Обольститель
Шрифт:
Мистер Фокс присутствовал при исполнении оратории и был свидетелем странного поведения принца; он читал в газетах намеки на этот роман; до него долетали слухи, гулявшие по «Бруксу» и другим клубам; он слушал внимательно.
Но он хотел познакомиться с ситуацией поближе и считал, что, заведя друга в доме Утраты, сможет быть полностью в курсе дела; тогда ему не придется полагаться на слухи.
Пустяк при всех его заботах? Не совсем. Принцу было суждено занять такое место среди вигов, какое его отец занимал среди тори. Мистер Фокс, будучи ярым сторонником вигов, не рассчитывавшим на поддержку короля или партии тори, хотел вернуть вигов к власти. Нельзя было и желать лучшего помощника в таком деле, чем принц Уэльский.
Молодой человек не мог занять своего места в Палате лордов до достижения полного совершеннолетия, что должно было произойти в 1783 году, то есть лишь через три года; но в день своего восемнадцатилетия он получит свободу и собственный дом. Его следует вовлечь в соответствующий круг до того, как он станет членом Палаты лордов. Три года — не очень большой срок; если мистер Фокс упустит эту возможность, ею воспользуются другие. Поэтому роман актрисы и принца был делом политическим.
— Мадам нет дома,— невозмутимо произнесла молодая женщина; никто бы не догадался о том, что присутствие знаменитого политического деятеля заставило ее сердце биться учащенно и пробудило в душе Армистед всевозможные надежды, поскольку она была убеждена в том, что мистеру Фоксу известно об отсутствии ее хозяйки, и именно поэтому он явился в такое время.
Мистер Фокс уже вошел в дом.
— Вероятно, я могу немного подождать?
— Я уверена, что мадам этого бы пожелала.
— И она, несомненно, пожелала бы, чтобы вы остались и побеседовали со мной.
— Быть вежливой с друзьями мадам — мой долг.
— Я уверен, вы всегда вежливы.
Миссис Армистед сделала реверанс и отвернулась, но он сказал:
— Вы обещали поболтать со мной.
— Не могу вообразить, сэр, чтобы человек вашего положения захотел поболтать со служанкой.
Он улыбнулся ей.
— А я считал вас женщиной... с воображением.
— Что вы хотите от меня, сэр?
— Прежде всего, вероятно, я хотел бы спросить вас, как может женщина с вашими способностями быть удовлетворенной местом служанки у актрисы.
— Я не говорила, что удовлетворена, сэр.
— О...
Он снова улыбнулся ей. Он обладал необычным обаянием. Она считала его самым интересным мужчиной, приходившим к ее хозяйке. Господин Чарльз Джеймс Фокс, умевший смутить короля, считавшийся самым блестящим политиком в парламенте, был соперником молодого мистера Питта, премьер-министра, лорда Норта. Он был не слишком привлекателен чисто внешне, поскольку в эту эпоху элегантности отличался неопрятностью. Сейчас она заметила жирные пятна на его камзоле; он был слишком полным, имел двойной подбородок и брюшко, не обременял себя бритьем. Она слышала, что он мог, не моргнув глазом, проиграть за ночь в «Бруксе» двадцать тысяч гиней. Но он был великим Чарльзом Джеймсом Фоксом, и его внимание взволновало женщину.
— Тогда, ручаюсь, при вашем нынешнем положении вы ищете лучшее.
— Разве не должен человек всегда искать чего-то лучшего?
— Вы столь же мудры, как и красивы.
Он приблизился к ней; хотя Армистед не отодвинулась, она дала понять выражением своего лица, что не ждет фамильярности с его стороны; на мгновение ее настроение испортилось —она испугалась, что он стремится к короткой физической близости с красивой служанкой, готовой обслужить мистера Фокса за полчаса и быть забытой. Но это не входило в планы миссис Армистед; как бы ни был знаменит мистер Фокс, ему не стоило питать ложные надежды. Он понял это и сказал:
— Присядем?
Она провела его в гостиную и с большим достоинством села поодаль от выбранного им кресла.
— Я вижу, вы слишком умны для того, чтобы мне имело смысл скрывать цель моего визита.
Она наклонила голову.
— Миссис Робинсон, похоже, скоро станет любовницей принца Уэльского,— продолжил Фокс.— Я уверен, вы понимаете значение этого.
— Понимаю.
— Принц молод и впечатлителен. Любовница может иметь большое влияние на романтически настроенного молодого человека. Важно, чтобы наследником трона руководили люди, способные принести ему благо.
— Такие, как мистер Чарльз Джеймс Фокс?
— Совершенно верно. Роман застыл на месте, да?
— Прошло уже много недель с того дня, когда Его Высочество увидел миссис Робинсон в «Зимней сказке», а они еще не встретились.
— Почему?
— Миссис Робинсон — весьма утонченная леди.
Миссис Армистед изъяснялась точно так, как это делала Утрата в самые романтические моменты.
— Она хочет стать любовницей принца, но не может признаться в этом даже себе. Она пишет ему длинные письма, говорит о его долге и призывает его принять во внимание свое положение.
— Если она будет продолжать в таком духе, скоро он обратит внимание на другую прелестницу.
— Да, сэр.
— Будет лучше, если это дело придет к своему логическому завершению.
— Лучше для кого, сэр? Для принца, миссис Робинсон или мистера Фокса?
Он посмотрел на нее с восхищением.
— Для всех троих. И, возможно... для миссис Армистед.
— Каким образом это затрагивает последнюю особу, сэр?
— Ее продвижение зависит от этого. Она неторопливо кивнула.
— Миссис Армистед, я был бы рад назвать вас моим другом.
— Простая служанка не заслуживает дружбы великого государственного мужа.
— Не такая уж она и простая, если меня не обманывает интуиция. А ведь именно интуиция — главное качество для государственного мужа.
— Чего вы хотите?
— Убедите вашу госпожу осчастливить принца и информируйте меня о ходе их романа.
— Почему я должна служить вам, а не моей госпоже, которая платит мне?
Он сунул руку в карман, и Армистед тотчас отпрянула от Фокса.
— Я не прошу денег. Я бы не взяла их. Он кивнул.
— Тогда,— сказал Фокс,— я отвечу на ваш вопрос. Вам следует служить мне, потому что вы не намерены оставаться в вашем нынешнем положении до конца вашей жизни. Это у вас, моя дорогая, должна быть служанка. И я уверен, что если я не ошибся в вашем уме, когда-нибудь так оно и будет.
Она встала; глаза ее блестели, но она не утратила своей невозмутимости.
— Я знаю,— сказал он,— что могу положиться на вас.
— Служить господину Фоксу — большая честь.