Чтение онлайн

Юрайт повернулся к Афинской. * Как вы догадались что в Архитектурном? * А с какой стати, ты с такого "хлебного" места хотел перевестись? Госпожа Афинская, мой мальчик, очень-очень много знает. И, к счастью, очень-очень догадлива. Хотелось бы мне краем глаза посмотреть на твою девчонку. * Как-нибудь познакомлю. * Только запомни одну формулу, Юрайт. * Какую? * Семья, конечно, заменяет все. Поэтому, прежде чем её завести, подумай, что тебе важнее: все или семья... * Я подумаю, - улыбнувшись, сказал Юрайт и вышел из кабинета.

Афинская опять перевела взгляд на белый тополь за окном. Кто мог организовать цыган? Кто - нибудь из таборных баронов? Вряд ли! Ни один даже самый умный цыган не смог бы так умело закрыть группами монашек все перекрестки, на которых случаются пробки. Афинская два месяца подряд не выключала волну "Авторадио" у себя в кабинете, прилежно отмечая каждый день на карте Москвы, где случались автомобильные заторы. Она же и рассчитывала на неделю-другую убрать с перекрестков всех "инвалидов" и "голодных", чтобы наполнить разъезды монашками. Ей оставалось уточнить только время акции "Монастырь" и разжиться несколькими сотнями пар монашеских облачений. И вот, на тебе!

Но она, Афинская, никого, кроме двух самых доверенных ей людей, не посвящала в этот план, который разрабатывался несколько месяцев. Только привлечь в монашки она собиралась не цыган, а молдаванок и украинок, которые сотнями ночевали на Киевском вокзале, приехав в Москву в надежде на скромный заработок.

Значит, или кто-то параллельно вынашивал подобный план, или кто-то из приближенных Афинской просто украл её разработки и внедрил акцию в действие, собирая нынче неплохой урожай. Нет, в это она отказывалась верить...

Теперь она, Афинская, как никто другой догадывалась, что акция вот-вот должна свернуться. Цыгане разъедутся, и тогда трудно будет найти неизвестного имиджмейкера - конкурента или, вполне возможно, набежчика из другого крупного города, или предателя.

В любом случае проверить две эти версии было необходимо. И она надеялась, что первый вариант отработает Яхтсмен. Его ребятишки, она была в этом уверена, могут выудить у монашек хотя бы какие-нибудь сведения.

"Так, - словно приказала она сама себе.
– С этим вопросом покончим". Теперь ей надо было приготовиться к встрече гостьи из отдела социальной помощи префектуры. Наверняка эта самая Маргарита Павловна что-нибудь пронюхала о связях Афинской с нищими. Хотелось бы ей, Афинской, знать, какой информацией об её деятельности располагает Белякова. А, впрочем, все равно никак этой чинуше не достать Афинскую. Ума не хватит. Руки коротки. В этом Афинская была уверена.

ГЛАВА 10. БУРДАКОВ

Информация была довольно скудная. Оперативники рассказали Бурдакову лишь о том, что в "Склиф" поступила молодая женщина с глубоким порезом на горле. Врачи позвонили к ним в отделение и просили приехать кого-нибудь из оперативников. * Пахнет преступлением?
– спросил дежурный. * Говорит, что упала в подвале на кучу битого стекла, вот и получила порез. Но мы уверены - рана ножевая.

Оперативники тут же смотались в Институт имени Склифосовского и встретились с дамой. Но она, запуганная, стреляла глазами и стояла на своем - упала в подвале, на стекло. * Хорошо, где подвал? * Забыла, - прохрипела больная. * Тогда собирайся. * Куда? * Поедешь в тюремный лазарет. Там вспомнишь...

Она сразу вспомнила.

Теперь они, оперативники, стояли перед Бурдаковым. * Что хотите дальше делать?
– спросил он. * Надо посмотреть на подвал. * Готовьте опергруппу. Я прокачусь с вами.

К нужному дому, где располагался злополучный подвал, они подъехали в сумерках. Обошли дом вокруг - одно из подвальных окошек мерцало тусклым светом. То ли свечи горели, то ли керосин жгли. В любом случае непорядок чревато пожаром.

Они зашли в центральный подъезд, мягко, по-кошачьи, чтобы никто их преждевременно не обнаружил, спустились по лестнице, прошли вдоль отсеков, которые, судя по запахам, были завалены собранным осенью с садовых участков урожаем. Вдалеке замерцали огоньки.

Милиционеры внезапно заскочили в помещение, своего рода - подвальный холл. В углу, около керосинки сидело человек пять - неопределенного возраста, небритых, заросших, в прокопченной рваной одежде.

Бурдаков сообразил, что они очутились на лежбище бомжей. По множеству подстилок и рваных матрасов, разбросанных по цементному полу подвала, оперативники определили, что в подвале, видимо, тусовалось немало окрестных и приезжих "вольных" людей. С наступлением холодных осенних дней бездомные собирались в стаи и искали приют на зиму. И никого из них не смущало, что есть и спать приходилось на кучах мусора, вдыхая "ароматы" гниющих отходов.

Ближе к полуночи отловили ещё пятерых мужичков и девицу, вернувшихся с промысла.

Всех загрузили в оперативную машину и отвезли в отделение. Решили, что там каждый из бомжей и пройдет тестирование насчет их подруги, порезавшейся о стекло.

Бурдаков распорядился оставить в подвале до утра одного дежурного оперативника: * Будут ещё гости, вызывай машину...

На следующее утро он приехал на работу, и ему сразу же доложили: в одном из отсеков подвала под кучей сгнивших мешков и капустных листьев, обнаружили труп женщины. Видимо, в эту ночь, когда нагрянули оперативники, бомжи хотели вытащить покойницу из подвала и зарыть где-нибудь в укромном месте. Но не успели.

А сюжет с "порезом о стекло" и убийстве развивалcя по следующему сценарию.

Мертвая, как выяснилось, имела профессию сутенерши. Но последнее время утаивала доходы от продажи девочек от всей честной подвальной компании. В тот вечер бомжи распили несколько бутылок водочки и порешили женщину. Приговор вынесли с формулировкой "за мошенничество". Труп оттащили в один из отсеков с овощами и придавили мешками с картошкой.

На другой вечер опять выпили. Было их мужиков десять. Разбавляли мужской коллектив две проститутки, которые и были под крылом убитой сутенерши. Сексапильной Маше - 28 лет, "девочка" уже с большим стажем. Ее подруга, Верка, на два года моложе, но тоже многое умела. Подружки колымили на площади трех вокзалов - обслуживали приезжающих и отъезжающих граждан.

Так вот, когда выпили, Маша всей компании и заявила, дескать, не может больше жить в этом подвале рядом с "мертвяком". Но выйти на белый свет не успела, кто-то из бомжей в полутьме полоснул финкой по грязному горлу. * Кто полоснул, выяснили? Убийство на ком?
– спросил Бурдаков. * Колятся они все, товарищ майор, каждый себя выгораживает. Я думаю, через час-другой будет ясна вся картина происшествия. Мы их растащили по разным кабинетам, так что сговориться не успели. * Хорошо, работайте.