Обрыв
Шрифт:
Освободитесь от своего Страха, сбросьте со своих плеч, Сердца и Души, это Российское Холопо-Крепостническое Ярмо..., а также заодно, сбросьте с них, всяких глупых и бескрылых "стерхов...", мракобесов и бездуховных уродцев..., и Вы все почувствуете, дуновение чистого и свежего ветра Перемен в нашей России..., и непременно увидите восход Новой утренней Зари, - ЗАРИ нашей с Вами, такой долгожданной СВОБОДЫ...
– Свободы Божественного ДУХА Человека...!
= = =
Часть шестая.
"ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ...". ( СУД над Самим СОБОЙ...).
И вышел я на берег ласковый...
И в синем небе вдруг раздался гром...
И жизнь моя..., вновь стала сказкою...
Я, наконец, пришёл в родной и тёплый дом....
Максим.
= = =
ГЛАВА - 59.
"Желание ОДИНОЧЕСТВА. ПРАВИЛЬНЫЙ Максим СУДИТ НЕПРАВИЛЬНОГО Максима...".
"Моё второе "Я"..."
Максим.
Мне грустно стало от того,
Что в зеркале увидел...
Я отражение с в о ё...
Как будто кто обидел...
Я отвернулся, отошёл,
От глади зазеркаленной,
И понял..., всё ж Его нашёл!
Я в Жизни столь печальной...
Прошу тебя, Душа очнись,
Отбрось тоску жестокую,
В своё второе "Я" вглядись,
Дай руку одинокому...
По эту сторону стою...
И на тебя взираю,
Я больше песен не пою,
Как будто умираю...
Он отделился в зеркале,
Ко мне подходит вдруг...
И спрашивает -"Верно ли,
Что ты, надёжный друг...?
Глядел на тебя долго я,
Я рядом с тобой жил,
Ты часто покидал меня,
Н а д о л г о уходил...
И делал всё, что ты хотел,
Со мною не считался...
А в жизни есть всему предел,
Вот ты один..., остался..."
Сидел и слушал я его...
Всё говорил он верно...
О нём не знал я ничего,
И вёл себя примерно...
А он стращал меня, ругал,
Учил, как жить мне дальше,
Сказал, что всё я потерял...
Что мол я весь из фальши...
Мне надоело я сказал...
–
"Ну, что ты разошёлся?!
Как мог по жизни, так шагал,
А ты зачем припёрся...?
Учить, как ты все "доки...",
Где раньше был ты парень?
Сейчас все вышли сроки...
Давай друзьями станем...!"
Он всё простил, и мы обнялись,
Меня позвал Он в чудный край...,
И не раздумывая, мы умчались,
В небесный, зазеркальный Рай.
= = =
Новый год, а это для него, уже стало почти что привычкой, Максим встречал один. К себе он никого не приглашал. А от всех предложений сделанных ему со стороны своих знакомых и немногочисленных друзей, в том числе и от приглашения Гуцмана Петра Яковлевича, Максим вежливо отказался. Он сослался на то, что якобы не совсем здоров, и поэтому не хотел бы портить настроение другим, своим кислым видом. Максим слукавил, он был абсолютно здоров.
Ему просто хотелось в эту Новогоднюю ночь, побыть одному....
Когда-то Гуцман сказал Максиму: -"Послушай дружище, я заметил, что ты не только не боишься Одиночества, а даже наоборот, ты к нему искренне тянешься, предпочитая его общению со многими людьми...". И в этот момент Максим вспомнил прочитанное где-то им высказывание: -"Одиночество, это Удел Сильных..., слабые всегда жмутся к толпе...". Да, Максим действительно часто бывал Одинок, но он от этого..., не страдал.
Дома, Максим, как мог, нарядил новогоднюю ёлку, которую он, три дня назад купил на одном из городских рынков. Ёлка была небольшая, метра полтора, но достаточно пушистая и от неё в квартире пахло тайгой. На тонкой медной проволочке, он на еловые лапы, подвесил с дюжину разных игрушек, так же заблаговременно купленных в магазине, разбросал по иголкам, чем-то напоминающие снег, маленькие кусочки ваты, а на макушку водрузил длинную стеклянную сосульку, с красной, пятиконечной звездой. Новогодняя, зелёная красавица к встрече праздника была готова. Готов был и Максим....
Он немного отошел от елки, придирчиво оглядел её со всех сторон, и остался, вполне доволен, и новогодней красавицей, и своей работой. Часы показывали время, двадцать три часа, тридцать минут ночи.
Максим открыл холодильник, достал бутылку шампанского и бутылку армянского коньяка, который он совершенно случайно купил года три тому назад, уже нарезанную им красную рыбу кету, копчёную колбаску, лимон и красную икру. Всё это отнёс в комнату и поставил на стол, который стоял рядом с ёлкой.
Затем немного постоял, подумал, вернулся к холодильнику и достал из него пол-литровую банку с маринованными белыми грибами и такую же банку с солёными груздями. Разложил по тарелкам..., и всё это тоже расставил на столе. Внимательно оглядел стол.... Потом, вдруг, как будто что-то вспомнив, начал всю закуску и бутылки, быстро перекладывать на рядом стоящий журнальный столик. Затем достал из шкафа новую, белую простынь..., и как скатертью накрыл ею стол. С закуской всё повторил в обратном порядке. Опять оглядел стол. Он теперь выглядел совершенно по-другому, по-праздничному.... Взгляд Максима остановился на бутылке с армянским коньяком. Он вспомнил, как покупал его и чуть улыбнулся....
Как-то раз, зайдя в продовольственный магазин, Максим увидел, что на витрине стоит коньяк. Целый ряд армянского коньяка - три звёздочки. Максим заметил, что коньяк никто не покупает, а покупают водку и вина. Коньяк стоил чуть дороже, чем всё то, что покупали местные мужики....
Максим к этому времени уже почти совсем забыл запах и вкус, этого прекрасного, горячительного напитка.
– У Вас ещё много этого коньяка...?
– поинтересовался Максим у продавца.
– Да вообще-то хватает, много ещё...
– ответила девушка - Нам такой коньяк, за всё время, что я здесь работаю, завезли первый раз. Его почти никто и не покупает.