Обновление
Шрифт:
До начала квеста осталось секунд: три, две, одна. Старт!».
Первое, что я вижу, это поднимающаяся квадратная железная емкость, которую вытягивают из ямы. Наверху скрипит ворот подъемного механизма. Что-то вроде колодезного. А я в яме, одетый в фуфайку с панамой на голове и с совковой лопатой в руках. Еще две штыковых стоят рядом. Глубоко тут. Метров семь или восемь.
И никакой информации от моего носителя! Не понятно кто он такой и что он тут делает. Какие-то обрывки несвязанных между собой мыслей. «Хочу есть». «Надо еще копать». «В туалет». «Скоро наверно Гена даст кушать». «Хочу есть». «Гена добрый. Есть дает».
Из всего этого единственное, что правильно понимаю и действительно хочу, это отлить.
И абсолютно понятен набор мыслей, если вспомнить название квеста. Я, конечно же, как только выберусь наверх, теорию перепроверю, но сегодня у меня роль больного на голову человека. Грешно смеяться над больными людьми!
И сдается мне, что всю эту «ямку» выкопал носитель собственноручно и в одиночку. Размер три на три метра. Грунт глиняный. Действительно больной человек.
Я попробовал копнуть в месте, где уже был начат очередной слой. Нет уж! Это дело не для моих рук! И нервов! Мне же за сутки кучу кристаллов нужно найти! Каждая минута в этой яме приближает срок, когда Игра напишет: «Начислен штраф…».
А для того, чтобы выбраться, я даже не знаю, что носитель должен был сделать. Или работать до какого-то определенного времени, или норма выборки грунта. Оба варианта меня не устраивают.
Бадья опускается за новой партией грунта, который еще не накопан. А я даже не знаю, носитель вообще умеет разговаривать? Если да, то какая манера разговора. Если я начну просить, чтобы меня подняли отсюда, используя несвойственную для него речь, это вызовет ряд вопросов.
«Хочу есть». «В туалет хочу». «Пить хочу».
О! «Пить» добавилось! Но в чем могу помочь, так это в отправлении естественных надобностей! На оживленной трассе никого не стеснялся, а в яме тем более не буду.
Опорожнившись в угол, жду, как наверху отреагируют на мое безделье.
Бадья опущена и на фоне неба появляется голова с лохматой шевелюрой. Лицо худощавое и сильно морщинистое.
— Что смотришь? Копай! До обеда еще три бадьи надо выбрать! — для того, чтобы до меня дошло, он показывает пальцы.
Чтобы я осилил такую норму! Да я и одну наполнять буду до звёзд на небе, хотя не знаю, сколько сейчас тут времени. Обратный отсчет уже запущен. Нужно что-то предпринимать, чтобы свалить отсюда!
— Мммммм!
— Не мычи, а копай! Геннадий приедет проверить работу, получишь и ты, и мы! Тогда ни жратвы, ни воды тебе точно не видать!
На увещевания худого отвечаю еще более протяжным мычанием. Потом хватаю руками за живот и падаю на бок. Мычу дальше, имитируя боль в животе.
— Эй! Васек! Ты чего? Работай давай!
Вот и имя «свое» узнал. Василий!
— Может придуривается?
Наверху двое. Понятное дело. Такой вес одному поднимать трудно.
— Ты когда-нибудь видел, чтобы Васька придуривался? Он прямой, как железный лом!
— Значит болит что-то.
— Лишь бы не подох! Деньги за работу вот-вот должны получить!
— Звонить боссу надо!
Вроде с ролью больного в первом акте выступления я справился. Что делать, когда начнется второй. И какой он будет? Сюда кто-то спустится, чтобы проверить состояние. Или наверх будут поднимать? Надо при любых вариантах наверх выбираться. А там, что и как делать, определюсь.
Надеюсь, что носитель тут не на правах бесправного раба. Хотя и такой вариант возможен. Не раз слышал, что людей на цепь сажают для выполнения тяжелой и грязной работы за порцию еды.
Продолжаю лежать, поджав ноги. Для правдоподобности иногда меняю мычание на скулеж. Больно же мне или как?!
Руководство появляется через полчаса. Драгоценные минуты уходят, а я кристаллов еще не видел!
— Эй! Васька! А ну-ка, вставай! Я кушать тебе дам!
Сознание Василия дернулось. «Гена хороший! Гена даст кушать. И пить даст. И бить не будет сильно».
Ого! «Не сильно», значит! Точно сразу вставать не буду. Роль надо играть красиво, чтобы в самом конце не испортить.
Поворачиваю лицо к местному боссу. Хрен знает, как должен реагировать Вася, но я изображаю смесь радости и боли. Мычу, скулю, показывая на живот и на рот. Пусть тоже голову поломают, чего мне больше хочется, есть или избавиться от боли в животе.
— Поднимайте его! Я к машине отойду.
Гена исчезает, а худой начинает меня подбадривать.
— Васька! Хватит ныть! Полезай в бадью! Мы тебя вытащим!
Немного еще поскулив, поднимаюсь на колени. Если бы у меня была специализация «актер», Игра бы поставила максимальный коэффициент!
Забираюсь в бадью. Пора думать, что буду делать, когда окажусь наверху. Их там минимум трое, и то, что я саботирую выполнение плана им точно не понравится. Могут выписать люлей и отправить обратно!
Поверхность уже совсем рядом. Опустив руку в рюкзак для трофеев, к большой радости обнаруживаю, что пистолет стражника Вуда пригоден к использованию в этом мире. Но торопиться не стоит! Пожалуй, несколько минут еще выделю на изучение обстановки в отведенной для меня локации.
Солнечный свет заставляет зажмуриться.
В этот момент, меня хватают за куртку и без церемоний вытаскивают из бадьи, уронив на землю.
— Клиент доставлен, Геннадий Андреевич! — орет худой.
«Хороший Гена», вместо обследования на предмет заболевания, хватает меня за ухо и проворачивает его, наклоняя меня к земле. Больно так, что если бы не облегчился в яме, то сейчас точно бы это сделал в штаны!
— Васенька! Скажи, почему ты не хочешь работать? А? Хватит мычать! Говори!
А как мне говорить, если у меня хорошие новости? Под ногами шефа, куда меня нагнули, Большой и Средний кристаллы! Пожалуй, достаточно я занимался дуракавалянием!