лицо превратилось в маску, неживое, как у куклы, только глаза смотрят давящим пугающим свинцом.
Продолжать опыты пропало всякое желание, и мы с Андреем удалились на кухню.
– Значит не розыгрыш…– он вздыхает и смотрит в сторону. – Ты говорил ещё с кофе и бутербродами метаморфозы всякие… ещё с водой…
Молчу. Андрей взглянул на меня и опять опустил взгляд. После продолжительной паузы спросил.
– А дальше что думаешь?
Поразительно, как просто он воспринял чудеса, а иначе как назвать то, что делает Таня. Конечно, бегать по кухне хлопать себя по ляжкам и при этом кричать «не может быть» – моветон, но такое хладнокровие меня поразило.
– Что молчишь?
– В смысле?
– Мужчина ты, конечно, романтического склада…– он усмехнулся. – В душе! Но дальше как ты с ней? Ещё один фокус с кем-нибудь и тобой заинтересуется полиция, если Рита на тебя уже участковому не настучала! Хоть баба она взбалмошная, но органы реагировать обязаны. Но если даже всё будет тихо и Рита решит самолюбие соблюсти, кто-нибудь где-нибудь обязательно пронюхает. Если думаешь, стукачей рядом нет, то очень ошибаешься!
Я хмыкнул:
– Мне кажется, ты сгущаешь краски. Можешь что-то конкретное предложить?
– Пока не предлагаю, а рисую дальнейшее развитие событий исходя из житейского опыта и реалий нашего времени!
– Ну и каков дальнейший сценарий? – усмехнулся одними губами.
– Да ты и сам знаешь, просто гонишь, прочь негатив, или не задумывался, не суть важно! – предостерегающе поднял палец, не давая мне возразить, продолжил. – Спецслужбы! Неважно как они будут называться, но то, что они появятся, к бабке не ходи! Далее, ни раз, опробованный Голливудский сценарий: золотая клетка! И будешь до конца жизни до унитаза с парой охранников ходить!
– Почему с парой? – улыбнулся, представив ситуацию.
– Первый тебя охранять, а второй – первого! – устало ухмыльнулся.
– С чего ты взял, что спецслужбы нас обязательно вычислят? У них сейчас и других хлопот хватает, те же террористы…
–Ты знаешь, что существует отдел, который занимается именно подобными делами?..
– Скорее существовал, – перебил. – В весёлые девяностые накрылся твой отдел медным тазом! Тогда даже на оборону деньги разворовывали, солдаты в армии голодали!
– На такую персону, обладающую явными способностями телекинеза, задатками экстрасенса…
– Почему задатками?
– Она ж только с тобой, таким образом, общается?
– Есть, должны быть люди способные понимать и принимать её язык, хотя так называть её способ передачи информации…
– Нам сейчас ещё только не хватает в филологические тонкости вдаваться!
– Положим, со спецслужбами убедил, хотя государство наше громоздко и неповоротливо и пока раскачается, пройдёт не один год. Если и существует твой пресловутый отдел, то в наше время сидят там два инвалида и мирно доживают до пенсии! Подожди, дай сказать! Вот какие-нибудь частные структуры…
– Имеешь в виду бандитов?
Я усмехнулся:
– У нас часто трудно понять…
– Пожалуй ты прав! Они мобильнее и денег на такое дело не пожалеют!
Замолчали. Вот о таком повороте как-то не задумывался.
– Может, зря мы головы ломаем… Можно ведь всё проще объяснить…
– Что ты имеешь ввиду?
– Галлюцинации! Проще глюки!
– По-твоему получается Татьяна гипнотизер?
– Её Таней зовут?
Улыбнулся:
– Да это я окрестил, надо к ней как-то обращаться!
– Робинзон ты наш! – ухмыльнулся. – По праву так сказать первооткрывателя! А что ж так просто Таня, мог бы как-нибудь Виолеттой или на худой конец Аэлитой!..
Я перебил:
– Об антропонимике поговорим в другой раз!
– Это ещё что за зверь!
– Наука об именах!
Андрей покачал головой:
– Иногда Ваши познания меня приводят в замешательство!
– А меня Ваше невежество!
Он хмыкнул:
– Один ноль!
– Ты начал о глюках!
– Всё очень просто, она гипнотизёр необычайной силы! Тогда получается, что ничего не происходило!
– То есть?
– Тебя она загипнотизировала первого, потом Риту, последним Вашего покорного слугу! – он покровительственно с победной улыбкой смотрит на меня. – Ведь даже соседи саму сцену полёта незабвенной Марго не наблюдали!
Подумал.
– Если принять твою гипотезу за рабочую, то всё, что мы видели, обычные галлюцинации?! Но какой целью? Брать с тебя и меня нечего, какими-то тайнами мы не занимаемся…
– Но! Но! Меня в свою упряжку не приплетай! Ты это небесное создание на рынке подобрал!