Чтение онлайн

– Вам понравился пирог, сэр? – поинтересовалась она, беря ягоду и погружая ее в горшочек.

– Очень.

Бэзил внимательно смотрел, как она подносит клубнику ко рту.

Его губы слегка раскрылись, Кассандра увидела кончики его нижних зубов. Желание пронзило ее насквозь. Она ощутила извращенное и сильное желание просто слизывать сливки с ягоды, показывая ему язык.

Но чем это могло закончиться? Еще более разрушительным желанием? Вопроса, желают ли они друг друга, никогда не возникало.

Бэзил пристально наблюдал за ней, наклонившись над столом, и внезапно их взгляды встретились. Прежде чем она смогла как-то отреагировать, она очутилась в том мире, в котором были только они одни.

Бэзил почувствовал то же самое. Кассандра задержала дыхание, поняв, что означал ее жест, сделанный мгновение назад. Она медленно посмотрела на клубнику в своей руке и, вздохнув, положила ее.

– Попробуй. Они не такие восхитительные, как твои сливы, но все же, – спокойно сказала она, пододвигая к нему блюдо.

Кассандра смотрела, как он взял с блюда ягоду, окунул в сливки и поднял глаза. Красная ягода приблизилась к его красивым губам, он втянул ее ртом, сжигая Кассандру взглядом. Под столом встретились их ноги, безопасно спрятанные в обувь. Между ними был луч солнечного света. Они по очереди ели клубнику и молчали.

Когда осталась только одна ягода, они оба потянулись за ней, коснулись друг друга пальцами и отдернули руки.

Вдруг на окно с лаем прыгнула собака. Она как будто улыбалась им. Ее пасть была широко раскрыта, а язык свесился на сторону.

– Твоя сирена! – смеясь, проговорила Кассандра.

Так же быстро собака заинтересовалась чем-то другим и побежала по улице, сделав все, что могла, – они уже покинули свой опасный мир.

Бэзил улыбнулся, когда Кассандра взглянула на него.

– Не могу быть печальным, когда смотрю на тебя, а, наверное, надо. Мне следует бить себя в грудь и выть от печали. Но ты заставила меня воспрянуть духом. Я думал, что никогда больше не увижу тебя.

Кассандра улыбнулась в ответ.

– Я не люблю трагедии.

– Это слишком эмоционально?

Она рассмеялась:

– Да.

Кассандра взяла пирожное, покрытое тонким слоем сахарной глазури.

– Тебе понравился мой брат?

– Гэбриел? Да, я вижу его достаточно часто. Он довольно интересный человек.

– Это он хорошо фехтует. Я уверена, тебе бы понравилось поупражняться с ним.

– Он сказал то же самое. Еще он сказал, что ему доставило бы удовольствие победить меня.

Кассандра рассмеялась:

– Боюсь, это действительно доставило бы ему удовольствие.

– Ты придешь, чтобы завязать ленточку у меня на рукаве?

– Нет, это должна сделать Аннализа.

Его лицо поскучнело.

– Да, Аннализа.

Бэзил встал и кивнул, его нижняя челюсть дрожала от злости.

– До свидания, Кассандра.

Она отпустила его. Именно этого Кассандра и добивалась. На блюде осталась последняя ягода. Она взяла ее и стала рассматривать, но уже безо всякого интереса. Когда Кассандра держала ее, пальцы дрожали, выдавая сильные эмоции, которые она испытывала. Кассандра уронила ее обратно на блюдо, желая причинить ей такую же боль, какую испытывала сама на протяжении последних месяцев.

Друзья! Она хмыкнула про себя: они не могут быть друзьями. Было нелепо даже и думать об этом в то время, как у нее вызывало дрожь то, что он находится рядом с ней, когда у нее в памяти всплывали опасные видения и воспоминания, в которых она была с ним. Как ужасно сидеть с ним рядом, таким близким, но в то же время совершенно недоступным!

Кассандра надеялась, что Бэзил пробудет здесь не долго. Пожалуйста, не долго!

Кассандра окунулась с головой в работу. Она пригласила к себе свою сестру Фебу и написала кучу писем друзьям, двоюродным братьям, сестрам и знакомым филологам. Она гуляла быстрым шагом. Она погрузилась в перевод Боккаччо, когда поняла, что это отвлекает ее от собственных переживаний.

Пришло письмо от Фебы. Она извинялась, что не сможет приехать, объясняя это тем, что с приближением лета у нее появилось множество дел. Ни от Леандера, ни от Адрианы никакого ответа не последовало.

Всюду о Бэзиле говорили как о талантливом поэте и очаровательном графе. Женщины трепетали, мужчины старались не замечать этого. В бульварных газетах появлялись карикатуры на него.

Отчаявшись как-то отвлечься от этого, Кассандра начала обсуждать с Джулианом возможность представления Офелии и Клео ко двору. Он обещал обсудить это при первой же возможности, но не понимал, почему так важно планировать события такого рода.

Чтобы как-то продвинуться в этом вопросе, Кассандра настояла на том, чтобы они присутствовали на одном из придворных вечеров, надеясь, что он поймет, что от него требуется, когда увидит девиц на выданье, соперничающих между собой в выборе мужа. Джулиан согласился.

Она оделась соответствующим образом – в платье из шелковистой темно-синей парчи с глубоким декольте – и теперь сидела, укрыв плечи полотенцем, пока Кейт укладывала ее волосы в искусную прическу и пудрила лицо.

.. Повинуясь собственной прихоти, Кассандра вынула коробку с мушками, которыми она редко пользовалась, и украсила себя звездочкой под глазом и сердечком над губой. Великолепное сапфировое ожерелье, водопадом стекавшее с ее шеи, серьги и браслет, обвивший запястье, дополнили картину. Она отступила, чтобы полюбоваться на себя в зеркале. Кассандра сказала себе, что выглядит очень элегантно.

Что подумал бы Бэзил, если бы увидел ее во всем этом? Она печально улыбнулась самой себе. Каждый раз, выходя из дома, она одевалась так, чтобы ошеломить его, если он вдруг появится. Его имя было на устах у всего света – во время официальных обедов, в небольших группках, собиравшихся во время раутов, за карточным столом в собрании; ходили слухи, что его стихи читала сама королева. То, что Кассандра не встречала его за каждым поворотом, было просто удивительно. Она не встречала его, но именно так и должно было быть.