Чтение онлайн

Богиня мудрости. Афина Паллада. Самая опасная из Двенадцати. И сейчас она потерпела поражение. Вот только если Зевс мог считать, что дочь уйдет в тень, отступит… Инстинкты подсказывали Персефоне, что это ошибка.

Афина — паучиха, которая годами, нет, столетиями плела свою сеть. Это ее природа, ее стремление. Вот только, что волновало бывшую Аватара Деметры больше всего и что требовало немедленных действий… Старая паучиха выбрала Адриана новой закуской.

Или главным блюдом.

Один раз Персефона чуть не потеряла сына. Второго раза не будет. И Афина, и любой другой Олимпиец, решивший встать на ее сторону, очень сильно пожалеют!

Персефона даже на заметила, как стальной нож в ее руке жалобно скрипнул, и согнувшись пополам, упал на пол. А вот чего не заметили все остальные, это как повинуясь тихому щелчку и черной вспышке между пальцев богини, нож влетел ей обратно в ладонь. Абсолютно целый. Словно…

Словно его вернули назад во времени.

Примечание Автора

Я не совсем четко пояснил правила победы в прошлой книге, сейчас поправлю. Но для тех, кто не желает копаться в прошлых книгах, справка. В Олимпийских Играх выигрывает:

а) Финальный победитель итогового мачта. Ему основной почет, главное внимание богов и прочее. Плюс он повышает шанс, что в Императоры выберут именно твой Дом, как Дом победителя.

б) Сама команда победителя. Новый Император выбирался из трех представителей победившей команды, которые зашли дальше всего.

Адриан считал, что, не допустив Антея в финал, он убирал этот выбор вообще. То есть выбор оставался только между Домом Кэйт и своим Домом. Но так как из победивший команды Антей «технически» прошел дальше остальных — остальные просто отрубились раньше — он был тем самым третьим победителем (потому что был прошедшим как можно дальше участником победившей команды).

«Тук-тук», раздался в тишине холла стук костяшек по деревянной двери. Ответной реакции не последовало.

Хм. Может, она не слышала? Надо повторить.

— Диана? — мы договорились, чтобы я называл богиню Дианой, когда вокруг никого нет. И мне проще, и ей. — Ты там жива? Нам пора.

Ноль ответа.

— Захожу! — преувеличено бодро — и громко — предупредил я и, нажав на ручку, толкнул дверь. К моему удивлению, та оказалась не заперта и с легким скрипом отворилась внутрь комнаты, словно приглашая войти внутрь. Что ж…

Бац!

От удара ноги дверь распахивается в сторону. С улыбкой на губах я влетаю следом и распахиваю руки, словно готовый броситься в объятия. Мой громкий голос буквально звенит от нарочитой радости:

— Дорогая! Как же я по тебе соскуч…

Звон тетивы в воздухе, и я маятником ухожу в сторону. Вжуу-ух! Деревянная стрела со свистом пролетает мимо головы и с чавканьем вонзается в дверной каркас, уходя внутрь на добрых сантиметров десять.

— И тебе доброе утро, — хмыкнул я и легонько щелкнул по оперению, отчего завязшая в каркасе стрела закачалась еще сильнее. — Закрыть дверь?

Девушку я не видел, та прихорашивалась в личной ванной, но ее негромкое мычание звучало утвердительно.

Захлопнув за собой дверь, я осмотрелся по сторонам и тяжко вздохнул. Разбросанная по полу одежда, неприбранная постель, моя фотография на северной стене, с застрявшими в ней дротиками… Боже. Юная богиня явно привыкла к огромной свите дриад, готовой выполнить все ее хотелки. Ну или просто родилась в лесу…

— Ах да, так и есть, — пробормотал я себе под нос и принялся приводить комнату в порядок. В этом не было какой-то реальной необходимости, как-никак в резиденции Дома Лекс хватало слуг… Но это дань привычки.

Когда я попал к дяде Володе, — еще до работы в мафии — то бывший вояка мигом приучил меня — и весь свой выводок из пятнадцати оборванцев — к жесткой армейской дисциплине. Идеальный порядок, постоянные проверки и наказания вроде чистки туалета… Черт, да мы у него по струнке ходили! Так что видеть вокруг такой бардак… Настоящий удар по моей чуткой и ранимой душе.

— Ты что делаешь? — высунулась из ванной удивленная женская мордашка.

— А на что это похоже? Убираюсь.

Я поправил шелковую подушку, накрыл постель покрывалом и напоследок подвинул готовый свалиться ноутбук чуть дальше на тумбочку. Подумать только, совсем недавно Артемида практически не знала, что такое Интернет, а теперь… Я вгляделся в высветившееся на экране изображение.

Серьезно?

— «Грядущее лето?» С каких пор ты подсела на любовные драмы? Да и еще в школе?

Вж-у-ух!

Вторую стрелу я поймал, даже не оборачиваясь. Просто взмахнул ладонью и все. Этак я скоро от пуль смогу уворачиваться, с такой-то практикой. Даже богиня и то удивилась.

— Как ты это сделал?

— Не знаю, как тебе это сказать, солнышко, но ты становишься предсказуемой. И это на третий день брака?

Высунувшаяся из-за двери Артемида бросила на меня бешенный взгляд, после чего снова повернулась к зеркалу, крутясь то одним боком то другим.

Сегодня на богине красовалась строгая белая блузка и темно-синий пиджаком поверх плеч. Легкая юбка до колен и черные ботинки из лакированной кожи окончательно довершали образ приличной и скромной школьницы. Вот только… Черт, даже Лика так не одевается!

— Это что? — лаконично спросил я, обходя девушку со всех сторон.

— Форма.

Она подозрительно посмотрела на меня, словно ожидая реакции. В особенности ее взгляд задержался на моей одежде. Любимый белый костюм с малиновым галстуком и классические оксфорды с закрытой шнуровкой — вот в чем я обычно ходил в Академию.

Ну да, я привык одеваться формально. Вот только это не значит, что можно копировать мой стиль, о чем я сразу же и заявил. На что получил ожидаемый вопрос:

— А что? Тебе что-то не нравится?

— Что ты, дорогая. Ты выглядишь чудесно… — преувеличенно бордо улыбнулся я, заставив девушку сморщить носик от обращения. — Вот только Кэйт такое не носит.

Я щелкнул пальцами в воздухе.

— Так что раздевайся. И побыстрее, мы уже опаздываем. Ты чего застыла? Чоп-чоп!

Признаться честно, третья стрела чуть не продырявила мне пиджак. Слишком уж сложно было уворачиваться от снаряда и при этом не сгибаться от хохота, настолько уморительное у девушки в этот момент было лицо.